Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

— Странное имя для коня.

— Он его заслужил, — не вдаваясь в подробности, пояснил Мустафа.

— В последние несколько дней Мушкила приходит на салят, — сообщил марабут.

— Я так и понял, убегает по зову муэдзина.

— И давно так?

Мустафа отрицательно покачал головой:

— Он любопытный и очень умный.

— И злобный, — вставил своё слово Изем.

— Субханаллах! Удивительный конь! — марабут напрочь проигнорировал слова Изема. — Он так тянется к Корану!

Тут Мустафа немного охладил религиозный пыл марабута предположив, что Мушкилу заинтересовал сам китаб. Если у марабута есть два китаба, то можно было бы посмотреть, к какому конь подойдёт.

— Нет другого китаба, — разочарованно вздохнул марабут.

— Я не могу его удерживать, чтобы он тебе не мешал, хазрат, — Мустафа развёл руками. — Если его удерживать, то все узнают, почему его зовут Мушкила.

— Пусть приходит, — улыбнулся марабут.

Марабут уехал, оставив недоумевающих воинов разглядывать Мушкилу по-новому.

Разве можно теперь такого коня подозревать в одержимости джинном?

17 — Фаийда — польза, прибыль (араб.)

18 — Тайфа — мусульманские эмираты-княжества, отколовшиеся от халифата.

19 — Салят (араб.) — намаз, ритуальная молитва в исламе

20 — Субханаллах — «Аллах чист от любых недостатков». Верующие произносят, когда становятся свидетелями какого-либо чуда.

21 — Китаб (араб.) — книга. В данном случае Коран.

Глава 10

«Сегодня наша очередь в разъезд (22)», — с этими словами пришёл утром к Мушкиле Мустафа, подтаскивая седло. Это означало, что Мустафа намеревался ехать сразу на Мушкиле. По их негласной договорённости Мушкила вставал под седло только для выполнения военных задач.

— Тебе твой марабут объяснял, что зеннеты — хариджиты, неправильные мусульмане? — Мустафа был в хорошем расположении духа, он явно подшучивал над конём. История, поведанная марабутом накануне, произвела на Мустафу большое впечатление. Впрочем, как и на всех реграга. Воины через свою призму мистического мировоззрения воспринимали случившиеся не иначе как чудо. Мустафа слышал краем уха о сплетнях, которые ходили о необычном уме и поведении его коня, и сам склонялся к сходному выводу, что ему всё же достался джинн в конском обличии. Была, конечно, вероятность, что Мушкила действительно заинтересовался китабом, но для чего ему при каждой возможности бегать на салят? В итоге сегодня утром Мустафа практически уверовал и очистился от подозрения Мушкилы в обладании нечистой силой. Его религиозное восприятие не дало ему сделать правильный логический вывод, зациклившись на саляте. Мушкила бегал не на салят, а на зов мальчика-муэдзина, так он определял текущее местонахождение палатки марабута среди сутолоки большого войска.

Мустафа часто разговаривал с Мушкилой. Тот был идеальным собеседником, поддерживая беседу пофыркиванием, мотанием головы или даже презрительным попукиванием, но не перебивал Мустафу. С другой стороны, у Мустафы складывалось впечатление, что конь его полностью понимает. Родственников или близких друзей среди реграга у Мустафы не было, поэтому разговоры с конём по душам были его спасением от одиночества — чисто человеческого изобретения, когда человек, обитая среди скопления людей, одновременно с этим одинок.

Рядом хрумкала содержимым торбы довольная жизнью заводная кобыла. Она была уже старой и самой заурядной кобылой, доставшейся Мустафе по случаю. Она даже имени своего не имела, хотя возила на себе Мустафу вот уже три года. С появлением Мушкилы работать она меньше не стала, но жизнь её стала всё равно не в пример лучше. Мушкила ревниво следил, чтобы их двуногий не экономил на фураже кобылы, защищал её от хищников и других лошадей. Если Мустафа будет лечить кобыле ссадины и раны от укусов, то кто его возить на себе будет, Мушкила, что ли? Опять же основную транспортную нагрузку брала на себя кобыла, для этого силы нужны и хорошее питание. А с тех пор как Мушкила отвоевал статус вожака, кобыле настала лафа по жизни. Она настолько уверовала в себя, что на водопой лезла второй за Мушкилой и трогать или отжимать её было чревато. Хитрая скотина могла жалобно игогнуть и тогда обидчику неотвратимо прилетало наказание.

Завершив возню с лошадьми, Мустафа взлетел на Мушкилу и оглядел взглядом арифа свой десяток. Убедившись, что всё в порядке, двинулся к аглиду Мунатасу, который уже дожидался своих людей, чтобы вести за собой, как и полагается аглиду. Реграга шли одвуконь, но как придётся, строя не держали. Рельеф тоже не способствовал, поэтому отряд то разбивался на десятки, раздельно втягиваясь между холмов и в овраги, то растекался по ровному месту общей массой.

Впрочем, какие-то зачатки воинской службы Мунатасу были известны. Он выслал разведку в три всадника вперёд и велел по одному десятку держаться правее и левее. Правда при этом в основном отряде оставалась всего дюжина воинов.

Путь основного войска шёл вдоль русла сухого ручья, в первую половину лета ещё питающего растительность долины, но в это время года русло лишь местами содержало грязевые лужи. Перейти ручей по сухому можно было практически в любом месте. Разъезды рассылались вперёд и по сторонам. Как повелось в этом походе, реграга опять отправили вправо, ближе к горам.

Местность была испещрена сухими балками, между которыми простирались относительно ровные участки или, наоборот, высокие каменистые холмы. Естественно, отряд старался на ровные участки не выходить, следуя вдоль относительно ровных склонов балок, время от времени посылая наблюдателей повыше для обозрения округи. Балки были извилисты и ветвились, расходясь и соединяясь, создавая причудливый маршрут передвижения отряда. Так уж сложилось, что на слиянии двух балок путь реграга пересёкся с аналогичным отрядом зеннетов, только крупнее, в полсотни копий. То ли передовой дозор разведчиков реграга поленился проверить ответвление, то ли заглянул, но недалеко, а зеннеты были ещё за поворотом. С другой стороны, неужели шума от движения отряда в полсотни человек не расслышали? Так или иначе, но отряд реграга тоже не услышал зеннетов, но это и не удивительно, сами тоже двигались не бесшумно. Зеннеты тоже хороши, шли без головного дозора. Иначе как объяснить их удивлённые лица, когда они вылупились на встречный отряд реграга?

Тем не менее долго теряться обе стороны не стали. Зеннеты закричали и, не дожидаясь, когда весь отряд выйдет из балки и сконцентрирует силы, бросились на врага. Реграга успели лишь отцепить заводных лошадей и взять короткий встречный разгон. То, что зеннеты атаковали сходу в какой-то мере и спасло реграга, они смогли выдержать первый натиск. Навались на них всё полсотни разом, то последствия боя могли быть другими. А так противники