"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

Если бы не дорожный указатель, я бы и не понял, что мы уже в Лас Викториас. Фунес остановился, проехав немного после въезда. В свете фар вырезался силуэт улицы. Ни фонарей, ни людей.

— Вот она, вторая улица от въезда, — тихо сказала Соня. — Надо пойти, посмотреть, в котором из домов зеленый забор.

— Я схожу, — сказал Альфонсо. — Дайте фонарик.

Вернулся он минут через пять.

— Ну что, нашел? — спросил Фунес.

И я с ужасом приготовился слушать ответ. Вдруг Бергер соврала? Как-то не хочется проверять, угроза нашего командира реальность или просто способ запугать пленницу. Участвовать в убийстве пятнадцатилетней девчонки нет никакого желания.

— Нашел, — кивнул Альфонсо. — Там два дома с зеленым забором.

— Что ж, — произнёс Карлос, его голос прозвучал вдруг необычно бодро. — Пора действовать. Я сейчас притворюсь пьяным. Попытаюсь вломиться в первый же дом. И буду громко вызывать Йозефа. Пятьдесят процентов вероятности, что угадаю с первого раза.

Он достал из кармана фляжку, и плеснул из нее на рубашку. Запах коньяка шибанул в нос. Вот так, сколько ходили вместе, а фляжку я увидел впервые.

Моё сердце ёкнуло. Йозеф. В памяти тут же всплыл рассказ члена похоронной команды, которого я слушал в газовой камере. Те слова, произнесённые им, будто ожили.

— Не Йозефа, — сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее, но чувствуя, что внутри всё напряжено. — Беппе. Я читал, что так его называли друзья.

Карлос кивнул. Его лицо, до этого такое сосредоточенное, вдруг расплылось в широкой, чуть глуповатой улыбке. Он развернулся и пошел к повороту на вторую улицу. Его походка, сначала немного неуверенная, вдруг стала валкой, шаткой. Он покачнулся, чуть не упал, но удержался на ногах. Изображал, как настоящий актёр. Мы последовали за ним, прячась в тени. Он дошёл до первого дома, громко распахнул калитку, поднялся на крыльцо, и начал дубасить в дверь.

— Беппе! — прокричал он, и я сразу поверил, что он пьян в дымину. — Открой, дружище! — и добавил по-немецки: — Офне ди тюр!

Через минуту из-за двери послышался приглушённый голос:

— Вы перепутали! Здесь нет никакого Беппе!

— Пардон, сеньор! — рявкнул Карлос. — Спокойной ночи!

Он покачнулся, сделал шаг назад, затем, тяжело переставляя ноги, пошёл через дорогу. Наконец, добрался до второго дома. У меня мелькнула мысль о сторожевых псах, отпускаемых на ночь в свободное плавание, и стало не по себе. Но обошлось. Карлос начал тарабанить в дверь, теперь уже с ещё большим напором, его голос звучал громче, еще более пьяно.

— Беппе, ты где⁈ — прокричал он.

Послышался щелчок отпираемого замка и дверь медленно открылась.

Глава 14

Дальнейшее происходило стремительно, я еле успевал следить за ситуацией. Карлос рванул на себя ручку, и кулак левой руки мелькнул, впечатываясь в лицо открывающего. Дверь, лишенная поддержки изнутри распахнулась настолько резко, что с грохотом ударилась о стену. Карлос, уже с пистолетом в руке, стремительно вломился внутрь. За ним бросились Альфонсо и Гарсия, их шаги гулко отдавались в полутьме прихожей. Бежали они бок о бок, и только перед ступенями крыльца Гарсия пропустил своего спутника. Я последовал за Фунесом и Соней, замыкающим.

Сначала я не различал ничего, кроме смутных очертаний мебели и теней. Свет бил в глаза, и после темной улицы я с трудом различал детали. Но затем, когда Карлос резко повернул налево, указывая пистолетом куда-то в глубину дома и я заметил его. Посреди прихожей, лицом вниз, лежал человек. Белый мужчина, одетый в тёмный домашний халат, с крепко связанными за спиной руками. Он не шевелился.

Я замер на пороге. Ещё не прошло и минуты с того момента, как Карлос дёрнул дверь на себя, а всё уже сделано. Очень быстро и качественно, так что клиент не сможет дернуться даже если захочет. Удивление смешивалось с лёгким чувством нереальности происходящего. Неужели это действительно всё? Так просто?

В прихожую вернулся Гарсия.

— Дом пуст, — тихо произнёс он, обращаясь к Фунесу, который стоял чуть в стороне, внимательно осматривая обстановку. — Больше никого нет.

Напарник кивнул. На его лице промелькнула едва заметная, почти торжествующая улыбка. Он выглядел довольным, даже самоуверенным. Я же, стоявший позади него, тихо вздохнул с облегчением. Словно тяжесть, которую я носил в себе всё это время, на мгновение отступила. Бергер сказала правду.

Соня, до этого момента наблюдавшая за происходящим из тени, шагнула вперёд, ногой перевернула пленника на бок. Тот коротко вскрикнул от неожиданности и боли, голова запрокинулась, и лицо оказалось повёрнутым к нам. Я увидел его: бледное, с отёкшими щеками и мешками под глазами, но при этом странно знакомое. Его взгляд, мутный и испуганный, скользил по нашим лицам, пытаясь понять, что происходит. Лежащий очень походил на пьяного, хотя запаха не чувствовалось.

Соня наклонилась, вглядываясь в его лицо, и на её губах расцвела та самая, странная, почти пугающая улыбка, которую я видел у неё всего несколько раз. Не радостная, не весёлая, а скорее холодная, торжествующая, будто она, наконец, поймала очень хитрую, изворотливую крысу.

— Менгеле, — сказала Соня.

Моё сердце ёкнуло. Доктор Менгеле. Ангел Смерти. Он лежал здесь, перед нами, связанный, беспомощный. Пытался что-то рассмотреть в лице Сони, будто вспоминал, где они виделись. И с него совсем слетели надменность и уверенность, которые я запомнил в момент нашей первой встречи.

Фунес шагнул вперёд. Его голос прозвучал ровно, без единой эмоции.

— Никакой самодеятельности, — сказал он, обращаясь к Соне, но его взгляд скользнул по каждому из нас. — сначала сеньора надо допросить.

Гарсия и Альфонсо быстро подняли Менгеле на ноги. Тот, хоть и пытался сопротивляться, но вяло, только первых пару шагов, а потом просто перебирал ногами, пытаясь успеть за своими конвоирами. Они поволокли его в гостиную, где стояли мягкие кресла. С глухим стуком бросили пленника в одно из них. Менгеле застонал, его тело ударилось о спинку. Но он тут же собрался.

— Мне не очень удобно так сидеть, — произнёс Менгеле первые слова. Ровно, без тени страха, с лёгким акцентом. — Если вы собираетесь меня допрашивать, то свяжите руки впереди. Я так говорить не буду.

Я удивлённо поднял брови. В такой ситуации Менгеле вёл себя очень спокойно. Быстро же он собрался — еще минуту назад я видел растерянного и напуганного субъекта, а сейчас… Ни криков, ни мольбы,