Протокол "Гхола": Пробуждение - Ivvin

Ты увидел будущее, которое может быть, если приложить правильный вектор силы. Я закрыл глаза, восстанавливая дыхание, и начал раскручивать эту идею, проверяя её на прочность.

Строить такое в глубокой пустыне? Технически — возможно. Материалы и правильная форма вполне могут выдержать и кориолисовы бури, пусть и с постоянным контролем и восстановлением внешнего слоя.

Но главный вопрос был не «как построить», а «почему нам позволят».

Почему фримены — эти фанатики, охраняющие тайны пустыни пуще собственной жизни — не вырежут такой форпост в первую же ночь? Почему они не натравят на него орды гигантских Шай-Хулудов? Ведь любой чужак в Глубокой Пустыне — это угроза их секретности, угроза Югу. Ответ пришел из видения. Из той самой картинки, где фримен сидел рядом с харконненом и пил воду.

Закон Воды.

В пустыне нет ничего дороже влаги. Отказать страждущему в воде — преступление. Дать воду — священный акт. Если Дом Варос построит не просто военные базы, а Санктуарии — места, где любой, абсолютно любой, кто постучится в шлюз, получит воду, прохладу и безопасность, бесплатный минимум для выживания, а остальное за отдельную плату — мы изменим правила игры.

Мы станем неприкасаемыми.

Фримены прагматичны. Им тоже нужны базы подскока. Им тоже нужно место, где можно переждать внезапную бурю, если до сиетча далеко. Если мы дадим им это право — право входа без вопросов, без обысков(но и без оружия внутри, судя по видению), без попыток проследить, куда они пойдут дальше, — они нас не тронут. Более того, они станут гарантами нашей безопасности. Уничтожить источник открытой воды в пустыне? Для местного это кощунство, сравнимое с убийством ребенка.

А Харконнены? Гильдия? Контрабандисты? Им плевать на святость, но им нужна логистика. Им нужны безопасные гавани, чтобы возить спайс без потерь.

Нейтралитет. Абсолютный, вооруженный до зубов нейтралитет. Швейцария Арракиса.

Идея была безумной. Она требовала колоссальных вложений, ювелирной дипломатии и наглости, граничащей с самоубийством. Но она решала главную проблему Дома Варос — мы слишком малы, чтобы воевать силой. Нам нужно стать необходимыми. Да — гарантии, что всё так будет — нет, и быть не может. Дело однозначно попробую «отжать», взять под контроль. И как-то умудриться и не допустить резни между фрименами и имперцами. Я поднялся на ноги. Головокружение прошло, уступив место ледяной ясности. Спайс не просто показал мне картинку. Он дал мне весьма интересный вариант будущего. И хоть он не обязательно сбудется, он он и не обязан быть единственным.

* * *

Я стоял снаружи, сворачивая маскировочную сеть. Движения были автоматическими, но мысли были далеко. Я смотрел на эти нагромождения камней, на этот убогий «гараж» для нашего топтера, а видел фундамент. Видел шлюзовые камеры. Видел, где пойдут шахты вентиляции.

— Доброе утро, командир, — голос Калеба был хриплым. Он стоял на аппарели, щурясь от яркого света. Выглядел он паршиво: лицо помятое, под глазами круги, дистикомб смещен в сторону, который он как раз поправлял.

Следом выполз Киран, зевая и потягиваясь так, что хрустнули суставы.

— Жрать хочется, — пробормотал он. — И пить. В глотке как будто кошки нагадили.

Я посмотрел на них. Грязные, уставшие, воняющие потом и дешевой синтетикой. В моем видении стражи были в белоснежном. В идеальной, чистой броне. Это сколько же на это понадобится времени и средств? Что это за дерево такое?

— Загружаемся, — скомандовал я вслух, отбрасывая мечты. — Взлет через десять минут.

— А завтрак? — жалобно протянул Киран.

— В полете пожуешь брикеты. Солнце уже встало, мы и так задержались.

Мы быстро собрались(было бы что собирать). Двигатели и крылья загудели, поднимая тучу пыли. Пепелац дрогнул, отрываясь от камней, машина пошла вверх, прочь из каменного мешка. Мы набрали высоту, ложась на курс к базе. Я бросил последний взгляд в зеркало заднего вида, на ту самую скалу, где мы провели ночь. С высоты она казалась просто маленькой темной точкой в бескрайнем океане песка. Никто бы не обратил на неё внимания.

— Знаешь, босс, — вдруг сказал Калеб, глядя на проплывающие внизу дюны. — Место там было… паршивое, конечно. Тесно, холодно.

— Угу, — отозвался я, корректируя курс.

— Но, если подумать… — он потер шею. — Если бы там обустроить всё по-человечески. Выровнять площадку, поставить генератор, кулер с водой… Можно было бы неплохой перевалочный пункт сделать. А то до города пилить и пилить.

Я усмехнулся. Скрытая маской улыбка была хищной.

— Мы сделаем лучше, Калеб. Намного лучше.

— Что? — не расслышал он из-за гула двигателей.

— Ничего. Следи за небом. Мы везем немалое богатство.

Пепелац лег на крыло, уходя к востоку, туда, где за скалами ждала Элара. У меня был для неё подарок. И это был не только спайс.

* * *

Примечание Это не обязательное будущее, это один из рассматриваемых мной вариантов. Он может быть не осуществим по каким-то причинам. Далее будет видно. Но я бы с удовольствием почитал Ваше мнение об этой идее. Плюсы, минусы, реалистичность и прочее. Позже добавлю арт барельефа, он почти доделан и добавлю в доп материалы и сюда в текст.

Глава 36. Горячий прием

Путь домой всегда кажется дольше чем он есть. Особенно если торопишься. Когда впереди показались знакомые очертания блокпоста, напряжение ослабло. Вибрация левого крыла, хоть и раздражала, оставалась в пределах допустимого.

— Вижу базу, — доложил Калеб. В его голосе слышалось нескрываемое облегчение. — Код свой-чужой принят.

— Принято, — отозвался я, плавно снижая Пепелац. — Снижаемся.

Интуиция взвыла за долю секунды до того, как реальность взорвалась. Маленькие песчаные барханы, окаймляющие посадочную площадку метрах в двадцати от ворот, вдруг пришли в движение.

— Бл…! — заорал я, пытаясь быстрее проскользнуть в зёв гостеприимно открытого ангара. Но было поздно. Воздух прорезали трассы тяжелых пуль и игл. Били кучно, профессионально, и били не в корпус. Они целили в крылья.

БАМ-БАМ-БАМ!

Машину дернуло так, что зубы лязгнули. Левое крыло, уже пострадавшее в стычке первым разлетелось на куски, за ним последовали еще три с разных сторон. Подъемная сила исчезла мгновенно. Пепелац накренился и, вильнув, пошел вниз, прямо на плиты перед ангаром.

— Держитесь! — рявкнул я, врубая ускоритель нужный момент. Нам нельзя оставаться на открытом месте. Удар о землю выбил воздух из легких. Шасси заскрипели, но выдержали. Туша орнитоптера рухнула на брюхо, продавливая их и высекая снопы искр из плит, поползла вперед. Скрежет металла был таким, что казалось, сейчас лопнут барабанные перепонки. Но вектор я задал верно. Мы скользили прямо в открытый зев ангара.

Вспышки выстрелов снаружи не прекращались. Пули барабанили по бронестеклу, оставляя