Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Надеюсь, он знает, куда нам надо! – крикнул он Гинте.

Когда они подошли к хелю, им показалось, что его лиловые глаза смеются.

– Раньше я и не подозревал, что зверь может быть умнее человека.

Гинта не сразу поняла, что Эрлин обращается к хелю.

– Тебя необязательно просить, ты и так всё знаешь, но... Можно я тебя когда-нибудь о чём-нибудь попрошу?

Хель слегка кивнул своей гордой головой. Слова Эрлина его как будто не удивили. Создавалось впечатление, что он догадывается, когда и о чём его хотят попросить. Гинта не догадывалась, но ломать над этим голову не стала.

Вторая прогулка по луне была гораздо длиннее первой. Эрлин и Гинта объездили всю «Сингатаму», аккуратно копируя надписи. Хель свозил их ещё в одно место, похожее на развалины огромного храма, где они тоже обнаружили довольно много надписей и два небольших текста. Видели они и два озера, которые шесть лет назад Саннид показывал Гинте и её приятелям по школе. Вернее, озером теперь можно было назвать только то, над которым нависала скала со знаком . На месте второго вздымалась тёмно-красная гора, похожая на застывший фонтан.

Они опять попали в песчаную бурю, но раскалённые вихри, как и в прошлый раз, пролетали, не задевая их. Всадники уже устали и хотели возвращаться, когда хель вывез их на широкое плато, уставленное огромными изваяниями. Некоторые напоминали людей и животных Эрсы.

– Смотри – опять мальчик на килоне! – воскликнул Эрлин, показывая на самую большую фигуру. – Я вот что подумал... Давай заберём ту статую из пещеры белой горы. Отличная работа. К тому же, она сделана людьми, а не саннэфами. Зачем ей тут оставаться? Ему ведь не будет тяжело?

– Не будет, – засмеялась Гинта. – Он раз в двадцать сильнее хорта.

Статую они поставили в детском зале на третьем этаже, где когда-то юный Эрлин со своими кузенами и кузинами играл в кольца, учился танцам и фехтованию.

– Надо бы собраться, – сказала Гинта. – Скоро он прилетит за нами, чтобы отвезти домой. Ты ведь хотел что-то с собой взять…

Эрлин уложил в охотничий заплечный мешок рукописи и кое-какие книги, включая «Книгу Ральда» и «Хроники Линдорна».

– «Хроники» я намерен поскорее издать. Хочу, чтобы все – и валлоны, и сантарийцы – знали правду о лирнах, которых вечно расписывали, как злых демонов. Пусть все знают, кто они на самом деле и как с ними обошлись.

– Ты не будешь скрывать, что ты последний представитель линдорнского рода и потомок водяных богов?

– Разумеется, нет. Сантарийцы, думаю, даже не удивятся. Пришельцев из-за гор они и так всегда называли детьми воды. А валлоны… Большинству из них давно уже опротивело всё, что им проповедуют абеллурги. Они столько от них натерпелись, что охотно полюбят тех, кого абеллурги ненавидели и преследовали. Меня в Валлондорне любят, но ведь не потому, что абеллурги велели.

– Я знаю, – улыбнулась Гинте. – Если люди сами согласны считать кого-то богом, им нет особой разницы, каким именно.

Хель прилетел за ними через два дня. И снова утром. Проснувшись позже Эрлина, Гинта не обнаружила его ни в комнате, ни в купальне, ни на кухне. А выйдя из дворца, увидела такую картину: Эрлин и голубой зверь стояли на мосту под аркой. Они как будто секретничали, воспользовавшись тем, что никого нет рядом. Точнее, её нет... В первое мгновение Гинта почувствовала лёгкий укол ревности. Хель приходил к ней, ещё когда она была ребёнком. Это благодаря ей Эрлину удалось полетать на божественном звере. А теперь они стоят там на мосту и беседуют, как старые приятели. Как будто о чём-то договариваются. О чём ей и знать необязательно… Гинта понимала, что ревновать глупо. Хель должен был встретиться с Эрлином. Так же, как когда-то должен был встретиться с ней. И всё-таки…

Эрлин обернулся и помахал ей рукой.

– Собирайся! Он подождёт нас!

Оба надели узкие облагающие брюки, сапоги и белые туники с голубыми эмблемами на груди. Эрлин перекинул за спину набитый книгами мешок. Усевшись на хеля, как всегда, позади Гинты, он тут же обнял её за талию. Он чувствовал, что она чем-то раздражена.

– Мы ещё сюда вернёмся, – сказал он. – На хеле или на дайвере... Или проложим путь в горах. Неважно как, но мы сюда вернёмся.

Долина озёр осталась внизу. Гинта заметила, что хель несёт их не на юг, а на запад. Она удивилась, но ничего на сказала, а через некоторое время всё поняла. Сперва ей показалось, что под ними вспыхнуло ещё одно солнце. Это было круглое озеро, которое сияло нежно-голубым светом, бросая отблески на скалы, окружавшие его почти ровным кольцом. Озеро в кратере прозрачной горы! Эйрин-Сан. Абельгиор. Когда хель опустился на одну из ближайших к нему вершин, Эрлин и Гинта увидели, что гора, в которой образовалось это дивное озеро, действительно напоминает огромную чашу с искрящимся голубым вином.

– Вот оно – озеро Лиллы, – сказал Эрлин. – Было бы обидно, если бы мы его так и не увидели.

Хель помчался дальше. На этот раз на юг. Вскоре показалась вершина Сагарана, пылающая в лучах утреннего солнца светлым пламенем. На уступе Синей горы стоял Симмар и махал им рукой.

«Может, он здесь нас и оставит», – подумала Гинта.

Но хель не снижался. Остановился он на вершине Аймаран, откуда была видна почти вся Улламарна. Их тоже увидели. Обитатели ближайшего к горам селения высыпали из домов и смотрели на них: одни – замерев от изумления, другие – оживленно жестикулируя.

Следующая остановка была недалеко от Белого замка. Гинта видела, как старый Акамин и двое его слуг смотрели на них с балкона четвёртого этажа.

Потом хель отправился в Ингамарну. Несколько остановок в лесу – и перед ними засверкала на солнце серебряная крыша храма Санты. Тиумиды, весело щебеча, трудились в цветнике. Они разом умолкли и оцепенели, когда на лужайку перед храмом опустился голубой зверь с двумя всадниками.

– Эйрин и Санта! – воскликнула самая юная из тиумид, девочка лет девяти, и радостно захлопала в ладоши.

Смущённая Гинта хотела спуститься на землю, но Эрлин удержал её, ещё крепче обняв за талию.

– Подожди, не