Легенда о Юньси. Книга 2 - Мо Цзе

Праздник в честь цветения сливы не был событием, где приглашенные предавались развлечениям, неспешным разговорам и просто любовались пейзажем. Он служил предлогом для демонстрации талантов. Что же до принцессы Цинь, то в ее окружении не было близких друзей, с которыми она желала бы провести время в стенах дворца, а таланты… Многие гадали, как Хань Юньси расположила к себе самого великого князя. Разве могла простолюдинка сравниться с барышней из знатной семьи? С самого детства Хань Юньси была лишена родительской любви и заботы, не получала образования, не обучалась искусству, так какими же талантами она могла обладать? Откуда у нее столько смелости, чтобы присутствовать на подобном мероприятии? Дело дошло до того, что многие во дворце и за его пределами делали ставки: придет она или побоится?

Внезапно раздался громкий голос евнуха:

– Прибыла принцесса Цинь… Прибыла госпожа Ваньжу…

«Она здесь? Она действительно осмелилась прийти?» На мгновение все посмотрели туда, откуда доносился голос евнуха. Перед гостями предстала Хань Юньси в элегантном белоснежном платье, единственным украшением которого был лишь нефритовый пояс в виде цветков сливы. Простое сочетание белого платья и красного нефрита поражало воображение, мгновенно затмевая всех изысканно одетых женщин. Даже Мужун Ваньжу, шедшая рядом, не могла соперничать с принцессой в красоте.

Присутствующие неохотно встали, чтобы поприветствовать принцессу Цинь. Только одна Дуаньму Яо продолжала сидеть, выделяясь из толпы. Лишь когда Хань Юньси подошла ближе, принцесса Чанлэ едва заметно привстала.

– Давно не виделись…

Дуаньму Яо ненавидела, когда эту девчонку называли принцессой. И уж тем более – принцессой Цинь! Однако Хань Юньси, будто не замечая, как относится к ней принцесса Чанлэ, всем своим видом демонстрировала радушие и тепло улыбалась.

– Принцесса Чанлэ уже несколько дней в столице, не так ли? Я думала, старший брат привезет вас во дворец, чтобы вместе выпить чаю, но так и не дождалась…

Дуаньму Яо сжала кулаки в рукавах. Слова Хань Юньси затронули ее самолюбие. Принцесса Чанлэ слишком хорошо знала, какое место занимает в сердце брата. В тот день он был рядом только из-за приказа императора, но за все это время не сказал ей и пяти фраз!

– Конечно, я обязательно навещу старшего брата в следующий раз! – ответила Дуаньму Яо, сдерживая гнев, а про себя подумала: «Не радуйся раньше времени! Все еще впереди!»

Хань Юньси села между Дуаньму Яо и Лун Тяньмо, а Мужун Ваньжу заняла место за общим столом. Принцесса Чанпин, не сказавшая за все это время ни слова, изредка поглядывала на Хань Юньси. От собственных мыслей презрительная усмешка расцвела на ее губах: сегодняшний праздник устраивался только ради принцессы Цинь… Эта выскочка получит свою порцию славы и прослывет на всю столицу отъявленной дурой!

В отличие от своей сестры, наследный принц Лун Тяньмо, как только Хань Юньси села, вежливо поинтересовался:

– Тетя, я слышал, что после Нового года дядя отправится в поездку?

Его голос был тихим, но достаточно звучным для того, чтобы Дуаньму Яо, сидевшая рядом с ним, услышала вопрос. Несомненно, он сделал это намеренно. Даже если Лун Тяньмо не нравилась принцесса Чанлэ, он должен был завоевать ее расположение, а для этого нужно, чтобы она отказалась от великого князя.

Хань Юньси, не ожидавшая такого внезапного вопроса, уже собиралась признаться, что сама не знает о планах супруга, но заметила враждебный взгляд Дуаньму Яо и, невзирая на терзавшие ее в этот момент угрызения совести, заговорщическим голосом проговорила:

– Кто тебе такое сказал? Я недавно узнала об этом от великого князя!

– Я слышал это от отца, – улыбнулся Лун Тяньмо.

От императора Тяньхуэя! Дуаньму Яо прищурилась. Император знал об отъезде Лун Фэйе, так почему же он не сказал ей? Проклятье!

– Тетя Цинь, куда собирается дядя? И как долго его не будет? – снова спросил Лун Тяньмо.

– Почему бы тебе не спросить отца? – небрежно ответила Хань Юньси.

– Мой отец тоже не знает, так что я решил спросить тебя! – Лун Тяньмо понизил голос.

Хань Юньси с загадочным выражением лица улыбнулась:

– Секрет!

Она понятия не имела, почему Лун Тяньмо задает эти вопросы, но, видя мрачное выражение лица Дуаньму Яо, ощущала особое удовольствие.

Хань Юньси заметила, что отношения между принцессой Чанлэ и Лун Фэйе не были особо близкими. По крайней мере, Дуаньму Яо, как и сама девушка, не знала о поездке Лун Фэйе. От этой мысли Хань Юньси, сама того не осознавая, заметно повеселела.

Посреди этой непринужденной беседы громкое объявление евнуха снова привлекло всеобщее внимание:

– Молодой господин Чэ из усадьбы Пинбэй-хоу[10] прибыл! Молодой господин Мугэ из усадьбы Пиннань-хоу прибыл!

Прозванные в народе «молодыми господами с севера и юга», эти двое имели дурную славу, которая опережала их самих.

Чжансунь Чэ, единственный наследник семьи Пинбэй-хоу, был известен как «молодой господин с севера». Одетый в белое, со складным веером в руке, он производил впечатление элегантного и учтивого человека. Однако славился не только своими талантами, но и распутностью. В этом году молодому человеку исполнилось всего восемнадцать, а его гарем уже состоял из десяти наложниц. Ходили слухи, что он воспользовался и наложницами отца – этакий ненасытный зверь в человеческом обличье.

Ли Мугэ, единственного наследника в семье Пиннань-хоу, называли «молодым господином с юга». Одетый в наряд пурпурного цвета, со складным веером в руке, он на первый взгляд казался неземным и чистым, словно изгнанный небожитель. Однако при ближайшем рассмотрении… Пальцы, сложенные в жесте лотоса[11], шаги плавные и изящные, более грациозные, чем у самой очаровательной прелестницы.

Появление этой парочки на приеме произвело настоящий фурор. Дерзкий и талантливый мужчина – яд для женщины, а мужчина с мягким характером – ее закадычный друг. Несмотря на дурную репутацию, популярность Ли Мугэ и Чжансунь Чэ всегда была высока.

Принцесса Чанпин, впервые организовавшая праздник по случаю цветения сливы, пригласила немало талантливых и выдающихся мужчин, однако все гадали: для чего же она пригласила Ли Мугэ и Чжансунь Чэ?

Не обращая внимания на перешептывания, принцесса Чанпин выразительно посмотрела на Мужун Ваньжу, которая ответила ей таким же многозначительным взглядом. Любому, увидевшему эти переглядки, стало бы понятно, что двух барышень связывал какой-то секрет.

Хань Юньси, озадаченная произошедшим, с интересом наблюдала за новоприбывшими гостями. Все это время ее не покидало дурное предчувствие, которое никак не оформлялось в нечто конкретное…

Наконец, когда все гости были в сборе, праздник начался. Гостям подавали чай с цветами сливы и уникальные десерты, специально приготовленные для этого события. Однако многие были не в силах насладиться вечером, видя, как Хань