Подготовка. Том 2 - Алекс Бредвик

— Ого, — не выдержал я.

— Думала, больше будет, — посетовала миссис Сонг.

— А я думала, что вообще просто заберут, забыв, что за неё Макс платил, — ошарашенно проговорила мама. — И это плюсом сверху к тому, что дадут за его восьмой уровень.

— Ах, точно, премия же не выплачена, — улыбнулась девятка. — Тоже будешь приятно удивлена. Советую сразу пару полезных модулей для дома купить, тебе и твоему сыну они в Реатуме пригодятся.

Видимо, возникла небольшая бюрократическая пауза, что-то кто-то где-то обсуждал, миссис Сонг иногда тоже делала вид, что задумалась. Но в общем становилось понятно, что сразу пошли скрытые обсуждения следующего вопроса.

— Второй вопрос! — огласил вновь механический голос. — Слово предоставляется Министру Инфраструктуры и Энергетики!

— Спасибо, — встал он и положил руки, спрятанные в чёрные перчатки, на ограждение своего балкона, тяжело же было это разглядеть с такого расстояния. — Тоже буду немногословен. Тут вопрос в подвешенном состоянии, и сейчас смысла его обсуждать нет. Так как это полностью мне подведомственный вопрос, то я накладываю вето на его обсуждение. Вместе с тем постановляю, что тактический модуль будет находиться в семье Невзоровых до особых указаний. Будет проведён независимый и действительно необходимый аудит разработанной технологии, потому что выявлены беспрецедентные утечки электрической энергии. По всем заявленным характеристикам модуль не должен столько потреблять, а все отчёты о техническом состоянии говорят только об исправности всей изоляции и модуля в принципе. Мистер Усанов…

— Слушаю, — донеслось откуда-то чуть ниже.

— Велите мистеру Гернеру в ближайшие три месяца провести профессиональный аудит с привлечением… моих специалистов и специалистов четвёртого научного отдела для объективной оценки.

— А вот это хорошо, — прошептала миссис Сонг.

— Будет сделано, — ответил отец Дениса.

— Но не очень, — нахмурилась мама. — Они пытаются наложить лапу на разработки, которые не доведены до ума окончательно.

И снова повисла тишина. Вырисовывалась некая традиция, но тут у меня на мгновение заработал интерфейс и… меня попросили выйти! И, видимо, судя по реакции моей мамы, её тоже попросили удалиться. Миссис Сонг кинула на нас взгляд и бесчувственно указала головой на дверь. Как она это всё легко воспринимает… хотя для неё это привычно.

Пришлось выходить. Тут уже стояли два весьма внушительных… джентльмена, так что мы продолжили стоять около наших дверей. Понятно, что они тут не случайно — следят, чтобы мы не подслушивали и не уходили куда-то. Напрягает такое отношение… как к вещам. Но Город своего не оставит. Городу нужны такие, как мы, а если не будет таких, как мы, то шанс, что будут потеряны многие другие, — выше. Наверное, так думает вся верхушка. Активы, просто полезные активы. Но… не всё ими регулируется внутри их же системы. Вот это я уже понял. Главное — научиться играть внутри этих правил.

— Своя рубаха ближе к телу, да, — усмехнулся я, смотря на одного из величайших полководцев в истории, с которым всё время сравнивают генерала Дружинникова. — Но он так никогда на самом деле не считал.

— Считал, но размеры рубахи разными бывают, — мама тоже стала рассматривать его портрет. — Для этого человека понятия размера рубахи словно не существовало. Но его и не любили за это власть имущие. Как и генерала Дружинникова. Но и ценили при этом за то, что он действительно сражался за Родину.

— Но не Отечество? — покосился я в сторону мамы.

— Скорее рука об руку с Отечеством, защищая Родину, — улыбнулась мама. — Это… очень тонкая тема на самом деле. Интересная. Но в таких местах её лучше не обсуждать.

Я просто молча кивнул. Минуты шли снова долго, но почему-то я был спокоен. Почему-то мне казалось, что сейчас не будет принято никаких критических решений. Да, может, что-то засекретят, но что именно… лучше мне и не думать. Отец очень много знал, очень. Скорее всего, сейчас говорят вообще обо всём, что он успел сделать, а не только о факте его гибели. Как говорил мистер Кроул: «Не всё нам положено знать».

— Можете возвращаться, — весьма вежливо проговорил один из двоих «джентльменов», открыв нам дверь обратно к миссис Сонг.

— Благодарю, — сделала небольшой реверанс мама, когда ей придержали дверь.

Вот только из-за этого я едва в неё не врезался, за что она тихо передо мной извинилась. Мамина начальница же сидела задумчивая, положив голову на руку, которую поставила локтем на подлокотник. И задумчивость была глубокой, она даже не сопроводила нас взглядом, не смыкая глаз, смотрела в одну точку.

— Итак, публичная часть, — видимо, продолжал вещать военный Министр. — Учитывая тот факт, что часть жизни господина Невзорова уже попала в учебники, кое-что скрыть мы не можем и не имеем права. Это уже история, которую просто необходимо учить. Поэтому Совет Министров постановляет следующее… — глотнул он воды, видимо, потому что у него перехватило голос. — Факт распределения личной синхронизации при активации функций после победы над продвинутым Ужасом — рассекретить, вписать в учебники. Факт потери синхронизации из-за повышенной нагрузки, в связи с тем, что только что произнёс, — рассекретить. Факт форсирования синхронизации, что был выявлен перед смертью Максимилиана… засекретить до выяснения обстоятельств, факт смерти из-за форсирования синхронизации засекретить до выяснения обстоятельств. В данный момент официальная причина смерти остаётся неизменной — смерть в связи с неисправностью оборудования и огромным воздействием Реатума на нервную систему, что тоже является истиной.

— Но не всей, — сказал один из научных Министров. — И до этого нам надо докопаться.

— Мы это уже обсудили, — раздражённо проговорил военный Министр, а потом снова стал говорить предельно вежливо. — Ник, ты ещё юн, поэтому отдельно обращаюсь к тебе. Возраст твоей полной ответственности не наступил, поэтому прямо приказать мы тебе не можем, в соответствии со всеми нормами. Но при этом твоя мать несёт в данном случае за тебя полную ответственность. Если ты не хочешь разрушить ей и себе жизнь, если не хочешь вновь остаться без фамилии, помни, что было сказано. Напоминаю, это правда, но она просто не вся. Об остальном вас, как родственников погибшего, мы оповестим.

— Четвёртый вопрос, — практически сразу заявил спикер. — Голос переходит Министру Социального взаимодействия.

Но на этот раз, хоть его балкончик подсветился, сразу Министр говорить не стал. В тенях было видно какое-то шевеление, но я