Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

Там он нашел медвежью шкуру и предметы, необходимые для камлания. Туда он затаскивал по каменной лестнице, ведущей от воды одурманенных рыбаков, где приносил их в жертву, огромным острым ножом рассекая их грудные клетки и вытаскивая еще бьющиеся сердца. А потом так же тайно выносил оттуда тела, выбрасывая их в океан. Полиция обнаружила там кровь всех четырех жертв и органический пепел — вырванные сердца Николас сжигал. Только вот, кто его самого убил, Хэндрикс ума не приложит и очень надеется, что мы поможем это прояснить.

— Значит, это он разгуливал по ночам в медвежьей шкуре по галереям. Хорошая маскировка, даже я в какой-то мере поверила, что это был призрак шамана в ту ночь, когда разразилась гроза.

— Так вот, кто напугал тебя тогда.

— Николаса убил Мокетахво, но не думаю, что от этого знания Хэндриксу полегчает. Пусть считает, что до этого ублюдка добрался кто-то раньше него.

— Можешь ли ты хотя бы мне рассказать, как это произошло? Ведь я действительно ничего не помню.

— Может быть, когда-нибудь. Иногда сны мудрее пробуждения… Выглядишь ты, кстати, неважно, а я даже не спросила, как ты себя чувствуешь.

— Физически — нормально, всего лишь несколько швов на голове. Только спать не могу. Закрываю глаза и вижу себя снова в том подземелье, залитом кровью. На полу — растерзанный труп Николаса, а я рядом с ним занимаюсь с тобой любовью… Неистово. Сумасшедше. А потом… Потом я древним ножом вырезаю твое сердце. Я держу его на своей ладони, кровоточащее и пульсирующее… И с безумным криком просыпаюсь. Этот сон, возвращающийся снова и снова, настолько реален, что в первые минуты после пробуждения я не могу поверить, что ты жива. Это похоже на рвущееся наружу воспоминание, на безумие, которое я пытался похоронить на дне моего сознания.

— Это не твое воспоминание.

— Что ты хочешь…

— Елена, ну сколько можно тебя ждать! Ленч остывает, Румо нервничает, — Вадим зашел в комнату, и смущенно остановился, увидев Гордона, который замолк на полуслове.

— Извини, я не знал, что ты здесь. Понимаю, что после всего вам нужно поговорить.

— Ничего страшного. Мы уже обменялись впечатлениями. К сожалению, нам так и не удалось вспомнить ничего конкретного, — подошла я к нему. — Гордон, не хочешь ли нам составить кампанию за ленчем?

— Конечно! После того, как я получил по голове, я стал ужасно прожорлив, — натянуто улыбнулся он, и мы вместе пошли в обеденный зал.

Румо удивил меня, как всегда, подав великолепный холодный суп со сладким перцем, авокадо и папайей, и куриный салат с горчицей и лимонным соком. А ананасовый торт с Пина-коладой окончательно подняли мне настроение.

— Гордон, а где похоронен Джеймс? — как-то некстати задала я вопрос.

— Здесь, на кладбище в семейном склепе. Я, правда, там еще не был — вид могил вгоняет меня в депрессию.

— Извини, но я бы хотела увидеть это место. Ты можешь хотя бы объяснить, как туда попасть?

— Я провожу тебя.

— И я пойду с вами, не хочу сидеть в этом доме один. Уж лучше кладбище, — буркнул Вадим.

Минут через пятнадцать мы уже шли по широкой асфальтированной тропе, огибающей деревню справа. Там, недалеко от берега океана и расположился последний приют. Мое внимание сразу привлекло большое сооружение из белого мрамора — строгое и какое-то холодное. Войдя вовнутрь через широкий проход, украшенный колоннами, я увидела две надгробные плиты. Под одной лежал Алан, а барельефная надпись на второй сообщала, что здесь похоронен Джеймс Биллингтон. Его дата рождения была отчетливо видна, а вот год смерти перечеркнула широкая неровная трещина с обугленными краями.

— Хмм… Последняя гроза была действительно нешуточной, если молния расколола мрамор. Нужно будет заменить плиту.

— Не надо. У меня какое-то сумасшедшее чувство, что под ней на самом деле никого нет…, — тихо сказала я, уже понимая, что привело меня сюда. Мне так хотелось поверить, что Джеймса нет среди мертвых, никогда не было и не будет. А трещина, разрушившая дату смерти, стала последним намеком. Вот и все. История завершилась, став просто легендой.

«И невероятные вещи подобные этим случаются. Но ты должен сначала поверить в них. Не ждать пока ты сначала их увидишь, потом прикоснешься, а лишь потом поверишь… Одной из вещей, которой старики учили меня о духах — никогда не сомневаться», — донес до меня слабый ветер непонятные фразы. Откуда они ко мне пришли? Оглянувшись, я увидела, что давно стою одна, завороженная тишиной и величественностью этого места.

— Прощай, Джеймс. И спасибо…, — прошептала я и не оглядываясь вышла из склепа на солнечный свет, где меня ждали два самых близких для меня человека — мужчина, которого я любила как друга, и мужчина, которого я просто любила. Август — Месяц, Когда Гуси Теряют Перья, подошел к концу.

— Извини, Гордон, но нам пора уезжать, — сказал Вадим. На ближайшее время Вотворд будет не самым спокойным местом, а мне бы не хотелось, чтобы полицейские терзали Елену своими расспросами. Я очень сожалею о том, что здесь произошло, но не думаю, что мы можем чем-то помочь.

— Да, конечно, я понимаю… Дэн отвезет вас на материк.

Возвращались мы в полном и каком-то неловком молчании. Я не хотела уезжать, но и остаться меня никто не просил.

— Гордон, — встретил нас на пороге Дэн, — тебя в твоем кабинете ждет федеральный маршал.

— Странно, что ему от меня понадобилось, — удивился Гордон и поспешил наверх.

— А кто такой федеральный маршал? — тихонько спросила я у Вадима.

— Что-то типа судебного исполнителя. И что ему нужно здесь? Пойдем, подождем хозяина в саду, а то неудобно уезжать не попрощавшись.

Сидя на лавочке, я рассеянно рассматривала потрясающей элегантности пурпурные лепестки. В голове была сплошная пустота. На что я надеялась?? — в очередной раз я спрашивала сама себя. Какой дурман на этот раз отравил меня?

— Красивые цветы. Но красота их смертельна…, — сама себе сказала я.

— Вы знаете, я вас сегодня никуда не отпущу, — крикнул с лестницы, ведущей со второго этажа Гордон. — Вы не поверите, но маршал пригласил меня последовать с ним в банк, чтобы вскрыть депозитный сейф Джеймса Биллингтона. Несколько дней назад истек срок его ренты, а я являюсь единственным наследником. Я вернусь к вечеру, и очень надеюсь, что до того момента вы никуда не уедете.

— Хорошо, мы подождем тебя. Интересно, что же хранил так долго твой легендарный прадед, — усмехнулся Вадим вслед убежавшему Гордону.

— А у меня для тебя сюрприз, — уже мне сказал он. — Я заказал билеты в Лас-Вегас! Мы поселимся