Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

- Да. Это София.

- София, - повторил Эльтан как-то задумчиво. - Она же смертная, - сказал так, словно Линар представил ему дерево в качестве супруги.

- Да. Смертная.

- Я ее знаю, - Кайране нахмурился. - Ты мне не нравишься, - сообщил он Софии.

- О, уверяю тебя, я в курсе, - она не удержалась, засмеялась. Виновато посмотрела на Линара и хоть тому было не до смеха, ее веселье согрело его.

- Пожалуйста, помоги устроить комнату для Эльтана. Нужна кровать, одежда. Что-то может подойдет... - Линар скептично поглядел на брата. Да любая его одежда треснет на этих плечах, а про рост и говорить нечего. - Хотя, я завтра возьму что нужно у Меланы. Я говорю глупости. Прости, я очень устал. Вел машину всю дорогу и засыпаю.

- Ты вел машину? А что Нилан бойкот объявил?

Линар виновато посмотрел на Софию. Ах, как скоро он проговорился. Как быстро. Сказать он не решился, но она поняла. Улыбка поползла с губ.

- Что?.. - выдохнула она. - Джон?

- Он погиб. Прости меня. Мне жаль.

Она заплакала сразу, даже не особо изменившись в лице. Слезы просто побежали и все. Она схватила воздух ртом. Утерла их.

- Я все сделаю, - хлюпнула носом и пошла наверх.

- Он был дорог ей? - спросил Эльтан, задумчиво глядя в след Софии. - Этот Нилан?

- Он и тебе был дорог. Он был твоим перстом. Десятым.

- Десятым. Хм, надо же у меня было целых десять перстов. Счастливое, наверное, было время.

- Десять их не было с тобой никогда, - сказал Линар. Он не хотел сообщать Эльтану горестные вести, но сейчас тот был в таком отупевшем безразличном состоянии, что Линар не боялся его ранить. Ему, похоже, уже было все равно. Он достал из микроволновки тарелку, поставил перед братом еду и дал ему вилку. - Первый твой перст Илларен погиб в первой войне. А десятого ты выбрал лишь после второй.

- Первая война, - Эльтан повторял как ребенок, услышавший незнакомое слово. -Сколько было их?

- Три.

- Три, - снова этот бессмысленный задумчивый тон. Он стал есть, не быстро, не медленно, без всякого аппетита, так же как пил воду. Словно закидывал в себя лекарство под надзором строгого врача.

Тарелка опустела, София все не спускалась. Линар слышал, как она ходит по второму этажу, хлопали дверцы шкафов.

Во входную дверь постучались, Линар сходил и сказал Ридану, что Кайране у них и все в порядке.

- Дева Юга просила узнать.

- Да, он здесь. Скажи ей, что утром я приду.

- Хорошо, Шахране. Спокойной ночи.

Линар вспомнил, что Ридан после объявления о его страшном позоре не говорил с ним, а теперь вот говорит. Не до линья им было в этот час.

Линар вернулся на кухню. Эльтан доел, Линар убрал тарелку в раковину.

- Спасибо, - поблагодарил он.

- За что? - без особого интереса уточнил Эльтан.

- За то, что ешь. Пьешь. За то, что не сдаешься.

Эльтан хмуро посмотрел на него, отвел взгляд и прислушался к возне наверху.

- Твоя госпожа очень сильно мне не нравится, - сказал он недовольно. - Но я не помню почему.

- Раз не помнишь, то, пожалуйста, не обижай ее. Она очень мне дорога.

- Смертная? - еще раз уточнил Эльтан.

- Да. Смертная.

- Вы не можете быть женаты.

- Мы не женаты.

- Но живете вместе? В одном доме? И делите ложе?

- Да. Все так.

- Ты позор нашей семьи: да? - Эльтан кажется был так обескуражен, что даже не мог сказать это с подобающим возмущением. Прозвучало обреченно. Линару это показалось отчего-то уморительно смешным.

- Да. Ужасный позор. Так и есть.

- Ясно.

Софи спустилась еще через пару минут. Покрасневшие глаза и нос сказали Линару, что плакать она перестала только что огромным усилием воли.

Наверху было три спальни, в одной из них она застелила постель, включила торшер.

Линар проводил Эльтана.

- Устраивайся. Если сможешь, поспи хоть немного. Если будет что-то нужно, позови. Мы в дальней комнате.

- Благодарю. Мне не нужно ничего. Спокойной ночи.

- Спокойной ночи.

Софи нашлась в спальне. Сидела на краешке кровати потерянная поникшая. Линар присел перед ней на корточки.

- Софи?

Она помотала головой. Явно едва сдерживала слезы.

- Ты устал. Ложись скорей.

- И ты ложись.

- Угу.

Они разделись, Софи натянула сорочку и юркнула под одеяло. Прижалась к нему свернулась комочком и заплакала. Тихо, обреченно и очень горько. У Линара сердце разрывалось от невозможности помочь ей пережить эту боль.

- Прости меня. Пожалуйста, прости, - зашептал он ей в волосы, крепко обнимая и прижимая к себе.

- Ты не виноват.

- Виноват.

- Ты его убил?

- Конечно, нет. Не я.

- Тогда почему ты виноват? Ты в-вечно во всем виноват - и она продолжала плакать и плакать, никак, казалось, не унять эту горечь.

- Софи, прошу тебя, не плачь.

Но она плакала. Долго. Линару казалось часы. В какой-то момент он просто заснул, а проснувшись увидел, что Софи тоже задремала, устав и вымотавшись от собственного горя.

Он не стал будить ее. За окном светлело небо. Он был дома. Брат был с ним. И снова ему было неспокойно.

***

Софи проснулась утром первой. Джон вымотавшийся и уставший сопел рядом. Она мягко высвободилась из его объятий и оделась, стараясь не шуметь. Он выглядел очень уставшим и выспаться явно было ему нелишним.

Она спустилась, стала готовить завтрак.

Ночью слезам казалось не было конца, и сейчас Софи ощущала себя опустошенной, выжатой досуха как губка. Плакать уже не хотелось. Мысль, что она никогда не увидит больше Нилана, была еще такой новой, что не верилось. Хотелось представить, что он просто где-то там, в Кайрине, что снова занят каким-то важными эльфийскими делами. Что однажды он приедет на раздолбанном седане и снова скажет ей «Ты что не обнимешь меня?»

Но Джон сказал, что этого больше не будет. Никогда. Софи понимала, что это правда. Умом понимала, а сердцем еще нет.

Она выглядела скверно. Ночная истерика не прошла даром. Веки опухли, лицо осунулось. Ей собственно было плевать. Она знала, что реветь будет еще не раз и не два, пока осознание потери не укоренится в ней, не прорастет, пока