Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

— Ты расстроился? — хлопала та глазками.

— Нет.

— Правда-правда?

— Ага.

…

Тем временем, Волконский опустился на бархатное сиденье напротив юного Северова и захлопнул дверцу кареты. Рядом уже сидел Магнус, что был возвращён с Крепкого Ореха, ещё и с нехилым заработком.

Карета плавно тронулась и поехала через территорию складов на выезд.

Юноша откинул капюшон.

— Ну что, Лорды. Магнус Магнусович, Степан Иванович, сегодня наш последний день в столице. Завтра на рассвете, оба выдвигаетесь в Сочинское Княжество, вместе с моей семьёй. Рассчитываю на вас. Ни один волос не должен упасть с их голов. Если потребуется — сожгите хоть весь мир, но мои жёны должны быть в безопасности.

— Можете даже не сомневаться, Мой Король, — расплылся в почтительной улыбке Магнус. — Всё будет исполнено в лучшем виде. Ни одна живая душа не посмеет приблизиться к вашему роду.

Степан Иванович согласно кивнул.

— Всё сделаем, Хозяин, — и в этот момент его лицо дрогнуло. Бывший заместитель главнокомандующего Империи снял эфирную маскировку, что носил с самого утра. Теперь вместо старца в карете сидел пятидесятилетний мужчина — статный, с русыми усами и бородкой. На голове тоже густая шевелюра, с благородной проседью. Никаких пигментных пятен, иль же глубоких морщин. Он спецаильно не стал молодиться сильнее, дабы не уступать в возрасте Магнусу! У них, честно говоря, зародилась некая странная, но честная конкуренция — кто же станет достойным обозваться правой рукой господина! Ещё вчера, после возвращения юного Северова, Волконский преклонил колено и признал того своим полноправным монархом. Формально договор с Николаем был исполнен ещё четыре дня назад, когда была снята осада с Крепкого Ореха, всё остальное сделанное Александром — было лишь дополнительными условиями, не имеющими отношения к основному контракту. Так что старик Волконский проявил инициативу самостоятельно ещё вчера, дабы показать, что он посвящает свою жизнь служению добровольно, за что и был вознаграждён.

— Никто не посмеет даже посмотреть в их сторону, господин, — низким голосом произнёс помолодевший Волконский. — Я разорву реальность на части, чем позволю кому-то навредить Вашей семье. Можете быть абсолютно спокойны.

Александр удовлетворённо кивнул. Оставлять тылы под защитой двух Высших Лордов, связанных с ним нерушимой клятвой — наилучший способ со спокойной душой заняться своими делами. ДА И КТО ВООБЩЕ МОЖЕТ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ИМЕТЬ ТАКУЮ ОХРАНУ⁈

— Благодарю за службу, господа, — малец улыбнулся. — Как только вернусь, обучу вас той технике контроля, о которой мы говорили.

Глаза обоих мужиков вспыхнули неподдельным восторгом! Для Лордов-эфироправов, достигших потолка в своём развитии, его знания о контурах высшего порядка были ценнее любых сокровищ мира!

— Благодарим, Ваше Сиятельство! — хором выдохнули они.

Александр кивнул и, отвернувшись, отодвинул бордовую бархатную занавеску. За окошком экипажа мелькали серые улицы столицы. Ливень лил сплошь. Но внутри юноши было умиротворённо. Логистическая операция завершена. Он заявил о себе всему Китаю, и теперь стал целью номер один для сильнейших практиков Поднебесной. Однако, они ведь даже не предполагают, с кем им придётся связаться…

Отшельник Извращённый

Ненормальный практик 11

Глава 1

В тайной лощине отряда Ночных Орхидей всегда темно и сыро. Дыра, забытая богами, и при этом — лучшая база на фронте с Российской Империей. Местечко не значилось ни на одной карте, да и вообще представляло собой адову расщелину, которую обычный люд обходил стороной. Ниндзя сидели здесь до сих пор, спустя столько дней, хотя формально охота на злосчастного Ненормального Практика уже началась, однако сначала нужно было собрать сведения и понять, где он сейчас находится вообще, потому что в Крепком Орехе его давно нет.

Палатки тут натянуты низко и крепко, чтобы порывы ветра, дующие тут будь здоров, не сорвали брезент. Сам брезент — хвойной маскировочной гаммы, прикрытый мхом и прочей мишурой, и чтоб ни одной свечи внутри — вряд ли кто увидит свет снаружи, но таков регламент. Что говорить, если дозорные в непосредственной близости от лагеря сутками стояли в позах деревьев, буквально, по технике гесшики-но-ката, имитируя не только неподвижность, а и саму жизнедеятельность собственных тел — замедленное дыхание, молчание, смешение ауры с окружающим лесом. Они становились частью местности. Случайный охотник, а их тут ни черта нет, но мало ли, забредший на горный мох, прошёл бы в паре шагов от часового и ничего не понял. Такая тут была серьёзная дисциплина.

В главном шатре, обложенном ветвями, горел единственный масляный фитилёк в железной плошке, прикрытый бамбуковой ширмой, дабы свет не падал на стенки. Свет тут не любили. Особенно дневной. Ниндзя — скорее всего совы, иначе как объяснить их бодрствование ночью?

На ковровой циновке, поджав ноги, сидела глава клана ниндзя Сакамуро Каэдэ.

Ей нездоровилось.

Внешне это не читалось — прямая спина, расправленные плечи, расслабленные кисти на коленях ладонями кверху. Чёрные волосы заколоты деревянной шпилькой без украшений, ведь каждая куноити с малых лет знает, что украшения — шум. Тёмно-синие штаны с кимоно, вместо сапог — тканевые таби с раздвоенным носком. Нижняя половина лица скрыта маской шиноби, а глаза — голые, угольные, без всякого выражения, как два чернильных кружка. Не было в них никакой нежности, никакой женской слабости — наоборот, любой, кто хоть раз заглядывал в их бездну, тут же отводил взгляд от испуга. Богиня смерти, вот кем была Каэдэ, не иначе, ещё и облачённая в столь привлекательную плоть.

И всё же, как ни сильна была она, с самого вечера у неё ныл правый бок. Старая история, двадцатипятилетней давности. На задании в Корее в почку прилетел сюрикен, отравленный местной дрянью, которую и в Японии-то не каждый травник опознал бы. Выжила, вылечилась, но с тех пор почка напоминала о себе перед погодой. Сегодня, видимо, будет не только дождь, но и снег.

«Старею», — спокойно подумала Каэдэ.

Ей было сто семьдесят три, но выглядела едва за тридцать пять, благодаря поддерживающим техникам клана Тени. Вот только проблема была в том, что Лордессы её уровня старели отнюдь не телом, а накопленной усталостью и ранами. Время рано или поздно возьмёт своё — сначала она перестанет драться с Лордами на равных, а затем либо умрёт либо в отставку, если повезёт. Такой путь у каждой куноити Японии.

На полу поверх чёрного шёлка лежали шесть узких стеклянных флакончиков. Каэдэ проверяла их, поднося к фитильку и слегка наклоняя. Жидкость отзывалась на свет по-разному: одна тяжело