Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Мужчин гибло в три раза больше, — буркнула Род.

— Правила есть правила, — непреклонно бросил мастер Резвер.

— Пусть женщины сами выбирают, рисковать им или нет! — не отступала Род.

— Ты думаешь, нам, мужчинам, приятно смотреть, как гибнут женщины? — вызверился мастер.

— Ой, а как женщинам-то приятно смотреть, как умирают мужчины, — весело пропела Майяри, только вот взгляд у неё был злым. — Слышите? — она кивнул на трибуны, на которых нарастал шум. — Негодуют.

Ученицы действительно вскакивали с мест, что-то орали, целый отряд пытался прорваться в нишу глашатая, и тот с искренним возмущением увещевал их:

— Прекрасные, моя-то какая вина? Не я принимал эти правила. В то время я ещё не родился.

— Правила есть правила, — стоял на своём мастер Резвер.

— Все правила рано или поздно меняются.

Мастер резко обернулся и замер, уставившись на хайрена Узээриша. Наследник неспешно прошёл к Мадишу, улыбнулся побледневшей Род, уважительно кивнул досадливо поморщившейся Лирке и остановил свой насмешливый и в то же время восторженный взгляд на Майяри.

— Надеюсь, моего слова будет достаточно, чтобы изменить правила?

— Как это будет выглядеть? — мастер Резвер недовольно сложил руки на груди, а директор лишь переводил взгляд с наследника на мастера и обратно и не вмешивался, предоставляя бывшему учителю и ученику самим решить этот вопрос. — Команда нарушила прописанное в уставе соревнований правило, и в тот же день в него вносятся поправки, чтобы они могли участвовать дальше? Думаете, после этого хоть кто-то будет воспринимать их серьёзно?

— А это как огласить. Согласитесь, мастер, они действительно одержали победу. Кроме того, они пошли на обман, чтобы доказать, что и женская команда способна участвовать наравне с другими. Они не просят для себя поблажек. Помимо всего, это очень достойные ученицы. Госпожа Майяри кроме учёбы ещё и проходит практику в жаанидыйском сыске. И, надо учесть, не в качестве невесты харена, а настоящего служащего, уже успевшего себя зарекомендовать.

Майяри мучительно вспоминала всё, что успела сделать по работе, чтобы понять, какого рода рекомендации могли о ней дать другие сыскари.

— Госпожа… м-м-м… Лирка? — та осторожно кивнула в ответ на вопросительный взгляд. — Госпожа Лирка поступила в школу, не умея даже толком говорить на южносалейском. Сейчас же её успехи в учёбе пусть и не очень выдающиеся, но весьма крепкие.

Да-а-а, информаторы хайрена хорошо работают. И быстро.

— Господин Род же, — наследник насмешливо приподнял брови, осматривая облачённую в слишком для неё большую рубашку девушку, — имеет выдающиеся успехи в учёбе. И как мне известно, у мастера Дагрена только одна дочь и она ещё очень юна. Значит, господин Род поступил в школу раньше положенного, но всё равно смог держаться наравне с остальными парнями, несмотря на юный возраст и… пол. Так почему к ним должны несерьёзно отнестись? Перед нами талантливые, очень одарённые и, главное, усердные и целеустремлённые девушки. Каждая из них находилась и находится в сложной ситуации. Но они справляются. Они жалуются? Я просто не знаю.

Мастера неуверенно переглянулись между собой.

— Я считаю, что исключать их из состязаний будет большой ошибкой. Помимо того, что они действительно достойны быть участниками, вы оскорбите всех женщин здесь, выбросив из соревнований женскую команду. Вы хотите столкнуться с их гневом? Не забывайте, у наших женщин есть когти и клыки. Выбросив их, вы рискуете сорвать соревнования вообще.

— Ну что-то в этом есть, — наконец вмешался и директор.

— Определённо есть, — прозвучал ровный глубокий голос.

Мастера обернулись и остолбенели, увидев самого хайнеса.

— Наша страна — страна свободных, — уверенно произнёс господин Иерхарид, — и меня крайне удручает, что женщинам приходится прибегать к хитростям, чтобы показать всё, на что они способны. Я не советую, я распоряжаюсь внести поправки в устав соревнований и открыть нынешний день для добора команд, чтобы девушки, которые хотели участвовать, но не смогли из-за правил, заявили о своём участии. Так как руководство не озаботилось раньше этой проблемой, — хайнес прохладно посмотрел на директора, — новым командам даётся одна-единственная поблажка: в сегодняшних соревнованиях они не участвуют. А если же вы опасаетесь смертельных исходов, — взгляд повелителя переместился на мастера Резвера, — то дополните список запрещённых приёмов на первом этапе состязаний… или создайте его. Я увидел только один бой, но уже уверен, что кое-какие приёмы должны быть запрещены, — теперь господин Иерхарид улыбался Майяри. — Мне было больно смотреть на вашу жестокость.

— А я же определённо ей рад, — хайрен Узээриш посмотрел куда-то в сторону, и Майяри предположила, что на Хныма.

— Что ж, так и поступим, — директор нервно улыбнулся. — Я сам объявлю о нашем решении и всё объясню. После чего состязания продолжатся. Вас же, мастер Резвер, я попрошу вернуться в мой кабинет и вместе с моим помощником записать всех девушек, что придут заявить о своём участии.

— То есть мы остаёмся? — не верила своему счастью Род.

— Да, госпожа… м-м-м… — директор нахмурился, но всё же припомнил, — Ийлилилея.

— Да вы что⁈ — изумился хайрен Узээриш, насмешливо смотря на порозовевшую девушку. — Цветок, любимый богами?

— Папой она любима, а не богами! — Мадиша отчего-то сильно раздражало внимание наследника, и он поспешил подхватить подругу под локоть. — А ты рано радуешься, мелкая! Я тебе сейчас так всыплю! Пошли!

Мастер Дагрен хотел было ревниво осадить зарвавшегося мальчишку — всё-таки чья это дочь⁈ — но промолчал и пошёл следом за парочкой прочь с полигона.

Майяри и Лирка тоже решили, что им не стоит мозолить глаза и без того разозлённым мастерам, и, торопливо откланявшись, хотели уже уйти, но Майяри отвлёк хайрен. Мечтательно прищурившись, оборотень смотрел куда-то в сторону, а затем загадочно спросил:

— Госпожа Майяри, а вы мстительны?

Та сразу заподозрила неладное и напряглась.

— Зависит от того, как сильно я обиделась. Но я не обидчива.

— Правда? А как же господин… кажется, Хным? Он ведь повёл себя так неблагородно.

Девушка в красках представила, как хайрен идёт разбираться с бедным мальчишкой, не успевшим нажить ума, и едва не скривилась.

— О, господин, — Майяри растянула губы в снисходительной улыбке, — я уже отомстила ему весьма замечательным образом. Думаю, теперь любое напоминание обо мне будет надолго отравлять ему настроение. Нет, я не сержусь на него и считаю, что сполна