Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

У тебя будет право вето на их действия. — Охренеть, я не просто наблюдатель, я, оказывается, еще и контролирующий орган, вот только что-то мне подсказывает, что если я буду сильно мешать, то они могут и устранить меня, свалив все на колдунов. Вот же подстава, я прекрасно понимал, что перед взрослым тренированным бойцом я продержусь максимум пару минут, и то за счет непривычной техники.

— К тому же тебе полезно познакомиться с их методами и умениями. Это было отдельно прописано в договоре, — тут уже включился в беседу дед. — Мы с Хваном оба выходцы со Стены, и во многом в этом наша сила. Черепахи помнят том, что мы отдали годы жизни, сражаясь с ними бок о бок. На стене ты сражаешься и плевать, кто твой враг, живой, мертвый, оскверненный, проклятая тварь или демон. Ты сражаешься, потому что, если ты не справишься, умрут простые люди. Это простой бой — ты знаешь, кто твой враг. Нюхачам приходится сражаться с тайным злом и часто нарушать законы империи во имя справедливости. Ты должен научиться этому искусству, каков бы ние был твой путь: стать воином или шугендзя. Скоро откроются врата Дзигоку и мерзость поползет в наш мир. Ты должен уметь себя защитить, к сожалению, я не смогу тебя вечно оберегать. Я благодарю Небо за дуэль с Бао. Наконец-то я вижу в тебе то, что видел в своем сыне, он бы сейчас тобой гордился.

— Спасибо. Дядя, — я поклонился Хвану. — Дедушка, — чуть более низкий поклон, нюансы этикета прочно впитывались в мое сознание или же не впитывались, а вспоминались.

Поход к Крысам дед назначил на закат, а до этого времени у меня было свободное время, которое я решил использовать по полной, забравшись в библиотеку дяди Хвана. Как бы меня ние привлекала магия, как бы я ние хотел повелевать стихиями. Я уже пожил и осознаю, что юношеский максимализм на меня не работает. Так что не готов я отдать половину своей новой жизни за попытку стать магом. Сейчас меня больше всего интересовали военные академии и все, что с ними связано. Старая привычка максимально выяснить, куда я ввязываюсь. Выяснить удалось не так много, как всегда куча цветастых фраз, воды и прочей словесной шелухи. Как же мне не хватает поиска с его базами знаний по всему на свете.

Как оказалось, существуют три типа академий, где обучают сформировавшие ядро. Первая — это клановая академия, там, как следует из названия, могут обучаться лишь члены конкретного клана или же в исключительных случаях их близкие союзники. Второй тип — это имперская академия, где обучаются жители империи, не принадлежащие кланам. Третий тип — это особый тип, называемый Академией Земли и Неба, там обучаются одновременно и клановые, и самые способные из имперских бойцов. Обучение в этой академии длится пять лет, с учетом того, что туда поступают лучшие ученики после прохождения первого курса клановой или имперской академии. Именно в Академии Земли и Неба куется сила империи, там клановая молодежь знакомится друг с другом и вольными жителями империи. Там закладываются будущие союзы и там же куются команды, которые в дальнейшем будут влиять на дальнейшую жизнь Империи.

Похоже вот и вырисовывается цель — закончить первый курс в числе лучших и попасть в Академию Земли и Неба. Раз я теперь в мире, где правят сословные порядки, значит будем подчиняться им и двигаться вперед. Вот только интересно, почему если дед был по факту гением, он учился именно в имперской академии?

От чтения пыльных книг и свитков жутко чесался нос, а иероглифы уже расплывались в глазах, но самое главное я смог для себя выяснить. Первый год — это испытание силы и духа. Задача за первый год из неофита сделать адепта, а еще лучше аколита. Но по факту куда важнее, чтобы ты смог сдать экзамены. А вот какие они, в этих дурацких книгах не сказано. Зато сказано, что прошедшие академию не должны делиться знанием с новыми поколениями, потому что каждый должен найти сам свой путь к могуществу.

Сила империи прирастает практиками колец сил. Исходя из информации, считается, что неофит стоит двух обычных бойцов. Адепт способен потягаться с пятью, аколит справится с десяткой. Но такая статистика, на мой непросвещенный взгляд, указывает лишь на вчерашнего крестьянина, звание адепта не помогло Донгу в бою со мной. Слишком много непонятных для меня факторов. Вот и как оценивать силу противника?

На закате, когда я уже почувствовал голод, в библиотеку зашел дед. Мне категорически не нравились его состояние, но этого упрямого барана, похоже, не переделать.

— Дедушка, вам стоит поберечь свое здоровье.

— Мне надо продержаться еще три дня до объявления решения совета регентов о призыве. А потом домой и я никуда не высуну нос, пока не выжгу у себя скверну.

— Есть ли способы защититься от нее или вовсе избежать скверны? — мне не нравилась сама идея мутировать в какую-то тварь.

— Не практикуй махо, держись подальше от земли Теней и держи нефрит поблизости. Любой, кто был на Стене, всегда старается иметь при себе хоть камушек нефрита. Он защищает от внешнего проявления скверны, но, если ты используешь оскверненное колдовство, — нефрит тебя не спасет.

— Спасибо за урок, старший. Я бы хотел перекусить перед встречей.

— Для тех разговоров, что мы будем вести, полный желудок — зло. Идем, внук.

Сумерки уже накрыли город, когда мы вышли с дедом из дворца губернатора. Притом шли мы не через парадные ворота, а через тайную калитку. Глубокие соломенные шляпы и широкие плащи скрывали наши фигуры. В движениях деда чувствовалась нервозность и, похоже, он считал, что встреча может быть опасной, иначе зачем он шел с посохом, а на его поясе висела тяжелая сабля дао, которая буквально за мгновение крепилось на древко и вот у него в руках его любимое гуаньдао. Глядя на снаряжение деда, я надоел уже привычные мне перчатки, которые отлично зарекомендовали себя в ночь Пауков. Старик лишь одобрительно ухмыльнулся, увидев их на моих руках.

Шаг за шагом мы двигались по темным закоулкам кварталов. Пару раз нас окликнули, требуя, но стоило деду открыть плащ и показать клинок на поясе, вопросы сразу исчезали. Нижний город жил своей жизнью.

Запахи нечистот, немытых тел, наркотиков и дешевого алкоголя забивали ноздри. Мир, увиденный мной, слабо отличался от бразильских фавел. Тотальная нищета, больные люди и, конечно же, банды. Стоило нам пройти ворота в морской квартал, как сразу исчезли стражники, а к