Зелёная пантера - Тория Кардело

– Я… я не знаю… правда… клянусь!

– Что это была за комната? Говори мне только правду. – Маунверт повысил интонацию.

Где-то в стороне Кэт услышала сладостный голосок леди Вульфорд, наслаждающейся её мучениями, как забавным представлением.

Очередной поток невидимых игл пронзил изнутри. Кэт выгнулась от боли, вцепилась в одежду, пытаясь вытащить из себя несуществующие острия. Но иглы прошли сквозь её руки. Ощущение, будто конечности прибили к телу. Она уже не могла кричать.

Зрение затуманивалось от изнеможения, сознание ускользало.

Тьма стала поглощать, но мучения вдруг отступили.

Лёжа на полу, она почувствовала, как тает запах горящих свечей. Свет мерцал всё слабее, привкус страха тускнел. Остался лишь холод, кусающий кожу, и оглушительный звук пульса в ушах.

И вот, когда мир почти ускользнул, сквозь туман прорвались звуки. Треск распахивающихся дверей, общее оживление, голоса, разговоры. В конце – уверенный, твёрдый женский голос, прозвучавший как гром:

– Прекрати мучить ребёнка, Маунверт! Сразись с мастером магии!

Глава 18. Лорд и мастер

Магический мир, 1667 год с разделения мира,

июнь 2005 года по нашему летоисчислению

Сет Катто

Холодный, влажный воздух замка окутывал Сета, словно липкая паутина. Шесть магов шагали за хмурыми приверженцами Маунверта по тусклым, мрачным коридорам. Издалека доносился жуткий грохот цепей, отчаянные стоны неизвестных существ, крики мучеников. Глухой треск пламени, топот чудовищ и завывание бури заполняли пространство. Эти звуки, леденящие душу, напоминали о тёмной силе, владычествующей на Мысе Теней, в землях Маунвертов.

Сет боролся с внутренним страхом, но не мог не восхищаться архитектурой замка, сотканного из алчных желаний его хозяина. Он старался отрицать это восхищение, но оно побеждало.

Поднявшись по крутой лестнице, Сет ощутил, как воздух стал тяжелее от запаха воска и горящих фитилей. Вся группа вошла в огромный зал, освещённый бесчисленными свечами. Мерцающие тени танцевали на чёрных стенах, уродливые картины и барельефы с изображениями измученных душ и чудовищ угнетали. Чёрные арки, словно скорбные статуи, безмолвно оплакивали всех, кто пострадал в этих стенах от рук Маунверта.

Как только маги переступили порог комнаты, на них с лаем рванули две чёрные огромные собаки, но массивные цепи не позволили псам разорвать непрошеных гостей. Ливи оскалилась и залаяла в ответ, но Уильям тут же потянул поводок.

Присутствующие, казалось, даже не заметили прибывших. Они были поглощены ритуалом. Сцена напоминала картину неизвестного художника: множество людей в плащах с капюшонами, украшенными символикой в форме зелёной пантеры, преклонили колени перед величественной фигурой в роскошной чёрной мантии. Это был он, лорд Джастин Маунверт. Его льдисто-белые глаза сверлили что-то позади спин своих последователей. Один только вид Маунверта заставил Сета дрожать. Хотелось убежать, спрятаться, не видеть унизительного поклонения волшебнику, возомнившему себя богом.

Прислужники Маунверта, сопровождавшие шестерых разведчиков, тут же опустили глаза, преклонили правое колено, дрожа, как пойманные в сети рыбы. Один из них робко произнёс:

– Лорд Маунверт, простите за опоздание. К вам посетители.

Лорд Маунверт медленно повернулся. Его цепкий взгляд впился в каждого, словно сотня льдин. Паника поднималась к горлу Сета, жаждала захватить разум. Он крепко сжал кулаки, стараясь не трястись. Маунверт угрожающе молчал, подозрительно прищурившись, оглядывал их.

