"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

щеки, растекался по телу жидкой лавой. В горле поселился клубок репейника, а нос вообще перестал выполнять свою основную функцию. — Элис, выпей, — Лиза заботливо подсунула мне кружку с горячим чаем. Мед и лимон придавали напитку живописную мутность, но никак не ощущались. Неохотно пошевелившись, сделала несколько глотков. Они вымотали, будто я произвела генеральную уборку во всей квартире. Пусть у нас всего лишь однушка, но весенний подвиг по наведению лоска я запомнила! — Что б они все икали! — прокляла я и научного руководителя, и его неожиданного гостя, и бомжа Саню. Ведь обычно по воскресеньям проводила время в своей любимой томатной теплице недалеко от города, где даже в разгар осени поспевали сочные плоды, необходимые мне для лабораторных исследований. Теперь же приходилось изображать пластовый мармелад, неспособный ни к физической, ни к умственной деятельности. — А может, у тебя вообще на мужиков аллергия? — воодушевилась Лиза. — На таких — точно. — Я покосилась на ухмыляющуюся подругу. — И ни капельки не смешно! Он накинулся на меня прямо в аудитории! Неслыханная наглость! — Верю-верю. Но если он хотя бы наполовину такой же красавчик, как Руслан Игоревич, я бы скакала до потолка. А ты изображаешь кисейную барышню. Ну-ну. Уверена, что тебе понравилось! Я бы хотела ей что-то возразить и швырнуть подушкой, но тело содрогнулось в неожиданном спазме. В позвоночник будто залилось расплавленное олово. Тысячи липких капелек расползлись по спине и добрались до головы. — Убей меня, — прошептала я пересохшими губами. Зря я так возмущалась, последние силы отдала на гневную тираду. Еще и перед глазами застыло лицо Тристана. Да, так его звали. И он гораздо симпатичнее Руслана Игоревича! Но вслух я в этом никогда не признаюсь. Еще чего! Нахал! — Ни-ког-да! — сорвалось с опухшего языка по слогам. — Ты бредишь уже, что ли? — Никогда. — Ну, точно. Через миг или через вечность на лоб плюхнулась влажная тряпица. Глаза защипало, я определила профессиональной чуйкой биохимика уксус и подпрыгнула, словно получила под ребра разряд дефибриллятора. — И за что ж ты меня так ненавидишь? — напустилась на подругу. — Жжется же! — Так на форуме пишут, — заспорила Лиза. — На мамском, между прочим. Там плохого не посоветуют! Еще говорят, ноги горчицей намазать. Но у нас был только хрен. — Чего? — вконец оторопела я. — У меня еще и ноги намазаны?! Хреном? — Зато ты пришла в себя, — добила она неоспоримым фактом. — За углом есть аптека, — буркнула я, закрываясь в ванной. — Это так, на будущее. Вода успокаивала и смывала консерванты и приправы с моего измученного тельца. Я ощущала себя разогретым холодцом, бултыхающимся в кислом бульоне. Руки и ноги болтались, как куриные крылышки в эмалированной кастрюле — слабость накатила новой волной. Вместе с ней нахлынули будоражащие воспоминания о внезапном поцелуе. Жар пробежался по губам и груди. Как если бы этот нахальный тип оказался со мной в ванне. Тьфу! Ну что за чушь? — Вылезай! — завопила Лиза под дверью. — Тут советуют с температурой не распариваться. — Она три раза выразительно стукнула и подергала ручку. — Слышишь? А то все лечение насмарку. Тело вновь содрогнулось. И я поспешила выбраться, но не потому, что подруга разжилась очередным советом на форуме. Хотелось рухнуть обратно на кровать и забыться. Не припомню, чтобы хоть раз в жизни меня так крутило! — Может, в больницу? — испугалась Лиза, когда я вывалилась в коридор. Я помотала головой и облизала пересохшие губы. — Тебе хотя бы понравилось? — Хрен или уксус? — прохрипела я, рывком устремившись в комнату к своей кровати. — Целоваться с этим. Как там его? В смысле, он тебя каким-то гриппом заразил, да? Хочу знать, оно того стоило? — Ага, — хотела буркнуть с сарказмом, но вышел смущенный писк. Лицо уткнулось в вожделенную подушку, по ребрам пробежала очередная волна кусачих мурашек. Кожа будто бы слезла с тела засохшей шелухой — как у заправской змеюки — и уползла проветриваться. А мне остались оголенные нервы, остро реагирующие на каждое движение или прикосновение. Так что я больше не шевелилась и не разговаривала. И тем более не оправдывалась. И что пошло не так? Где я провинилась, что мирозданье решило наказать меня такими мучениями? Неужели в понедельник? Или в прошлое воскресенье, когда я не расплатилась со старушкой за винтажный кулон?

Глава 1. Книга с секретом

Элис: воскресенье, ярмарка — Элис, ты что-нибудь слышала об отдыхе? — буркнула Лиза, ворвавшись в мое любимое царство земли. — Я обожаю своих малышей! — восторженно продекламировала заученную фразу, которую выдавала всем скептикам и белоручкам. — Эти-то «малыши»? — подруга уставилась на помидорный куст выше себя ростом. — Бросай все. Сегодня будет настоящий выходной! На острове Канта осенняя ярмарка! Хочу выбрать себе что-нибудь рукодельное! — Ты не потерпишь до декабря? Я с надеждой подняла на Лизу глаза и похлопала ресничками — не помогло. — Нет! Дело не терпит отлагательств. Собирайся. Я нарочито громко вздохнула, отложила записи, сняла удобный садовый фартук и указала подруге на выход. Запах кудрявой ботвы пленял. Я будто гуляла по зачарованному лесу, а точнее — по джунглям из гибких стволов и опушенных листьев. И обожала проводить воскресенья в компании молчаливых друзей-томатов. Конечно, мне не требовался огромный урожай для работы с составом плода. Но кусты родили крупные кисти. Каждый неповторимый сорт манил прикоснуться к феерии расцветок и вкусов. И я отправляла глянцевые шарики в рот прямо с ветки. Блаженно щурилась, ловила мельчайшие оттенки в сочетании кислот и сахаров. Заносила органолептические показания в журнал. И отбирала подходящие овощи для дальнейшего химического анализа. Мне было важно растить материал самой. Тогда я могла отследить полный цикл преобразований — от семечки до семечки. Знала, какие вещества использовались для стимуляции роста и защиты от болезней. А точнее, была уверена, что не использовались никакие! Чего нельзя было утверждать про «пластиковые» помидоры из супермаркета. Но подруга прервала увлекательный процесс. — Вот поступишь в аспирантуру — поймешь, — укорила я Лизу. — Это ведь дело моей жизни! — Выковыривать грязь из-под ногтей и ходить чумазой? — хихикнула она и стерла с моей щеки зеленоватый налет от листьев. Вот еще! Ногти защищал качественный маникюр. Я вымыла руки и лицо, оделась и очутилась на залитой солнцем улице. Деревья еще хранили летний цвет крон, но сыпали под ноги охристые скрюченные листочки. Будто предупреждали, что настоящая осень вот-вот начнется. Душный автобус добросил до центра, откуда мы пешком направились к острову. — В академии будет бал, ты ведь даже не слышала? — усмехнулась Лиза, наблюдая стайку возбужденных ровесниц, будто все они должны были утопать в тех же мыслях,