Аня: любовь по-немецки - Элий Вайнерман

Сколько подлости надо!

Мировых катаклизмов,

Чтоб забыл о надеждах,

Не мечтал человек.

«Я в детстве кольцо золотое нашёл…»

Я в детстве кольцо золотое нашёл,

Чертог возводил на песке.

Отбросил: про золото я не знал.

В песчаном мне жить дворце!

Нужды нет в провидцах —

Судьбу предсказать,

То омен, злой до конца:

Найдёшь – не заметишь.

Заплакал старик:

Сиял же свет от кольца!

«Кто ближе всех к колоколам…»

Кто ближе всех к колоколам?

Храм. Башни высоки.

Не птицы в небе, не звезда.

Могилы средь травы.

В крапиве камни и кресты —

Отметины веков.

Звон колокольный разбудил

Псалм мёртвых голосов.

Ответить им? Но замолчат,

Замрут колокола.

Черёд свой ждать мне средь могил

Какого-то числа.

«Перечитай забытые стихи…»

Перечитай забытые стихи

Со школьных лет нечитанных поэтов.

Но счастьем, болью ли от рифмы, снова спетой,

Тот станет миг, не знаешь даже ты.

Солнце

Всё преходящее ушло,

Ручьём иссохшим отзвучало.

Волною рухнувшей легло

В песке тяжёлом у причала.

Но солнце раннее встаёт,

Пусть мир в руинах, благодушно,

И что ему планеты счёт:

Кому тепло, кому-то душно.

«О, ветер! Мой глупый ветер…»

О, ветер! Мой глупый ветер…

Летел ты, куда не зная.

Я помню, как полыхало

Победы (казалось) знамя.

Как ты колыхал, задорный,

Весною цветенье вишни,

Вползаешь теперь по щелям

В домишко струёй поникшей.

«Мудрость племён старинных…»

Мудрость племён старинных:

Каким путём ни пойдёте —

Пески или рек потоки? —

В детство, в свой дом вернётесь.

Приют ли? Мир отошедший

Без песен встретит вас, малым.

И только вечные птицы

Снуют над вечным причалом.

«Устал я, выдохся, весна не наступает…»

Устал я, выдохся, весна не наступает.

Мела вчера пурга, вдруг летняя жара.

Не знаю, где блуждаешь ты, весна?

Мне целый год опять тебя ждать в мае.

Но я устал. Пусть тело умирает.

Душе уж всё равно – сухой травой мертва.

На ветках почки, где же ты, весна?

«Соскальзывая в депрессию…»

Соскальзывая в депрессию,

Словно катишься вниз

Покорно

С крутой, высокой горы,

Желая – скорее

На скалы рухнуть

В обрыв.

Чикаго: Поздняя ночь

Поздняя ночь. Улица без прохожих,

C равнодушными фонарями.

Вдали задние огни удаляющихся автомобилей —

Алый тревожный свет, —

Убегают средь чёрных стен от меня.

«Мне надо вспомнить всех, кого я знал…»

Мне надо вспомнить всех, кого я знал.

О помощи день прошлый умоляю.

Но память зла, молчит,

Слепа, как ночь глухая.

Я всех найду и всем поклон отдам,

С кем в век мой жил: прохожим и друзьям.

Взойди же, солнце, средь оконных рам!

«Стоят спокойно в стойлах кони…»

Стоят спокойно в стойлах кони.

Они ухожены, сыты,

Не знают ярости погони

И не боятся тишины.

А было – уши на макушке

Держали, лишь настанет тишь.

Расслабься только на мгновенье —

Ударит враг, в крови лежишь.

Лав конных грохот, изверженье.

Кто не воспел тебя, гнедой?!

Героев грозное стремленье:

Мир распахни – и весь он твой.

«Хочешь иль не хочешь…»

Хочешь иль не хочешь,

Твой приходит день.

Что людей морочишь

Шапкой набекрень?

Крут я, мол, не сможет

Жизнь меня побить.

А кручина гложет.

День бы пережить.

Свобода смерти

Каждый умирает, как может.

Вернее, как хотят – его тело,

Какие-то почки, гланды, артерии… —

Или автомобиль, наехавший невзначай.

Свобода смерти есть только у самоубийц.

«Снег падает гуще, летит и летит…»

Снег падает гуще, летит и летит.

Какой в этом, спросишь, смысл?

Нет никакого, и не ищи.

Природа просто дурит.

Отчаянье

И даже если в пустыне мёртвой

Родник увидишь под солнцем дня,

Не оживёшь, не вознесёшься,

Лишь скажешь скорбно:

Не для меня.

«Эти мужчины и женщины – они маленькие и большие…»

Эти мужчины и женщины – они маленькие и большие,

Если смотреть на них с изменяющихся расстояний.

Они идут к пирамидам… по льду на таёжных реках.

Вот и всё, что о них я знаю.

Фрески иссыхают под лучами столетий.

Тень пирамиды покрыла лотос, глаза людей угасают.

Мальчишка запускает в луже бумажный кораблик.

Вот и всё, что о них я знаю.

Вешний луг расцветает, кони скачут галопом,

Дирижабль повис в небе, в облаках застревает.

В плаванье по луже ушёл бумажный кораблик.

Вот и всё, что о них я знаю.

Подплывает кораблик к пирамидам и фрескам,

Поколения и страны дальние открывая.

А мальчишка вырастет, про кораблик забудет.

Вот и всё, что о них