Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

«Местные разборки?» – подумал Краус.

Дальше думать и сопоставлять чужие расклады времени уже не было. Экипаж лендровера оказался быстрым и тренированным – выскочил наружу. Почти одновременно прозвучали выстрелы. Конвоир и один из «встречавших» неуклюже завалились на грунт дороги. Водитель дернулся за пистолетом, другой рукой пытаясь провернуть ключи в замке зажигания. Но вдруг захрипел. Стальная цепочка наручников, накинутая на шею, душила его, не давая возможности вдохнуть. Он попытался вырваться из смертельной хватки, но Краус крепко его держал. И сжимал хватку на шее все сильнее, упершись ногами в водительское кресло.

Машина «встречавших» дала задний ход, не разворачиваясь, не просто пятилась, а рысачила, сбегая от места разборки. С пистолетами наизготовку, направленными в салон, к «Тойоте» шли прибывшие на лендровере. Шли, но не дошли. Спинами поймали пули из длинной очереди, выпущенной из автомата. Когда уже лежали, скользящей походкой к мертвецам подошёл молодой человек, выбросивший цветочный букет у гостиницы. Тем временем Краусу не до него было, решал проблемы по мере поступления. Водитель уже бился в предсмертных конвульсиях. Через полминуты он обмяк и затих, а сам Краус притворился мёртвым, но ствол пистолета, реквизированного у водителя, направил в сторону закрытой двери. Что-либо иное придумать он попросту не успел.

Что бы случилось дальше, одному богу известно, но где-то совсем неподалёку послышались звуки приближающегося транспорта и звуки эти мог издавать не простой автомобиль, а что-то навроде БТРа.

Автоматчик тоже понял это и потому не стал медлить и разбираться с трофеями, а бросился к своей машине, заскочил в неё, но не уехал, а подогнал к «Камри». Из багажника извлёк канистру. Торопливо открыв на ней горловину, из неё полил на крышу и капот «Тоёты» бензином. Чиркнул зажигалкой и метнул её в машину. Вспыхнувшее пламя взметнулось к серому, ночному небу. Машина автоматчика сорвалась прочь по грунтовке, а Краус в полыхавшем авто, закованный в наручники шарил по карманам мёртвого водителя. Достал телефон, пакет со своими документами. Рискуя обжечься выскочил в дверь и нырнул в кусты. Вовремя. Свет фар броневика не смог выловить из темноты беглеца, а вскоре за спиной, за порослью деревьев и кустарника раздался взрыв.

Пробежавшись, остановился. Отдышался. Из потайного кармашка извлёк отмычку, снял с рук «браслеты» наручников. На трофейном телефоне набрал номер и дождавшись ответа, только и сказал:

– Советую сменить место жительства в самое короткое время.

После этого бросил телефон на землю и каблуком растоптал экран…

Глава третья

Средина августа в донецкие степи особой жары не принесла, хорошо хоть дожди закончились. Подсохло и не нужно таскать на ногах комья грязи, по колено в воде стоять в траншеях, плюхаться в лужи при звуках летящего квадрокоптера. По всей линии фронта идут жестокие траншейные стычки в лесополосах. В населённых пунктах дела обстоят не лучше. Странами Запада укры снабжаются боеприпасами и вооружением по первой категории, а потому снарядов и ракет бывшие братья не жалеют, засыпают города и сёла Донетчины ковровым покрытием. Мирных жителей свидомым и щирым украинцам не жалко, для них они люди второго сорта.

С верхнего этажа весь прилегающий к городской серой зоне район, благодаря тому, что домовые высотки напротив были разрушены, Бекас видел как на ладони. Когда началась следующая атака противника, он уже сбился со счета, какая именно, спустился вниз.

Потеряв три танка и БМПешку, ВСУшники откатились. Высунувшись, ротный осмотрел улицу, которая была порядком усыпана трупами украинских штурмовиков. Артиллерия противника снова отработала, заставив Бекаса убраться в подвал, после чего как-то разом смолкла. В домах оборонявшихся порядков погибших от артиллерийских прилётов прибавилось. На смену арте зазвучали очереди пулемётов противника, напоминающие долбёжку дубиной по металлу. В то же время, под аккомпанемент музыки огня и свинца, вперёд двинулась живая сила. Новый штурм позиций. Враг почти дошёл до них, а значит, может такое случиться, что скоро защитников избранного врагом участка обороны тупо добьют. Адреналин зашкаливает. Бежать бесполезно, стоит назад сорваться, как они на открытой площадке окажутся. За домами ни тебе деревьев, ни камней, чтобы проскочить стометровку до последующих укрытий. Место открытое, как бильярдный стол.

Бекас только-только у простенка расположился, когда в шуме долбёжки и ответной, почти одиночной стрельбы, расслышал голос Тихого, распоряжавшегося бойцами на уровне командира

– Позицию держим! Кто назад сунется, урою!

Подумал о рядовом бойце:

«Молодец, однако».

– Патронов кот наплакал. – Раджа лежавший метрах в пяти от Бекаса, прицельно стрелявший из автомата одиночными, поделился наболевшей проблемой. – Захоронки с БэКа пустые, я проверял.

Под БэКа имелись окопчики. По-первых всё в один складывали, но получилось, как с яйцами в одной корзине. Все «трубы» сложили в одно место и туда прилетела мина. Граникам пришёл каюк, а в отдалении был слышен звук тяжелой техники.... Ух, как неприятно было парням остаться с «голым задом» перед бронëй.

– У тебя сколько? – вздохнул Тихий.

– Не полный магазин, – криво хмыкнул индус. – А у тебя?

– Полтора осталось.

– Сейчас вломятся! – оповестил всех Зелёный.

– У меня тут, – зашуршал в рюкзаке Бекас, – лимонка и дымовухи остались…

– Ротный?!.. – бойцы заметили присутствие Бекаса.

– Гм! Не густо, – подвёл неутешительный итог Хильченков. – Давай сюда лимонку…

Предложил:

– Как в контакт войдём, активируешь дымовухи.

Вскоре, не смотря, что ротный рядом, уже для всех довёл единственную пропозицию на ближайший момент:

– Отсекаем пехоту! Стрелять одиночными.

Для себя Хильченков уже всё решил, подумав:

«Пусть хоть так, чем просто здохнуть».

Вдруг над развалинами, казавшимися обезлюдившей территорией, перемеживаясь выстрелами и гулом войны, сначала как гудёж, затем превратилось чуть ли не в напев, разнеслось узнаваемое :

– Гой Перуне, могучий Боже наш!

Это ты ведёшь нас стезею Правой к брани честной с врагами чёрными,

Чтобы род утверждать и державу беречь…

Гул перерождаясь в отчётливую речь добавился громкостью и голосами, которые даже шум стрельбы и маты наступающих перекрывали:

– …Ты – сила сильных и отвага отважных,

Правда праведных и святость Святорусов.

Открой терем свой, где пируют пращуры, что с радостью смотрят на нас.

Прими души наши и даруй силу рукам нашим!

Ну, да, здесь сейчас воины собрались, других не было, и они знали, на что шли. Тот, кто хочет умереть в собственной постели от старости, никогда не возьмёт в руки оружие. Ребята молитвой к родным богам прощались друг с другом и надеялись, что выживут и врага победят.

В шуме выстрелов, взрывов, шелесте щебня, безудержного мата на позициях, Костя