Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Бас почему-то улыбался мне такой улыбкой, будто точно знал какие-то тайны, которые пока были не ведомы мне. Уж не знаю почему, но за несколько секунд мне показалось, что Бас по какой-то причине повзрослел. Оно так и бывает. Дело не в годах или в возрасте, дело в том, что совершенствуется душа и мысли. Даже странно, что это произошло так внезапно.

Искупительница немного успокоилась и перестала рыдать, а Джей, как это ни странно, сделал то же самое, что и Бас. Не в смысле фанерку принес, а в смысле повзрослел. Осторожно сел рядом с ней, приобнял и стал согревать девочку.

Ну, наконец-то! Похоже, польза от таких откровений идет в копилку всем, кто принимает в этом участие.

— Вилу, — очень тихо позвал меня Бас, потому что мы мялись под фанеркой вплотную, — чего мы ждем?

Я сделала глубокий вздох.

— Я думала, ей понадобится помощь, — призналась я.

— И почему ты должна была ей помочь? — Уточнил Бас.

— Потому что попала в петлю, — констатировала я.

— И это делает тебя спасительницей?

— Нет. Но в деле с ней… Честно говоря, не уверена, что она бы выжила, если бы я тогда в зале…

На самом деле, конечно, я ее не спасала, это сделал Рик, я там только на нее падала и пинала, еще и шрам оставила. Не очень-то походит на спасение. Но все-таки я очень надеялась, что приложила руку к этому. Впрочем, прямой смысл данного предложения вполне подходит.

— Вилу, — снова позвал Бас, — по-моему, она в безопасности.

Да, я с ним была согласна, но на всякий случай хотела задержаться. Вдруг сейчас откуда-нибудь выскочит демон? Это вряд ли, конечно. На удивление, мирность обстановки была для меня чем-то очевидным. Уж не знаю почему, но именно в этом времени и месте мне казалось, что безопаснее, чем здесь, ни в одном уголке земли не будет никогда.

— Ладно, — собралась, наконец, я. — Пойдем.

Бас «угукнул» и мы двинулись обратно.

На удивление, Бас приобнял меня за плечи, и, полностью игнорируя тот факт, что дождь хлещет по его плечу, продолжал держать надо мной фанерку. Да, вот такого Баса я знала, с таким Басом я дружила, именно этот Бас мог спасти Грэя, меня, да и вообще кого угодно, если это будет необходимо.

Украдкой глянув на него, пока мы шлепали по мокрой траве, я заметила на его лице гордость. Такую легкую тень облегчения и уверенности. В каком-то смысле я видела в его глазах ответственность за саму себя, несмотря на то, что я явно была сильнее его. Но это же было не силовое превосходство.

Добравшись до дороги, мы снова поймали такси, и отправились обратно к музею. Я все гадала, когда меня выкинет из петли и мне придется на перекладных добираться до академии. Но по какой-то причине петля на удивление была лояльной и не торопилась выпихивать меня в суровую дьявольскую реальность.

Не все так плохо, конечно же, но все же после пережитого в петле с искупительницей мне уже не очень-то хотелось находиться в месте, где я не могу позвать своих друзей или Рэйвина.

Бас здесь, хоть и присутствовал, все-таки не был Вороном, так что помощи от него не очень много. Хотя и демоны здесь не атаковали и не нападали со всех сторон, что не могло не радовать.

В такси я хоть немножко, но согрелась. К тому моменту, когда мы вернулись к музею, дождь наконец-то кончился и меня только знобило. Назад в музей мы уже не попали, потому пришлось ждать в фойе, когда экскурсия закончится. К счастью, хотя бы туда нас пустили.

Все это время Бас крепко обнимал меня, пытаясь согреть. Это было приятно. Мне было с ним спокойно. Не знаю, почему иногда он вел себя как мальчишка, ведь мог бы этого не делать, но все-таки мне нравилось, что, несмотря ни на что, я могла на него положиться.

Когда экскурсия закончилась, и толпа студентов академии начала высыпать на улицу, мы присоединились к ней. Местный учитель собрал нас у входа и повел к автобусам. Бас внезапно рванул вперед, и когда я зашла внутрь, он уже сидел у окна, довольный, как мартовский кот.

Скривившись и картинно закатив глаза — надолго меня, правда, не хватило, потому, что студенты академии меня все время подпихивали и поторапливали — я сделала ход конем и прошла чуть дальше, усевшись на сидение позади Баса, рядом с окном. Бас, сияя широченной улыбкой, повернулся ко мне.

— Знаешь, Вилу, — обратился он ко мне вполне себе беззаботно, — ты бы могла просто попросить и я бы пересел.

— Но я просила тебя в прошлый раз.

Бас улыбнулся чуть шире. С такой улыбкой ему явно нужно висеть на обложке глянцевого журнала с надписью «попробуй устоять». Да, Бас знал себе цену, и умело пользовался своей неподражаемостью.

— Вообще-то, нет, — задумавшись, вспомнил он.

— Вообще-то мог бы и сам догадаться, — уже совсем даже без обиды хмыкнула я.

— Я тебе не провидец, чтобы знать, чего ты там хочешь, — подмигнул он мне и кивнул на сидение рядом.

Улыбки я сдержать не смогла, поэтому все-таки встала и вернулась к нему, усевшись рядом.

На самом деле до этой стычки в автобусе мне уже было разительно все равно. Он просто дурачился и, если честно, это то, за что мне нравился Бас. Пусть я официально этого не признавала, но в то время, когда мне приходилось его ненавидеть, а мы делили с ним Грэя, мне нравились его шутки и приколы. Это было его неотъемлемой частью, да и границы недозволенного он редко пересекал. Даже с Джорджи тогда. Мог бы ей влепить и дело с концом. Но нет.

Дело было не в том, что он был не способен на поддержку, дело было в том, что незначительные мелочи, вроде этой, не должны были меня волновать столь сильно, когда в момент, действительно важный, Бас окажется другом и поддержит меня, как никто.

Посидев немножко и поразмышляв над всем, о чем мы с ним разговаривали в этой поездке, я улыбнулась.

— Бас, — позвала я.

— А?

— Можно я сяду у окна?

Он рассмеялся, а затем принял серьезный вид, все равно не в силах сдержать ухмылку.

— Конечно, Солэнклэр, — кивнул он мне.

И мы пересели.

На какое-то мгновение я даже позабыла обо всех проблемах, которые были сейчас актуальны, особенно с Басом.

Но уже в следующее мгновение я вдруг вспомнила, где сейчас Бас и погрустнела. Нынешний Бас, конечно, этого не заметил, я могла скрыть взгляд в окне. Но мне невольно стало грустно.

Подожди меня, мой лучший друг,