Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Твой Эрлин действительно бог, – сказала Амнита, оставшись с Гинтой наедине. – Он не позволил всем этим выродкам превратить его в ничтожество.

– Его нафф изначально была мудрее, – улыбнулась сантарийка. – И потом, его окружали не только выродки. Рядом с ним была ты. Да и наш чёрный абеллург… Он был уже не тот, что пятнадцать циклов назад. Он давно уже устал от своего придуманного божка, которым играл, как куклой. С ней можно делать всё, что хочешь, но любить её нельзя. Вместе с Эрлином к нему вернулся Ральд. К нему вернулась любовь... Точнее, он понял, что это такое. Айнагур однажды признался мне, что никогда бы не посмел и просто не смог бы обращаться с Эрлином так, как с теми, искусственными, «богами». Эрлин – его настоящий бог. Он наслаждался его обществом, ему нравилось его учить, опекать, говорить с ним… Утешать и подбадривать, когда он был подавлен и растерян – ведь Эрлин с самого начала чувствовал неестественность своего положения. Айнагура сразу поразил его блестящий ум, способности к наукам, проницательность, сила духа. Ему действительно хотелось уберечь его от плохого, от всякой грязи... Ты ведь сама говорила, что при Эрлине во дворце была совсем другая атмосфера, не то что тогда, когда прежний «бог» пожелал сделать тебя своей абельханной. Хватало, конечно, и такого, что могло его испортить, превратив в самовлюблённого тирана. Всё же его без меры баловали, ему много льстили, кое-какая ложь даже пришлась ему по душе, поскольку была удобной и приятной. Вокруг него было достаточно такого, что могло испортить человека более слабого. Но он устоял. Всё же у него был стержень... Его заставили забыть родных, но воспитание, которое он получил, выковало его характер, и то, что осталось в глубинах его памяти, скрытое от него самого, помогло ему остаться человеком. Знаешь, история Ангамира чем-то напоминает мне историю Диннара. Он тоже с детства отличался от других, а его близкие... Они не должны были так к нему относиться. Его почти всю жизнь преследовали неприязнь и страх. Его ненавидели и перед ним раболепствовали. У него не было нормального детства – в отличие от Эрлина. Спасибо Сатхе. Наверное, только благодаря ей он и не превратился в чудовище.

«Он ещё может в него превратиться, – подумала Амнита. – В отличие от Эрлина, он был и остался бездомным ребёнком с искалеченной душой, и сила, которой он обладает, может обернуться против него самого».

Она вдруг вспомнила минаттана Акамина, которого два тигма назад встретила недалеко от рощи саганвиров. С тех пор, как его здоровье улучшилось, он любил подолгу гулять в одиночестве. Акамин первый начал разговор. Он расспросил Амниту об Эриндорне, а на прощание взял с неё слово в ближайшее время посетить Белый замок. Держался он бодро, но Амнита видела, что этот человек изо всех сил старается скрыть усталость. И от других, и от себя самого. Он устал ждать. И все-таки ждёт. А что ему ещё остается?

Сколько сломанных жизней, искалеченных душ. Сколько упрямцев, отталкивающих протянутую к ним руку. Не желающих сделать шаг навстречу друг другу. Всего лишь один маленький шаг... Где он бродит, этот неприкаянный? Хмурый мальчишка, который считает, что он очень сильный и очень страшный…

Вернувшись в Улламарну, она первым делом отправилась в Белый замок.

– Я всё знаю, – сказал Акамин, едва она заговорила о Диннаре. – Я уже понял, что он просто не хочет возвращаться. Мой внук не хочет меня видеть. А мне нечего сказать в своё оправдание. Я давно чувствовал – Гинта что-то скрывает, и её это мучает. Она как будто связана клятвой. Милая девочка… Она каждый раз так горячо убеждает меня верить в то, что он жив. А тут ещё эти слухи о дивном ваятеле, который живет во дворце бога... Эриндорн далеко, но до Улламарны тоже кое-что доносится.

– Он сейчас не в Эриндорне. Возможно, он здесь.

– Возможно. Недавно слуга сказал, что в Улламарне уже дважды видели какого-то молодого незнакомца – высокого и красивого, с длинными волосами. Один раз его охотники встретили, возле вирновой рощи. Говорят, он тут же свернул с тропы и скрылся среди деревьев. А второй раз его видели между старым некрополем и деревней Виганой. Это заброшенная деревня. Туда так никто и не вернулся. Гинта посадила там лундовую рощу – вместо погибшей, и велес можно снова выращивать... Нет, не любят люди те края. К тому же вирновый лес совсем рядом. Туда только на кладбище и ходят. На нём уже не хоронят, но старики иногда навещают своих покойников. Эти двое – муж и жена – тоже на кладбище ходили. Уверяют, что видели высокого, стройного юношу, который направлялся в сторону заброшенной деревни. И с ним была какая-то красотка.

«Разумеется, – с досадой подумала Амнита. – Где он, там непременно какие-нибудь красотки. Или хотя бы одна...»

– Сколько раз я собирался съездить в Валлондорн, да так и на решился, – вздохнул Акамин. – А вот теперь он где-то здесь, может быть, совсем рядом. Я целыми днями брожу по Улламарне, вздрагиваю от каждого шороха. Всё надеюсь его встретить… И очень этого боюсь. Что я ему скажу? Я даже представить себе не могу эту встречу…

– Не мучай себя. Всё образуется. И слова найдутся. Сами...

Амнита замолчала. Её немного смутил взгляд Акамина, пристальный и задумчивый.

– Ты его любишь, – сказал старик. Как будто сам себе ответил. – Не знаю, суждено ли мне встретиться с ним, но я рад, что в этом мире его кто-то любит. Это то, чего ему всегда не хватало. И наверное, от этого все его беды.

– Почтенный Акамин, я не единственная, кому он дорог. У него есть друзья. И будут ещё. Всё будет хорошо, поверь мне.

Амните и самой хотелось в это верить, но интуиция подсказывала ей, что, если хорошо и будет, то ещё не скоро, и до этого предстоит решить множество проблем, большей частью пока неясных. Хорошо хоть, ближайшая задача ясна – найти Диннара. Пока он не наделал каких-нибудь глупостей. Что она ему скажет при встрече? Найдутся ли слова сами, как она уверяла Акамина?

«Вот так и бывает, – подумала Амнита. – Убеждаем других в том, в чём хотели бы убедить себя».

Найдутся слова или не найдутся – это уже дело третье. Сперва надо найти его. Если он действительна за ней