Боги, забытые временем - Келси Шеридан Гонсалез

– Я приняла меры, чтобы ты встала на правильный путь, но это все, что я могу сделать, – сказала Немайн. – Я и так уже сделала слишком много. Когда Бадб узнает, ее гнев будет страшен.

Руа обняла Немайн.

– Slán agat [7].

– Slán leat [8], Маха.

* * *

Задохнувшись, она опустила ноги на дно и встала по шею в воде.

Ей надо вернуться к Финну, пока не стало слишком поздно.

Руа вышла на берег. Мара сидела на земле у травяной кочки, где был вход в пещеру, и, кажется, с кем-то беседовала. Но Руа не слышала, что она говорит.

Она быстро оделась и закуталась в теплую накидку, пытаясь придумать, как вернуться в Манхэттен, не прибегая к помощи Мары.

Мара больше ей не нужна, ее сведения недостаточны, и она явно выдает желаемое за действительное. Эмму ей не вернуть. Видимо, это и были те самые гарантии, о которых говорила Немайн. Она заманила Мару в лес и заставила принести жертву. Где бы Эмма ни пребывала сейчас, сюда она не вернется. Руа отмахнулась от настырного чувства вины и зашагала обратно к дому Харрингтонов.

– Стой! – крикнула Мара. – Ты куда?

– Искать Финна, – бросила Руа через плечо.

– Тебе нельзя уходить! Ты не успеешь вернуться. Она уже идет.

– Кто? – Руа все-таки обернулась.

– А ты как думаешь?

Бадб.

– Так вот с кем ты разговариваешь, когда ходишь к адской пасти, – задумчиво проговорила Руа, хорошо понимая, что это значит. Все, что сделала Мара: привезла ее в Конлет-Фоллс, разлучила ее с Финном, – было сделано по велению Бадб. Немайн предупреждала, что Бадб будет мстить. Так и случилось. Мара сделала все, чтобы не дать им воссоединиться друг с другом, и теперь Бадб убьет их обоих.

– Да, так и есть, – улыбнулась Мара. – С лучшей из сестер.

– И что это значит?

– Я слышала об адской пасти. Об одержимости и нечистой силе. Я все знала, но считала себя умнее всех. – Мару била дрожь. – Я, преданная дура, привела сюда свою лучшую подругу. Потому что мне обещали награду, превосходящую все мои самые смелые мечты. Я была эгоисткой, и теперь она застряла там из-за тебя. – По ее лицу потекли слезы. – Из-за тебя! – Она вскинула руку с ножом, угрожая Руа.

– Из-за меня? – рассмеялась Руа. – Мара, ты сама не понимаешь, во что ввязалась.

– Бадб мне говорила, что ты надо мной посмеешься! Но я все понимаю. Она мне рассказала, как ты предала своих сестер ради мужчины. Мужчины, которому ты не нужна! – Ее слова больно задели Руа, и Мара об этом знала. Она шагнула к Руа. Видимо, нож в руке придавал ей смелости. – Он знает, кто ты, и все равно выбрал другую.

– А ты предала свою подругу, потому что так повелел некий голос в лесу.

– Я ее не предавала, – горячо возразила Мара. – Эмма сама захотела пойти.

– Ты хотела награду от Морриган и ради этой награды пожертвовала подругой.

– Залезай, – холодно произнесла Мара, указав ножом на вход в адскую пасть.

Руа не шелохнулась.

– Я верну твое тело Бадб. Живой или мертвой, неважно. – Теперь в голосе Мары послышались нотки истерики.

– Ты не сможешь меня убить, – сказала Руа, хотя была не уверена, что это правда. Немайн нарушила все правила, чтобы доставить ее в царство смертных, и, возможно, она умрет, если ее ударить ножом.

– Я смогу! – Мара набросилась на нее, размахивая ножом.

– Мара, не надо! – крикнула Руа, пытаясь схватить ее за запястье, но промахнулась. Лезвие ножа полоснуло Руа по руке, оставив длинный глубокий порез.

Они обе застыли, глядя, как алая кровь разливается по бледно-зеленому рукаву. Было больно, очень больно. Мара посмотрела в глаза Руа, и ярость Руа отразилась в ее зрачках, словно вспышка зажженной спички.

Мара в панике уронила нож.

Руа быстро его подняла, разъяренная дерзостью Мары. Она шагнула вперед, и Мара в страхе попятилась.

– Почему ты хочешь остаться? – спросила Мара дрожащим голосом. – Здесь для тебя ничего нет. Ты разрушила репутацию Эммы. Ты не сможешь вернуться и жить с Харрингтонами как ни в чем не бывало. Твое время здесь истекло.

Да, Мара права, но Руа это не остановит. Она не может уйти просто так, не предупредив Финна об опасности. Но времени у нее было в обрез, а средств, чтобы добраться до Нью-Йорка, не было вовсе.

Руа приблизилась к Маре еще на шаг, обдумывая свои дальнейшие действия. Мара вскинула руки, пытаясь защититься.

– Я не собираюсь тебя убивать, Мара. Зачем мне тебя убивать, если благодаря тебе ко мне вернулись воспоминания? Я никогда не попала бы в этот мир, если бы не ты.

– Что ты со мной сделаешь?

– Залезай. – Теперь уже Руа указала ножом на вход в адскую пасть.

Мара покачала головой:

– Нет…

– Делай, как я говорю.

Мара опустилась на колени перед черной дырой. Ее била дрожь.

– Еще не время. – Они обе посмотрели на небо: солнце медленно клонилось к закату. – Ничего не произойдет.

– Но ты не можешь быть в этом уверена, правда? Если богиня увидит тебя в пещере, может быть, это и станет началом праздничной ночи. – Руа пожала плечами. – Может, и вправду ничего не произойдет. Или ты встретишь моих сестер. Надеюсь, не Бадб. Она не умеет прощать, и, как я поняла, она ждет не тебя, а меня.

– Пожалуйста, – взмолилась Мара. – Я не хочу умирать.

Руа наклонилась к ней.

– Если доживешь до завтрашнего заката, можешь выходить. Но ни минутой раньше, иначе я все узнаю, – солгала она не моргнув глазом. Ей было нужно, чтобы Мара не путалась у нее под ногами и не помешала вернуться в город и разыскать Финна. Сейчас, будучи простой смертной, Руа не могла черпать силы из адской пасти, но Мара об этом не знала.

– Не думай, что ты тут одна невинная овечка, лишь потому, что Финн в своей глупости возвел тебя на пьедестал. Он не знает, кто он такой. Откуда ему знать, кто ты такая? Даже если к нему возвращаются воспоминания, он все равно никогда не узнает тебя по-настоящему. Тебя никто не узнает по-настоящему. – Голос Мары, исполненный боли и гнева, звучал напряженно. – Финн с тобой не пойдет, и ты упустишь свой шанс вернуться домой. Если тебя не найдет Бадб, то найдет Флосси. И отправит в лечебницу до конца твоих дней.

Руа не знала, сможет ли она вынести боль, когда Финн неизбежно откажется от нее, но она не могла просто оставить его в неведении о предстоящем ударе Бадб. Лучше жить без него, зная, что он тоже где-то живет