"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

не люблю такие вечеринки. Мне по вкусу более уютные заведения, где крутят старомодную музыку, а не модные, долбящие мозг синтезированные звуки, но, как возразила Музыкантская, и с ней пришлось согласиться, ради разнообразия можно и лягушку съесть с французской подливкой. Представив лягушку, тающую во рту, и ночной клуб, я выбрал меньшее из зол и согласился посетить «Золотую ОрДУ».

Лимузин, ведомый автопилотом, стал снижаться. Пойманный лучом прожектора, он сделал вираж и приземлился на посадочную линию. Проехав метров пять, лимузин остановился и открыл двери.

Я выбрался первым. Меня немного укачало, но свежий влажный воздух мгновенно привел меня в чувства.

— По-моему, я староват для всего этого дерьма, — заявил Крысобой.

— Это ты Ренате скажи, — посоветовал я.

Музыкантская выбралась из-за штурвала управления лимузином. Ее место тут же занял служащий клуба и, подняы машину в воздух, повел на парковку.

— Что вы все ворчите, как застарелые пни? — поинтересовалась она, поправляя прическу — вавилонский столб на голове, где без труда можно было упрятать два пистолета и хватило бы место на пяток гранат.

Рената раскрыла ридикюль и достала тюбик‑палец помады, которым едва заметно подкрасила губы.

— В прошлый раз в пустыне ты тоже уверяла, что все будет полный… — заикнулся я.

— Не путай, — оборвала она.

— Ладно. Поскакали… А то чего-то тут холодновато, — поежился Крысобой.

— Старость не радость, — заметила Рената.

— Если бы это сказал Русс, я бы его прикончил. Тебя пожалею, — ледяным голосом проскрипел Марк.

Мы прошли к хвосту очереди и встали.

Очередь пестрой змеей извивалась по асфальту вдоль железного забора. Освещенная прожекторными лучами, она находилась под прицелом двух автоматных вышек. Взглядом специалиста я отметил, что тут в непредвиденном случае все решат пара минут. Этого времени хватит автоматчикам, чтобы выкосить двести человек, переминавшихся с ноги на ногу у входа в заведение.

Я почувствовал себя неуютно.

— Может, рванем в другой клуб, — предложил я, покосившись на Ренату. — Здесь уже и мест, поди, свободных нет.

— Брось. Мест тут завались. Если тебе неуютно, то вспомни, что ты при пушке. Как говорится, во всеоружии, — успокоила Рената.

— А ты откуда знаешь? — удивился я.

— Чтобы мы пошли в клуб без пушки? Это нереально, — объяснила она.

— Точно. Нужно быть готовым ко всему, — поддакнул Крысобой.

Значит, не я один.

Перед отъездом я прикрепил к запястьям два металлокерамических пистолета‑малютки, которых не распознавал ни один детектор. Пистолеты‑невидимки. Таким оружием снабжаются только спецслужбы, разведка и Гоевин.

Очередь втянулась в клуб, подведя нас к воротам де­текторов. Это не заняло и пятнадцати минут. Я даже не успел заснуть. Время скоротал, разглядывая каменное и прекрасное лицо Ренаты. Она чувствовала мой взгляд, но не подавала виду.

Странные ощущения. Эта женщина пыталась меня убить. Раньше она стояла по другую сторону баррикад, а теперь я испытывал к ней какую-то слепую привязанность и нежность, несвойственную человеку, привыкшему к смерти. Она заинтересовала меня с самой первой минуты, когда я ее увидел, и все больше и больше я углублялся в любование ею. Это походило на восхождение на вершину заброшенного маяка. Винтовая лестница с выщербленными ступенями и опавшими секциями, шатающиеся перила и двадцать метров в высоту. Ты взбираешься, соскальзываешь со ступенек, цепляешься за раскачивающиеся перила, которые под твоим весом падают в пролет. Балансируешь, стараясь удержаться, и шагаешь дальше. Часть лестницы вывалилась. Перепрыгиваешь через брешь. Но на вершину маяка ты обязан взобраться во что бы то ни стало.

Я прошел сквозь детекторы в гробовом молчании. Они не пискнули, не уцепили на мне ничего противозаконного. Музыкантская и Крысобой проследовали за мной. На выходе нас встретил служащий клуба в традиционном золотом халате и с полотенцем на голове. Он поклонился и предложил свои услуги.

— Проводите нас за столик, — потребовала Музыкантская.

— Пожелания? — спросил обладатель золотого халата.

— Уют, поменьше народу и побольше воздуха.

Заказ мне понравился.

— Интересно, вы так каждого посетителя встречаете? — не смог удержаться я от вопроса.

— Да, — ответил служащий и тряхнул полотенцем, аккуратно обмотанным вокруг головы. — У нас большой штат.

— Это очень дорогой, элитарный клуб. Он только для членов клуба и их гостей, — произнесла Рената.

— Что-то я не помню, чтобы записывался в члены этого улья.

— Ларс, член этого клуба Гоевин. Притом, надо сказать, почетный член. Мы идем по его протекции, — пояснила Рената.

— Ну это тогда меняет дело.

Требования Музыкантской обладатель золотого халата понял буквально. У входа в клуб мы сели в комфортабельную кабину за столик, окруженный мягкими диванами. Служащий поколдовал что-то на пульте управления, нас накрыл силовой купол, и кабина вознеслась под потолок. Пролетев на высоте десяти метров длинным коридором, заполненным шумными пешими людьми, мы неслышно выскользнули в огромный зал, уставленный столиками. Потолок в двадцати метрах от пола. Возле столбов извивались обнаженные женщины. Сцена, на которой крутили пластинки ди-джеи. Обилие народа. Оглушительная музыка, скроенная из электронных звуков. Световой фейерверк. Прожекторные блики, носящиеся по залу.

Наша кабинка набрала высоту. По разные стороны на изрядном расстоянии парили похожие столики. К ним спускались шесты, вокруг которых вертелись полуголые девицы, исполнявшие зажигательные эротические танцы.

— Вот тебе и воздух, и народу мало, — обрадовалась Музыкантская.

— Великолепно, — согласился я. — Теперь бы еще понять, как официанта вызвать и бабу на стол.

— Ты как будто вчера родился, — поразился Марк, наклоняясь над пультом управления в центре столика.

— Как верно ты подметил, — поразился я.

— Что ты будешь? — спросил он.

— Мясо, пиво и женщин.

— Ларс, с последним ты поторопился, — внесла коррективы в мой заказ Рената.

— Только из эстетических соображений, — развел я руками, оправдываясь.

Крысобой выбрал требуемое, ввел количество и нажал кнопку «ПЕРЕНОС». Через секунду на столике появились тарелки с едой, кружки с пивом и приборы.

— Танцовщицу берем? — спросил Марк.

— А как же, — тут же поддакнул я.

— Из эстетических соображений, — пояснила Рената.

Крысобой в меню отметил пункт «Женщ. танц.» и стрелочкой перебрался с графы «1 шт.» на графу «3 шт.». Потом ткнул пальцем в кнопку «ПЕРЕБРОС» — и с потолка спустились три платформы с шестами по центру, на которых, сохраняя равновесие, подстрахованные силовыми полями, танцевали три блондинки с внушительными формами.

— Во. Это уже ситуация, — обрадовался