Все его прислужники также преклонили колени перед своим господином, кроме двоих. Один из них – незнакомый Сету мужчина с седыми волосами и грязными ногтями. Рядом с ним стоял Эбнер Вульфорд, ненавистный дядя Джеральда, отважного Искателя, на которого Сет хотел быть похожим.

– Новенькие? – Эбнер указал на вновь прибывших, отчего кольца на бледных костлявых пальцах жалобно звякнули. По лицу расползлась ухмылка. Но Джастин Маунверт промолчал. Он стоял неподвижно, словно сосуд, стремительно наполняющийся гневом. За его спиной что-то шевелилось и стонало, но Сет не мог разглядеть, что именно.

Не это ли пропавший Лиам Лайзенн, ради которого мы и пошли в этот поход? Может, мы вытащим его?

В толпе раздался крик:

– На колени!

Тишина обрушилась внезапно, как будто кто-то выключил звук. Даже собаки замолчали. Сет застыл в ужасе. Неужели мастер Экман согласится пасть на колени перед врагом ради разведки? Ему была противна даже мысль об этом.

Вдруг вмешалась девушка, похожая на Эбнера, явно его дочь – Элинор, кузина и главный враг Джеральда. Не вставая с колен, она повернула голову к вошедшим, жестом поправила свои шелковистые белые волосы и встретилась взглядом с Амадденом.

– Какая встреча! Мой телохранитель вернулся?

Едва слышимые слова всё же произвели эффект. По залу прокатилась пара глумливых, язвительных усмешек. Элинор расплылась в сладостной улыбке. Лицо лорда Маунверта оставалось непроницаемым, но глаза сверкнули гневом.

Амадден – телохранитель Элинор? Что? Почему? Может, Джеральд недолюбливает его не просто так?

Сет переглянулся с друзьями. Амадден, весь напрягшийся, нахмурился и сжал челюсти. Затем, не сдерживая больше гнева, вытянул вперёд большой палец – показал Элинор самый неприличный жест[8].

– Так и не выучил светских манер, как жаль! Но ожидаемо.

Элинор дождалась, пока громила в доспехах войдёт в зал через центральную дверь, привлекла его взгляд поднятой рукой и кивнула на Амаддена. На лице охранника появилось узнавание – и он потянулся к массивной дубине на поясе. Амадден встал в стойку, готовясь к бою. Дерек молча схватил брата за локоть и покачал головой, призывая к благоразумию. Ситуация развивалась не в их пользу.

Они нас узнали. И эти дурацкие наряды нас не спасли. Нам конец!

Сет, стоявший позади всех, опасливо огляделся по сторонам, и, когда внимание окружающих отвлекла перебранка Аммадена с Элинор, он осторожно и неслышно сделал шаг к стене и в сторону – за колонной его дрожащие пальцы стиснули скалящийся знак пантеры на ткани плаща. Из своего укрытия он наконец увидел то, что скрывали спины друзей и прислужников Маунверта.

Не Лиама Лайзенна…

На полу лежала незнакомая юная девушка. Измождённая, в порванной и грязной куртке, с лицом, искажённым страданием. Её тело покрывали царапины и синяки – следы жестокости Маунверта. Но она была жива, едва шевелилась, глядя на происходящее пустыми глазами.

Сет почувствовал, как внутри завязывается узел. Он не мог оторвать взгляд от жертвы, представляя, через какие ужасы ей пришлось пройти.

О боги, бедная девочка…

Мастер Экман решительно вышла вперёд, сбросила капюшон – в маскировке больше не было смысла. Подняв руку, она призвала к бою.

– Прекрати мучить ребёнка, Маунверт! – Её голос, несмотря на напряжённую атмосферу, звучал уверенно и сильно. – Сразись с мастером магии!

Маунверт перевёл на мастера бесчувственный, пронзительный взгляд. Его глаза сузились, губы скривились в жестокой усмешке.

– Мастер магии? – протянул он с явным презрением. – Кажется, я