Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

захваченной врагом территории людей, Семибратов повёл, как и планировал, кружным путём. Думал, минуют их ужасы нашествия бандерлогов. Не тут-то было! Она хоть и глубинка, но накатанные дороги проявили присутствие чужаков на Курской земле. Пяти километров не прошагали, когда неприглядная картина во всей красе проявилась.

С одного бока от грунтовой дороги ещё лес зелёной стеной стоял, с другой – неубранное поле подсолнуха простиралось. Вот только райская картина на этом и заканчивалась. Стоило перевести взгляд с голубого неба и зелени природной и окультуренной растительности вперёд, прямо по избранному маршруту движения, как зрение, а за ним и сознание, цепляли свежие следы смерти. Сразу за изгибом грунтовки уже в сотне метрах от него, уткнувшись радиатором в придорожный кювет, застыла выгоревшая до металла малолитражка. Огонь, прежде чем затухнуть, пожрал её внутренности и резину колёс. Помимо обгоревших металлических конструкций и каркасов сидений, в машине находились два обугленных человеческих трупа. Посреди дороги, ещё два трупа лежали. Можно было понять, что это женщина и ребёнок дошкольного возраста. Они тоже обгорели, но случись рядом родные люди, вполне могли бы и опознать. Скорее всего мать пыталась спасти дитятю, и на инстинктах, уже будучи смертельно раненой и заживо горя, выпрыгнула из подбитой дроном машины и ползла прижав его к груди.

Женщины за спиной Семибратова и Акимыча, первыми шедшие и увидавшие случившуюся катастрофу, в один голос завыли, запричитали. За ними вой детвора подхватила, а дальше будто карточный домик посыпался, общий рёв в людях проснулся. Устин, смахнув набежавшую на щеку слезу, прикрикнул:

– А ну тихо, клуши! Слезами горю не поможешь. – Толи для себя, толи для приезжего прошептал. – Их бы похоронить.

– Не останавливаться! – приказом обозвался и Семибратов. – Обходим! Прибавить шаг, место открытое, не дай бог ещё какой дрон прилетит. Быстрей бабоньки! Нам до той,.. – пальцем указал, – посадки добежать нужно.

Ещё поворот и снова находка. За зелёным «забором» подсолнечника, прямо посреди дороги, на мостах из-за сгоревших шин, на брюхе лежал 130-й «ЗИЛок». У грузовика сгорела кабина и закрывающий кузов брезентовый тент. В остове кабины тоже находились два обугленных трупа. Здесь смерть большую жатву собрала. Четверо человек остались лежать в кузове, еще трое, сломанными куклами валялись возле машины. Но они хоть не обгорели.

Семибратов определив способ поражения, поделился выводом с Устином:

– Дрон прямо под тент оператор направил и подорвал. Этих взрывной волной за борт выбросило. Вчера сволочи развлекались. Судя по всему, местные жители от войны убегая, пытались к трассе пробиться. Не знали, что там уже украинцы.

Поторопил людей:

– Бегом, граждане! За детьми и стариками присмотрите!

За боевой путь, пройденный Николаем Семибратовым от лейтенанта – рядового бойца ДРГ до начальника подразделения диверсионно-разведывательного Центра ГРУ, армейская служба забрасывала его в самые разные уголки земного шара. Сколько в мире этих красивых уголков природы имеется, не счесть. И всюду красоту для него нарушало что-нибудь противоестественное и чужое: сигнальная проволока, растяжки противопехотных мин, путы малозаметных заграждений, ямы-ловушки или просто вбитые в землю заостренные бамбуковые колья. Выйдя на пенсию, поначалу от того, что жизнь в корне поменялась, на стену лезть хотелось и выть, подобно наркоману в период ломки. Пережил. Приспособился. Думал всё! Никогда больше боевого оружия в руки не возьмёт. И вот на тебе! Пришлось на старости лет стариной тряхнуть. Но это ладно бы! Именно в эти самые минуты, когда сгоревшие машины рассматривал, а за спиной куча народа подвывала, окончательно осознал, какую ответственность на себя взвалил.

На войне свои неписанные законы имеются. Причём на любой, даже такой неправильной, как эта! И армия по своим законам живёт. Уставами они называются. И начхать, что за спиной у тебя табором гражданские с детьми идут. Их вывести нужно. Желательно живыми и по возможности здоровыми, а значит… Не выставь, хотя бы условно – боевое охранение из них же самих, не настрой на необходимость этого самого охранения, или при смене дислокации не вышли вперед разведку, Устина, стариков Львовича, Ивана Сидоровича, Беглова с Качановым, имена и отчества последних двоих, так и не узнал, а ещё двух сосновских мужиков – и сам погибнешь, и людей погубишь. Вот и приходится, прежде всего самому, как ужу на сковородке вертеться, как слепому котёнку тыкаться. Выходит не очень! Одна деревня на пути, сплошное расстройство – покинута. Вторая сожжена, и люди в ней побиты.

Пешком, да с обузой далеко и быстро не убежишь. В очередную посадку зашли, пришлось бивак организовывать и на отдых становиться. Радовало одно, с продуктами пока что напряга не было. Оцепление выставил, да и сам присел, вытянул натруженные за дорогу ноги. Валентина, жена Акимыча сунула в руки кусок хлеба и шмат крупно нарезанного сала с лучиной.

– Кушайте! – предложила. – Что-то существенное будет, когда на постой к кому станем.

– Спасибо, хозяюшка.

Жевал с охотой. Аппетитом Семибратова бог не обидел, а солёное сало в дороге, это прежде всего энергетик, потому ел насыщаясь, при этом пустившись в размышления. А подумать о чём было.

Относительно происходящего, мысли у Семибратова точно отличались от размышлений местных. Потому как категории разные. Те думали и говорили промеж себя лишь о том, что покинули родной кров, потеряли всё, что наживали годами, он же думал о приземлённом, ставил себя на место то одной, то другой противных сторон:

«Возможно, это наступление проводят, чтобы оттянуть войска из Донбасса, где наши нарастили в последнее время темпы наступления. – Думал. – А может, хотят захватить Курскую АЭС и требовать потом в обмен Запорожскую. Но в любом случае опасность для ВСУ заключается в том, что если они сильно протянут фронт вперед от границы, то их могут просто взять в котёл. Потому им невыгодно утягиваться далеко. Линия-то прорыва небольшой должна быть. Как только наши начнут что-то делать нормально, и подтянут резервы, то перекроют ВСУшникам подступы со стороны Украины. Замкнут их в кольцо, ресурсы им перестанут приходить, а дальше,.. дальше просто будут сжимать кольцо и уничтожать всех».

Вздохнул тяжело.

«Что касается украинцев, так у них свой люфт развязанных рук имеется. Они в Россию пришли. Им плевать на мирное население, которое здесь осталось. Уже сейчас видно, что местных бросили на произвол. Люди сами по себе. Их самих и деревни с сёлами будут ровнять, вернее уже ровняют с землей».

Уже ближе к ночи, после очередного перехода, когда на стоянку встали в посадке, к сосновцам пополнение прибилось. Пограничники и четверо солдат-срочников, а это, как ни крути, лишние рты. Но и пользу от них увидел. Все