Однажды в Вавилоне - Тимофей Петрович Царенко

— Собачки на свободном выгуле. Все желающие могут их покормить. Типа, эко-ферма.

Машина достигла какого-то пустыря. Ниже плескалось ласковое море, но отдыхающих рядом не было видно. И понятно. На пустыре отдыхала стая собак. Да каких…

— Puda (пуда) четыре…

— Чего?

— Говорю, килограмм шестьдесят в каждой.

— Да, вот они какими разрастаются на вольном выгуле.

— Крутые зверюги, да, сейчас обоссусь от щастья. Волод, ты сам багажник открой, или типа того, я боюсь собак.

Волод только хмыкнул. Он отстегнул ремень.

— Джа, меня интересует буквально один вопрос: а почему эти звери не выйдут в город? Тут же ничего на забор похожего нет? — русский в третий раз ощупывал пояс не предмет огнестрела.

— А, там столбы стоят, они пищат так, что собаки скулят. Они за них не заходят. Да и зачем? Тут их и так неплохо кормят.

— Хорошо, а почему забор не стоит, чтобы никто не забредал? Они же натурально сожрать могут.

Волод открыл дверь машины и вышел под горячее солнце. Он не отрывал взгляда от животных.

— Да пёс их знает, Владимир, но я думаю тут есть какой-то хитрый процесс. Ну, там, волонтёры кормят собак, собаки кушают волонтёров, а корейцы иногда ловят самых жирных псов. Популяция стабильная, так сказать. Или, может, сюда просто таскают всех бездомных животных в городе, а эти их едят.

— И что предлагаешь делать? — уточнил Волод. Он открыл багажник. Оттуда вылетело облако пара.

— Ну, открой сумку, вытаскивай оттуда своего поверенного и гостя его, позови собачек, чтобы обрадовать, и едем обратно.

Волод открыл багажник, залез в сумку и оглушительно свистнул. Стая собак с интересом побрела в их сторону.

— Эй, ты что, совсем шуток не понимаешь, выкидывай трупы на хрен и погнали! Они же натурально дикие!

Волод тем временем кинул собакам руку в длинном рукаве, окрашенном в тёмно-зелёную клетку.

— С животными надо добрее. И они к тебе потянутся!

Князь продолжил раздавать замороженные куски тел собачкам. Животные благодарно виляли хвостами и принимали подношение.

— И чего я так распереживался? Вы там у себя в России ведь медведей разводите!

— Эй, слушай, что за предрассудки? Я же не говорю, что в Индии все слонов разводят?

— Но моя семья разводит слонов! Точнее, мой троюродный дядя, хорошая работа…

— Сдаюсь, сдаюсь, Джа, хорошо, собак я не боюсь, медведей тоже! — перебил собеседника Волод, и уселся на место. Давай, нам ещё шляпу мою забирать!

До Манхеттена доехали без приключений и совсем без нервотрёпки. Машину тоже припарковали на том же месте. Волод тяжело вздохнул, и отправился за головным убором. Вернулся он спустя десять минут, в руках его было четыре спортивных сумки, под весом которых Владимир заметно напрягал руки.

Сумки он снова положил в багажник.

— Да ты издеваешься! — только и вымолвил Джа. — И шляпу ты не забрал…

— Да бл…

Русский вернулся пять минут спустя. Что характерно, с такими же сумками. И снова четыре штуки.

— Я не знаю как это комментировать. Они все туда вообще влезут?

— Без паники, Джа, я просто вспомнил о земном. Там деньги.

— Сколько?

Джа сопоставил вес сумок и число купюр в них. Голос его пищал.

— Миллиона три. Или четыре. Я сгрёб всё, что лежало на видном месте. Сможешь домой отвезти? Половина — твоя. Вдвоём в набег ходили!

Волод был очень доволен собой.

— А… а… конечно, довезу, добрый мистер! Прямо сейчас и… аааа… два ляма налом, ahuet' (ахуеть)…

Машина стартовала по старому маршруту.

— Понимаешь, Джа, этого человека хватились очень быстро. Эти двое меня не узнали, но могли бы потом. Я сказал, что был тут утром на приёме и забыл свою шляпу. Они были так добры, что меня пропустили, и… — князь решил рассказать что случилось в офисе.

— А как ты понял, что это именно искать пришли твоего… наёмника?

— Так они в красную клетку были. Макмастеры, их родовые цвета. Это тот род, который в Америке имеет виды на мои фамильные активы.

— Это как?

— Грабить хотят.

— А, вот я про это и говорю, я вот иду в полицию, если меня грабят. Не помогут — хоть кофе напоят, посочувствуют. А ты вот… собачек кормишь.

— Да брось, Джасвиндер, не было бы власти силы, была бы власть денег. Кто-то всегда оказывается наверху и всегда попирает тех, кто ниже. Это человеческая природа. Кому-то всегда можно больше, чем остальным.

Джасвиндер горестно кивнул.

— А вот твои русские, они, то есть вы, в космос полетели. Тоже, небось, клановые?

Неожиданно уточнил индус.

— Эту часть истории мы не афишируем, — Волод грустно вздохнул. — Всю космическую программу исполнили обычные люди. Простецы. Они же первыми летели в космос. Потом, разумеется, героев приняли в клан… Но если тебе это важно, Джа, законы природы подчинили себе такие как ты, люди без дара.

— Ты меня прям обрадовал, Волод, честно! — Джа улыбнулся.

Волод польщённо кивнул.

— То есть, эти бедолаги хотели съебаться с планеты, у них почти получилось! Но потом вы их в себя зажевали. Отчаянные люди были, мистер. Я не такой. Увы.

Русский только глаза закатил.

В этот момент над дорогой пролетел полицейский вертолёт. И пошёл на посадку где-то вдалеке.

— Нас снова ловят, — с тоской протянул Джа, и свернул на ближайшем повороте.

— И у тебя есть план?

— Да с хрена у меня есть план, мистер! У меня в багажнике два трупа, четыре мешка денег и нелегал в салоне. Да полицаи меня сожрут без кетчупа своего любимого. Гадость редкостная!

— Тихо, Джа, тихо. Если что, я возьму на себя всю вину, — Волод помрачнел. — В конце концов, всегда есть способ договориться.

Такси остановилось в безлюдном переезде.

— Не с полным багажом покойников, мистер. Хотя… у меня идея! Ударь меня по лицу!

— Чего?

Русский удивился. Он все ещё ничего не понимал.

— Говорю, морду мне разбей, но не сильно, не убей ненароком. Чтобы если что — я твой заложник и ты меня…

Владимир коротко двинул собеседника по лицу.

— Ну и на хрена ты мне в глаз дал? Я ж им ни хрена не вижу теперь!

Простонал Джа. На его лице наливался синевой фингал, под левым глазом.

— Ну, что дальше? Тебя