Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

— Ну-у, может ты выставил свои достаточно откровенные фотки на личном сайте? — предложила Мао, поощряюще поднимая бровь. — Может, меня впечатлили торс и мышцы? И я захотела проверить, а такие ли они в реале, как на фото?

— Настолько впечатлилась, что поехала сюда? — продолжил вежливо улыбаться парень. — Как-то не сильно достоверно. Двадцатилетние студентки технологического университета очень редко едут через половину города вечером только для того, чтобы познакомиться с семнадцатилетним школьником.

— И да, и нет. — Вздохнула незнакомка. — У меня к тебе действительно есть деловое предложение, и изначально я здесь из-за него. Но, посмотрев на тебя в реале, подумала: почему бы и нет? Одно другому иногда действительно не мешает. — Она поощряюще и многозначительно провела рукой по щеке каратека.

— Звучит, как в сказке, — искренне и открыто улыбнулся спортсмен.

— М-м-м, ну давай докажем тебе сперва серьезность моих намерений? — иронично похлопала ресницами девушка в платиновом гарнитуре, имитирующем нержавейку. — В качестве задела нашего с тобой будущего взаимного доверия. Как насчёт прошвырнуться в ближайший лав-отель на часик?

— Так не бывает, — энергично потряс головой Сэй, словно отгоняя наваждение. — Хотя идея соблазнительная, чего уж. С моей субъективной точки зрения.

— Через час повтори мне эти свои слова о том, как и чего не бывает, — фыркнула Мао, бросая на стойку крупную купюру и обращаясь уже официанту. — Это за двоих!

Затем она легко соскочила с высокого стула и уверенно сдёрнула за руку собеседника со второго.

— За лав-отель тоже плачу сама, — весело улыбнулась она. — Как старшая. С эрекцией у нас всё в порядке?

— Пока не жаловались, — озадаченно ответил Нагано, давая себя увлечь к выходу. — Э-э-э, но так не бывает! Сказок нет!

— Расслабься. Для тормозов: повторишь мне это всё через час…

* * *

А ещё через полтора часа Сэй Нагано, шагая домой пешком, продолжал искренне про себя удивляться и думать: ради такого приключения, можно пойти и не на такое сотрудничество.

Тем более что эта Мао из младшей ветви семьи Ходзё ничего особенного и не требовала. По крайней мере, ничего такого, что расходилось бы с его личными планами или интересами.

Попутно, парень сделал еще один парадоксальный для себя вывод: оказывается, и в выкладывании персональных деталей в сеть тоже может быть свой неожиданный плюс.

Например, если взрослая красотка, за каким-то непонятным дюделем, решит с тобой встретиться лично, то она как минимум может подойти в заведение, которое ты регулярно посещаешь в одно и тоже время.

* * *

— Давай договариваться. — Бывшие конкуренты и соперники со спортивного отделения ожидали его ответа. — На всякий случай. Предлагаем для начала забыть всё, что было раньше. И начать с чистого листа.

— Не то, чтобы я возражал, — хмуро ответил новый учащийся математического отделения. — Но как-то это всё не очень красиво звучит. Не находите?

— Зато приятно!

— А пердеть на всю столовую очень красиво?

— А по голове изо дня в день от дурачка получать очень красиво?

Камада, Итакура и Уэда тут же наперебой не полезли за словом в карман.

— Да вы просто асы дипломатии, — скептически ответил каратек. — Специально уроки брали? Как расположить к себе собеседника с первых слов и склонить его к своей позиции? Насчёт «каждый день по голове» — это случайность. Долбаная случайность!

— Эй, у нас же были предварительные договоренности! Чего ты сейчас включаешь заднюю?! — с досадой поморщился староста спортивного отделения.

— У нас были чуть другие договорённости, — выделил предпоследнее слово Сэй. — Во-первых, я с бабами воевать не подписывался. Во-вторых, предложение слишком уж хорошо совпадает с тем, что мне подсказали вчера, в другом месте. А я отчего-то, чем дальше, тем более недоверчив ко всякого рода совпадениям, потому что…

— СТОП! — Уэда решительно поднял руки. — Свои секреты держи при себе! От нас могу только намекнуть: нас тоже могли заинтересовать со стороны. Хотя-я-я, возможно, и не так, как тебя, — он оценивающе смерил взглядом бывшего соперника. — Ты только что не цветешь и не пахнешь, как апрельская хризантема. Кто-то тебе вчера здорово поднял самооценку. Боюсь даже догадываться…

— Какой идеальный анализ для тупого физкультурника! — восхитился Нагано.

— Щас в морду двину, — вяло огрызнулся староста спортивного отделения. — Так что, работаем вместе? Там, если что, прямо сейчас суетиться не нужно! — напомнил он. — Вот когда тот самый момент настанет, тогда надо будет просто очень быстро поразвлечься с красноволосой.

— Заодно на камеру снимем, чтоб наши лица в кадр не попали, — искушающим бесом добавил Итакура. — Все в итоге довольны; чистое хулиганство, если что. Но — шикарный масс-эффект.

— Давайте вначале того самого момента дождёмся, — раздражённо кивнул бывший гуманитарий. — Ладно, чёрт с вами… Тогда я пока просто учусь, никого первым не трогаю.

* * *

По всем правилам, до суда их должны были поместить в предварительную полицейскую тюрьму. И это ещё в том случае, если бы содержание под стражей сочли целесообразным.

Там, несмотря на спартанские условия, в камере обычно находятся несколько человек и разрешены встречи с родными и адвокатами. При известном желании и некотором негласном финансировании, на последнее можно было бы вообще тратить по нескольку часов в сутки. Что в условиях даже самой либеральной японской тюрьмы, является почти роскошью.

Наличие же хоть каких-то сокамерников тоже являлось потенциальным плюсом, по вполне определенным причинам. И Ватару, и Гэнки вполне представляли бы, что делать в этом случае.

Однако, с места так и не состоявшейся встречи с бывшим начальником безопасности их, попетляв по городу, привезли к отдельно стоящему зданию, где вот уже лет двенадцать как размещались борцы с терроризмом.

— Однако, почёт оказывают, — пробормотал оябун в коридоре.

И тут же получил сильнейший разряд электричеством.

— Говорить не разрешали, — спокойно и почти доброжелательно произнес тот из охранников, который и применил шокер.

В нарушение достаточно четких (и им самим весьма неплохо известных) правил, и Ватару, и Гэнки с самого начала запихнули в одиночные изолированные камеры. Несмотря на то, что в одиночки без поводов не сажали вообще.

Попутно их лишили возможности общаться друг с другом и согласовывать позицию.

Асада-старший, успокаивая себя мысленно, добросовестно просидел, как и полагается в этом помещении, следующие несколько часов на корточках, прижавшись спиной к стене и глядя перед собой.

Звуковой сигнал, оповещающий обычно о возможности сменить положение тела, в этот раз сработал вхолостую.

Либо кому-то было очень неплохо уплачено за то, чему финансист пока не мог найти рационального объяснения.

— Странно, — почти неслышно пробормотал Ватару сам себе, что уже было нарушением регламента.