Белая птица над темной водой - Екатерина Витальевна Белецкая

— Поднимайте стрекоз, — распорядился Динозавр. — Пойду питаться. А вечером да, поговорим.

— Для начала надо будет подманить Дейна, и рассмотреть его получше, чтобы понять его слабые стороны, — сказал Усатик решительно. — Но ладно, мы всё обсудим вечером, Великий Динозавр. А сейчас разрешите мне пойти к Нефиле.

— Иди, — кивнул Динозавр. — И, это, усиль посты пияво-наблюдения. На всякий случай, чтобы подлый Дейн не посягнул на меня исподтишка'.

* * *

— То есть вы предлагаете нам рассмотреть кандидатуры? — спросил Скрипач. Слава закивал. — Это… это звучит немного странно, но если вы настаиваете, то мы, разумеется, согласны.

— У вас есть опыт работы с другими расами, — сказал Слава. — Поэтому мы считаем, что именно ваше мнение относительно отобранных кандидатов будет верным.

— Слава, это действительно несколько неожиданно, — Ит говорил осторожно, он понимал всю абсурдность ситуации, но так же он видел, что сторона Апрея будет настаивать на своём решении, и спорить не хотел. — Кандидаты, которых вы отобрали, уже прошли тестирование, на каждого из них вы предоставили полные и подробные характеристики и досье, поэтому большой необходимости в собеседовании нет, уверяю вас. Но если вы настаиваете, мы не против.

— Мы считаем, что личное мнение тоже очень важно, — ответил Слава.

— Бесспорно, — кивнул Ит. — Но учтите, что окончательное решение принимаем не мы, его будет принимать комиссия в Санкт-Рене. Наше посещение планеты — это, в большей степени, знак уважения, визит вежливости, демонстрация добрых намерений конклава. Мы прибыли сюда не для отбора кандидатов, а для обсуждения подробностей программы.

— И это обсуждение состоится завтра, в последний день вашего пребывания, — подтвердил Слава. — А сегодня вам необходимо провести собеседование с каждым кандидатом.

— Хорошо, — сдался Скрипач. — Двадцать человек, верно? Перспективная талантливая молодежь, которая не является преобрами.

— Да-да-да, всё так, — закивал Слава. — Собеседование будет происходить в университете, кажется, вы в нём когда-то бывали.

— Он сохранился? Университет имени Макеева? — удивился Скрипач.

— Ну, сейчас он называется Университетом Внешних Взаимоотношений, УВВ, — уточнил Слава. — А так да, он сохранился. Частично. Разумеется, он реорганизован и перестроен, и не один раз, но пара старых зданий уцелела. Если хотите, мы можем организовать вам перед собеседованием экскурсию.

— Это будет просто познавательно, — заверил Скрипач. — С превеликим удовольствием. Экскурсия — это всегда хорошо.

…Разговор этот, состоявшийся утром следующего дня, удивил — потому что ждали они совсем иного. Поездки по городу, например. Или что им покажут преобров, как обещал переговорщик во время вчерашней беседы. Но нет, почему-то сразу после завтрака к ним прибыл Слава, и стал настаивать на том, чтобы они отправились в университет, собеседовать кандидатов. Которые, как и было заявлено изначально, преобрами не были. Они не хотят нам показывать преобразованных, быстро понял Ит, именно поэтому они подсовывают нам обычных юношей и девушек, и занимают наше время. Вчерашняя прогулка по городу была, разумеется, поднадзорной, за ними наблюдали, и любая попытка пообщаться с кем-то была бы пресечена в зародыше. Они поэтому и вели себя образцово, была надежда, что сегодня удастся что-то узнать, но, видимо, не судьба.

Ит коротко глянул на Скрипача, тот едва заметно кивнул. Хорошо, говорил весь его вид, сыграем в эту игру, если они так настаивают, но при первой же возможности уйдём с маршрута, и посмотрим, что тут и как на самом деле. Если будет возможность, конечно. Лишние риски ни к чему.

— Мы согласны, — улыбнулся Скрипач. — Сейчас переоденемся соответствующе, и мы готовы к выходу.

* * *

И район, и сам университет было не узнать — настолько сильно всё изменилось. Раньше тут стояли симпатичные старые здания, некоторые из которых были жилыми, и от которых теперь не осталось и следа; сам комплекс университета тоже был перестроен, и превращен в закрытую область. Любопытно, думал Ит, пока они шли к нужному сектору, он же исторический факультет, откуда у них такая тяга к общим пространствам? Нехарактерно для миров четвертого уровня. Неужели тут до сих пор незримо властвует тень академика Макеева, которому нравилось сгонять людей в тучные стада? Но зачем? Дистанционные методы работы отлично себя показывают, а тут, судя по всему, существуют по сей день даже такие анахронизмы, как чтение лекций в общих аудиториях.

— Почти пришли, — объявил Слава. — Сейчас подойдет профессор Бураго, и введет вас в курс дела. Я заеду за вами в три, и мы отправимся обедать. Не буду ломать интригу, но, насколько мне известно, вас собираются отвезти в какое-то эксклюзивное место. Так что всего доброго, и до встречи.

— До встречи, — снова улыбнулся в ответ Скрипач.

* * *

Профессор Бураго оказался сухощав, седоволос, вид имел строгий, и одет был безупречно. Он кратко объяснил, что, во-первых, беседа с кандидатами должна быть краткой, проходить в свободной форме, и, во-вторых, не стоит увеличивать уровень стресса студентам. Отбор они в любом случае уже прошли, и поэтому…

— Мы всё понимаем, — сказал Ит. — Честно говоря, мы немного удивлены. В наши планы не входило подобное собеседование, мы не знаем, для чего оно потребовалось. Но, поскольку принимающая сторона настаивает, мы его проведем. Думаю, это пустая формальность.

— Именно формальность, — кивнул профессор Бураго, и на секунду поднял взгляд — он посмотрел куда-то за голову Ита, кажется, на стену аудитории, в которой они сейчас находились. — Формальность, и ничего более. Должен предупредить: я обязан присутствовать во время собеседования. Не волнуйтесь, я не помешаю вам.

— Конечно, без проблем, — заверил Ит. — Файри, — это Скрипачу, — нужно согласовать вопросы. Профессор, вы не возражаете?

— Конечно, нет, — ответил тот.

— Темы исключительно общие. Первый вопрос — мотивация выбора, второй — отношение семьи к выбору, третий — личные ожидания от программы, четвертый — личные предпочтения. Человек, которому интересны когни, вряд ли обрадуется, если ему придется сперва работать с нэгаши, —