Твоё равнодушное чудовище - Бэта Джейн

До пятницы оставалось девять дней. Девять дней до того, как я снова увижу её. И на этот раз она не сможет просто взять и уйти.

Глава 11

Денис

Суббота. 11:07 утра. Кофейня в двух шагах от МГИМО.

Лена сидела напротив, вертела в пальцах соломинку от латте и смотрела на меня широко раскрытыми, немного испуганными глазами. Я пригласил её «обсудить стажировку». У неё был вид кролика, который попал в фары роскошной машины и не знает, бежать ли или лечь и подчиниться.

— Понимаешь, Лен, — я сделал глоток эспрессо, отставив чашку с лёгким, элегантным стуком, — в отделе кадров там ценят не только академические знания. Важен социальный интеллект. Умение быть частью коллектива.

— Я понимаю, — быстро кивнула она. — Я очень общительная! Я в студсовете…

— Именно, — я перебил её мягкой улыбкой. — И как член студсовета, ты наверняка замечаешь тех, кому сложно. Кто замыкается. Волкова, например.

Лена заморгала.

— Катя? Ну… она тихая.

— Она не просто тихая, Лен. Она в изоляции. А в нашем мире изоляция — это шаг к профессиональному краху. Особенно в международном праве. Контакты — всё. Я, как будущий коллега, — тут я сделал многозначительную паузу, — не могу на это смотреть. Хочу помочь. Но подойти самому… — я сделал вид, что раздумываю. — Может, спровоцирует. А вот если её пригласить в круг… ненавязчиво. На ту пятничную тусовку в лофте. Ты ведь идёшь?

— Иду, — прошептала Лена.

— Отлично. Вот и пригласи её. Скажи, что там будет пара полезных людей из сферы IT-права. Она же технарь, наверняка заинтересуется. Скажи, что я тоже буду, и мы можем познакомить её. Как бы социализировать. Ты сделаешь доброе дело, а в рекомендательном письме на стажировку я обязательно отмечу твои лидерские качества и заботу об однокурсниках.

Я видел, как в её голове идут счёты. Страх отказаться от моего предложения (и потерять стажировку) против страха сделать что-то не то. Победил первый страх.

— Хорошо, — сдавленно сказала она. — Я приглашу.

— Нежно, — улыбнулся я. — И, Лен? Лучше никому не говорить, что это была моя идея. Чтобы не смущать Катю. Договорились?

Она кивнула, глотая комок в горле.

Пятница. 21:30. Лофт «Лебединое озеро».

Музыка била в грудь тяжёлым басом, смешиваясь с гулом голосов, смехом, звоном бокалов. Воздух был густым от запаха духов, дорогого виски и пота. Я стоял у бара, с бокалом недопитого виски, и сканировал толпу. Моё тело было напряжено, как тетива.

Она вошла с Леной, одетая в чёрные джинсы и простую тёмную блузку, выглядевшую здесь анахронизмом среди блёсток и шёлка. Её лицо было маской, но в её глазах, мельком скользнувших по переливающейся толпе, я прочитал то, что искал: глубокую, тошнотворную дезориентацию. Она была как инопланетянин, высадившийся на дикой вечеринке. Лена что-то говорила ей на ухо, жестикулируя в сторону бара, но Катя лишь мотала головой, уже пытаясь отыскать путь к отступлению.

Идеально!

Я дал им пять минут. Пять минут на то, чтобы Лена, по моему сценарию, «случайно» встретила старых друзей и отвлеклась. Пять минут на то, чтобы Катя осталась одна, прижавшись к стене, с глазами, полными молчаливого ужаса от всего этого шума и чуждого ей веселья.

Я не пошёл прямо к ней. А двигался по периметру, будто просто прохаживаюсь, время от времени обмениваясь кивками со знакомыми. Но мой путь был спиралью, неумолимо закручивающейся к её одинокой фигурке у высокой полки с искусственными растениями.

Когда между нами осталось три шага, наши взгляды встретились. В её глазах вспыхнуло нечто острое — не страх, а предвидение. Она знала. Она понимала, что это не случайность.

— Волкова, — сказал я, останавливаясь так близко, что запах моего одеколона (тёмный, с нотками кожи и дыма) должен был настигнуть её. — Неожиданно.

— Я ухожу, — произнесла она ровно, но я уловил микроскопическое напряжение в её челюсти.

— Уже? Ты же только пришла. Лена говорила, ты интересуешься IT-правом. Как раз там, — я кивнул в сторону задымлённого угла, где действительно сидела пара знакомых ребят из IT-сектора, — сидят ребята из «Киберзонда». Познакомить?

— Нет, — она попыталась шагнуть в сторону, но я слегка сместился, перекрывая самый очевидный путь к выходу. Не блокируя полностью. Просто создавая неудобство.

— Боишься? — спросил я, понизив голос. Он стал бархатистым, интимным, пробивающимся сквозь шум музыки. — Или… тебе просто неприятно со мной рядом?

Она подняла на меня глаза. В них горел холодный огонь. Но я видел и другое — мелкую дрожь у края её губ. Её тело, всё её существо кричало «убеги», но её гордыня, её ненависть ко мне приковывали к месту.

— Отойди, — сказала она. Слишком тихо для такого шума.

— Я не трогаю тебя, — я развёл руки, демонстрируя невинность. Но сам сделал ещё полшага вперёд. Теперь расстояние между нами стало интимно-неприличным. Я видел, как расширились её зрачки. Страх? Отвращение? Или что-то ещё? — Я просто разговариваю. На вечеринке. Это же нормально. Или для тебя это уже слишком… близко?

Мой взгляд скользнул по её шее, по ключицам, выступающим из-за выреза блузки. Я не скрывал, что рассматриваю её. Как вещь. Как добычу.

— Я сказала, отойди, — её голос приобрёл металлический оттенок.

— А если не отойду? — прошептал я, наклоняясь так, что мои губы почти коснулись её волос. Она вздрогнула всем телом, как от удара током. — Что ты сделаешь, Катя? Будешь кричать? Все обернутся. Увидят тебя здесь, со мной. Так близко. О чём они подумают?

Я видел, как эта мысль вонзается в неё, как нож. Сценарий публичного унижения. Она замерла.

— Пойдём, — сказал я мягко, но в тоне не было места для возражений. Моя рука легла ей на локоть. Не хватая, просто касаясь. Её кожа под тонкой тканью блузки была холодной и покрытой мурашками. — Просто поговорим. На террасе тише.

Она не сопротивлялась. Её воля, та самая, что так блестяще разоблачила мой блеф, сейчас была парализована более примитивной, но безотказной угрозой — угрозой публичного скандала, внимания, в котором она растворялась, как яд в воде.

Я провёл её через толпу, к стеклянной двери, ведущей на узкую, плохо освещённую террасу. Здесь было прохладно и почти безлюдно — только пара курильщиков в дальнем конце. Я подвёл