Всадник на белом коне 1-3 - Юрий В. Морозевич

только в случае необходимости и цепочкой по одному. И смотрите мне!.. Швырнетесь в пролом гурьбой — нарушите балансировку планера, пилоты могут это заметить. А оно нам надо?.. Поэтому габаритным и шухерным компаньерос лучше стать в очередь первыми с конца.

— Нам важно взять борт без шума и пыли... — добавил Сип. — Чтобы наши перевозчики не успели сообщить о ситуации кому не надо.

Мэтт обвел компаньерос пристальным взглядом, убедился в том, что сказанное дошло до каждого, и развернулся с явным намерением залезть в проделанный УРДом проход. Сип придержал его за руку.

— Извини, Мэтт, но в эту дыру первым пойду я, — весомо произнес он.

— С чего бы это?!

— У меня нет вещей, которые положено декларировать.

Мэтт несколько секунд смотрел на стоящего в одних плавках напарника, а затем, оценив шутку, отошел в сторону.

— Черт с тобой, — сказал он. — Иди. Только я следом.

Сип обвел глазами молчаливых компаньерос, а затем подошел к Гуайюсе и протянул ей нож.

— Возвращаю, — сказал он, слегка встряхнув ее за плечо. — Благодарю за помощь, боевая подруга.

— Не за что, — ответила Гуайюса и, вдруг схватив его руку, приложила себе на голову.

— Ну что ты, Гюсс... — Сип отдернул руку и смущенно заозирался: не заметил ли кто.

Никто ничего не заметил. Главное, Мэтт смотрел в другую сторону.

Улыбнувшись одними глазами, Гуайюса сказала:

— Спасибо тебе, Сип. Я уже думала, что проведу молодость за решетками Южноафриканского Централа.

Сип не нашел, что ответить. Молча развернулся и полез в темную дыру.

Глаза быстро адаптировались к царящему за порогом полумраку. Короткий коридор с двумя туалетными кабинками по бокам привел Сипа в небольшой пассажирский салон, заставленный тремя рядами абсолютно пустых пассажирских кресел, и уперся в стальную дверь пилотской кабины. Судя по всему, закрытую наглухо.

Следовавший по пятам Мэтт уставился на нее в большом сомнении.

— Ну, и как ты собираешься попасть внутрь? — спросил он.

— Без проблем, — спокойно ответил Сип. — Видишь груду пузырей из-под воды? Во-от... А значит, мсье и его напарник должны часто посещать туалеты. Остается лишь немного подождать.

Коммодор, глядя на кучу пустых пластиковых бутылок, невольно облизнул потрескавшиеся губы. Язык был шершавый, словно щетка.

— Слушай, Мэтт, — произнес Сип, понимающе взирая на напарника. — Нужно бы придержать ребят, чтобы повременили пить в туалетах всякую гадость. В кабине наверняка найдется с полсотни пузырей прохладной минералочки.

— Мы здесь высохнем, пока ее дождемся, — угрюмо ответил Мэтт. — Словно мумии. Но в целом ты, конечно, прав. Попробую проследить, хотя задача непростая. Хорошо бы для начала самому удержаться... Ладно, я пошел.

Он развернулся было, чтобы отправиться назад по коридору, однако негромкий возглас напарника заставил его остановиться.

— Смотри! — произнес Сип, оглаживая стальную дверь ладонью.

Из-под его пальцев пластинчатым крошевом ссыпалась на пол фиолетово-синяя окалина.

— Великий Юп!.. — вымолвил коммодор, обмениваясь с Сипом понимающим взглядом.

После чего изо всей силы, с разворота, ударил в обозначившееся овальное пятно тяжелым ортопедическим бутом. На месте замка образовалась внушительного размера дыра. Сип немедленно рванул дверь на себя и вихрем ворвался в кабину. Мэтт отстал от него буквально на секунду.

