Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

— При третьей стадии петли уже не просто существуют в зависимости друг от друга, они создают параллельные реальности, — сообщила Рокки.

Я задумалась над ее словами.

— И что это нам дает?

— Если существуют параллельные реальности, ты никогда не узнаешь, что здесь на самом деле происходит, а чего произойти не должно, это раз. И, если создаются параллельные реальности, они расходятся целой тысячью возможных событий в неизвестности.

— Рокки, давай по существу: нам это как поможет?

— Проблема не в том, что нам это поможет, проблема в том, что это может нам помешать. Помнишь, Оли говорил тебе о воронке, в которую может все засосать из-за количества петель?

— Помню.

— Так вот. Это происходит из-за этих реальностей. Они не уходят за пределы магического поля, которое подпитывает петли, но существовать автономно они тоже не могут. Это влечет за собой определенные последствия.

— Какие, например?

— Согласно книге о временных петлях, если в эти параллельные реальности попадают сильные маги, причастные к созданию петель, косвенно или прямо, сила и мощность реальности начинает усиливаться и приумножаться. Реальность начинает вытеснять другие.

— И к чему это в итоге может привести?

— Во-первых, если в такую реальность угодишь ты, то можешь застрять в ней навсегда. — Мои брови поползли наверх. — А во-вторых, если эта параллельная реальность впитает в себя больше магии, чем наша, то она вполне может вытеснить существующую реальность.

Я нахмурилась.

— Подожди: то есть, если много магов и колдунов попадут в какую-то реальность… — я запнулась и вспомнила свое попадание в прошлое с искупительницей, — постой, Оли сказал, что видел сначала одно видение с искупительницей на балу. Потом оно изменилось и все поменялось, в зале появились демоны. Думаешь, это была другая реальность?

— Возможно. По крайней мере, это объясняет, почему в одном видении все были живы, а теперь…, ну ты понимаешь.

Да, я понимала. С одной стороны, конечно, я немного пережила этот кошмар и перестала воспринимать все те смерти, что произошли как нечто враждебное, с чем обязательно надо бороться. Все-таки и Грэй стал ангелом, и Бас, оказывается, снова стал Вороном через поколения.

Но все же это была тема, о которой спокойно я говорить пока не могу.

— Так или иначе, но это объясняет и то, почему в последней петле ты застряла так надолго, — вернула меня к реальности Рокки.

Я тоже задумалась над тем, что она сказала.

— А ведь ты права, — согласилась я. — Ведь раньше я никогда не застревала в петлях настолько надолго. А вернулась я почти сразу же, как только Рик… — еще одна неприятная смерть, — уничтожил всех демонов. Они были подпиткой.

— Верно, — поддержала Рокки. — Проблема в том, что это становится опасным.

Я сначала не услышала слов Рокки, подумав о том, что если то, где я находилась, была параллельная реальность, значит все, кого я встретила в ней, могли и не существовать. Или нет?

— Подожди: опасным?

— Чем больше силы, тем больше вероятность твоего попадания в реальность, из которой ты не сможешь выбраться. А это значит…

Да-да, я поняла, не важно. Меня интересовало другое.

— Как понять, какая реальность была настоящей? — Уточнила я.

Рокки вздохнула.

— Я тоже об этом думала. Но пока в книге нет ничего об этом. Я буду продолжать искать, Вилу.

— Спасибо. И… не рассказывай ничего Оли и Рэйвину, ладно?

Рокки некоторое время молчала.

— Не скажу. Но ты… должна понимать, что возвращение в академию будет… намного опаснее, чем раньше.

Да, это верно. На самом деле петли действительно стали чересчур активными. С одной стороны, это было не важно, но, с другой — теперь я понимаю, почему застряла в последней петле так надолго. Хотя меня совсем не радует тот факт, что пришлось уничтожить сотни демонов для того, чтобы выбраться. То есть что? Если бы Рик не нырнул в это море зла, я бы там так и осталась что ли?

И еще удручало, что я не знаю в точности, была ли та реальность причиной всего, что происходит сейчас. Возможно, нет, если мои рассуждения действительно верны и об этом событии никто в моей реальности не помнит, то, значит, реальность с демонами была не настоящей.

По крайней мере, я на это очень надеюсь.

— Нам нужно найти искупительницу, — произнесла я, подводя итог всего того, что я узнала от Рокки. Та облегченно выдохнула в трубку. Да, я ее понимала. Для нее искупительница теперь единственная надежда. — Ты узнала что-нибудь о ней?

— Немного. Те бумаги, которые раздобыл твой Во… ин света, — поправила сама себя Рокки, а я улыбнулась, ведь до поры, до времени она упорно продолжала называть Рэйвина Вороном. Думаю, это была месть за то, что Рэйвин называл ее пантерой. — В них содержится информация о предположительных событиях, когда демоны или ангелы находили искупительницу.

— Что-нибудь полезное? — Уточнила я.

— Пока нет. Только значимые события скопления сил света и тьмы. Но тут тоже все расплывчато. Они могли встречаться и по другим причинам. Мало ли событий было в их жизнях. В общем, я буду искать.

— Хорошо. И…, Рокки, пожалуйста, не загоняй так сильно Оли, ладно?

Рокки вздохнула, и даже не видя ее, я почувствовала раздражение. Мол, «какого черта?! Пусть пашет, раб!». Однако, поскольку я могла и не просить, просто забрав бедного провидца под свое крыло от этой сумасшедшей, Рокки все же не стала высказывать своих недовольств и выражать несогласие.

— Он отдыхает, — расплывчато отозвалась она. — Я пока буду искать информацию. До рассвета, конечно же, — не упустила возможности едко добавить она.

Несмотря на ее решительность и уверенность, она все равно была бесконечно зла на того Ведьмака за свое проклятие.

А еще она была зла на меня. И с каждым новым днем мне начинало казаться, что она стала явно руководить нашим мероприятием. Иногда у меня складывалось впечатление, будто она была моим начальником, перед которым я должна была отчитываться за проделанную работу.

Даже когда она заявила мне об опасности возращения в академию, я ощутила укол страха, будто она лишит меня премии, если я скажу, что не вернусь.

Впрочем, я не спешила с ней на эту тему разговаривать. Вдруг еще зарплату урежет? Ладно-ладно, едем дальше.

Распрощавшись с Рокки — ну то есть она кинула трубку, т. к. я ей была уже не нужна — я вздохнула и полезла разбирать свои вещи, параллельно размышляя обо всем, что со мной произошло и о неизбежном возвращении в академию.

Конечно, Рэйвин и Грэй исцелили меня и мою душу, вернув мне веру в жизнь. Однако, то, что рассказала мне Рокки, невольно приводило меня к неизбежной вспышке страха и напряжения.