Увиденное заставило обоих буквально застыть на месте, хотя им приходилось видеть картины и пострашнее. Лица пилотов почти сплошь оказались залиты кровью, выделившейся из пор, а из ушей и носа она стекала вниз обильными алыми ручьями. С первого взгляда стало ясно, что мсье и его напарник безнадежно мертвы. В широко раскрытых глазах застыло выражение бесконечного ужаса и боли.

— А я гарантировал им жизнь... — неожиданно произнес Сип. — Терпеть не могу, когда приходится нарушать данное слово.

— Да-а... — сказал Мэтт. — Их последним минутам не позавидуешь. Страшная вещь этот твой УРД...

— Смотри, что у них тут припасено... — Сип указал на ящик позади кресла шеф-пилота. — Вода...

Он выхватил пластиковую бутылку и перебросил напарнику, а сам достал еще одну и жадно приник к горлышку. Оба оторвались только тогда, когда бутылки опустели.

— Нужно ребятам отнести, — сказал Мэтт, — пока они еще соображают.

Летательный аппарат вдруг сильно тряхнуло на очередной воздушной яме, так что устоять на ногах получилось с большим трудом.

Сип окинул взглядом приборную доску. Вроде бы все в норме, вот только подозрительное синеватое пятно округлой формы прямо посреди панели...

— Что скажешь? — нахмурился Мэтт. — Упадем?

— Пока еще нет. Идем на автопилоте. Но скоро придется что-то предпринимать.

За спиной неожиданно раздался легкий шорох, а вслед за ним приглушенное всхлипывание, переходящее в негромкое подвывание. Недавние пленники мгновенно обернулись на звук.

Позади пилотских кресел рядом с дверью возвышалось третье, абсолютно пустое, предназначенное для сменного пилота. А за ним... скорчившись на полу и закрыв голову руками проглядывал кто-то чернокожий, почти незаметный в тени. Сидел и тихонечко скулил: то ли плакал, то ли молился...

— Э-эй! Ты кто? — позвал Мэтт. — Жив или не очень?

Никакой реакции. Тогда коммодор осторожно тронул незнакомца за руку. Тот дернулся, как от ожога, а потом все-таки убрал руки и поднял голову.

— Та-ак, — произнес Сип. — А вот и наш скунсяра, — он повернулся к Мэтту. — Я же тебе говорил.

Лицо коммодора исказила жуткая гримаса. Сип видел такую лишь однажды, и тому, для кого она предназначалась, он совершенно точно не завидовал.

Черная физиономия предателя посерела от страха. Мэтт замахнулся...

— Подожди, — остановил его напарник. — Он может оказаться нам полезен.

— За каким дьяволом? — процедил Мэтт, не сводя с жертвы тяжелого взгляда. — Я, кажется, говорил, что намереваюсь сделать из его черепушки... Так вот, я тоже не люблю нарушать свои обещания.

— Да я не против... пожалуйста. Но для начала кое-что разузнаем, не возражаешь? А потом делай с ним что угодно, я мешать не стану. Можешь даже выкинуть его в это самое... Ожемба-Томбо.

— Хорошая мысль, — Мэтт неохотно разжал кулаки. — И возни гораздо меньше... Эй, ты, скунсяра вонючий! А ну вылезай!

Пленник испуганно поднялся на ноги, переводя совершенно круглые глаза с Сипа на коммодора и обратно. Сип слегка подтолкнул его в сторону свободного кресла, и тот послушно повалился на него и мгновенно забился в угол.

— Слушай внимательно, Квасимба, — спокойно произнес Сип. — Сейчас я задам тебе несколько вопросов, и ты ответишь на них максимально правдиво. Имей в виду: твоя шкура остается целой лишь до тех пор, пока наша беседа имеет для меня интерес. Усвоил?

Предатель торопливо кивнул, не сводя глаз с коммодора.

— Итак, вопрос первый. Кто отдал приказ о нашем захвате?

Квасимба внезапно перестал дрожать и нагло осклабился.

— Тот, чей дом вы хотели ограбить, — с вызовом произнес он, словно покровительство некой могущественной персоны могло оградить его от