Аня: любовь по-немецки - Элий Вайнерман

class="p">«О дама, не пугает…»

О дама, не пугает

Пусть цвет вас голубой,

Когда гремит в утёсах

Бушующей волной.

Фиалками лесными

У ваших ляжет ног.

О, если б лепестком их

Я стать волшебно смог.

Ступни целует нежно

Прибой, бежит в песок.

Не страшен вам цвет чёрный

Летящего орла.

Согреют ваши плечи

Два трепетных крыла.

Ужасен лишь цвет алый —

Тюльпанов хоровод:

В нём юноша погибший

На танец вас зовёт.

Закружит, зацелует.

Но алый сладкий рот

С тюльпанами увянет.

В мрак, в землю вновь уйдёт.

Рыдать вам и томиться,

До мая. Долог год.

«Возвращение и бегство…»

Возвращение и бегство.

Две полярности судьбы.

Не даруй мне, Боже, выбор.

Если дашь, то не суди.

«Он книгу чёрную открыл…»

Он книгу чёрную открыл,

А белый падал снег

На опустевшие поля,

В которых жизни нет.

Пророчеств горьких грозен перст.

Смятение людей.

Но нет спасения в свечах.

Горят, а ночь страшней.

Оттепель февраля

Снег тает в кустах, на крыше.

Под вязом видна земля.

Верить или не верить —

Оттепель февраля.

Как-будто мазком широким

Сосулек поющий шквал,

Художник, идущий с неба,

Портрет весны рисовал.

Смывает синею кистью

Снег тает… Их вовсе нет:

Тревоги, печаль, обиды.

Лишь солнце и жизнь без бед.

О, странная быль – загадка!

Нам в радость средь стужи дня,

Ворвётся на миг во вьюгу

Оттепель февраля.

«Холодная весна мне горше дней осенних…»

Холодная весна мне горше дней осенних.

С деревьями я жду от солнца благодать.

Взошло! Огонь в ветвях пылает. Цвёл зимою.

Искрится, но тепла не хочет небо дать.

«Цвет дня сейчас ноябрьский…»

Цвет дня сейчас ноябрьский.

В календаре – апрель.

Весну напоминает

Лишь птиц озябших трель.

«Дней прошлых возвращенье», —

Поверится, глядя,

Как свежие поленья

По-зимнему горят.

«Когда проходят электрички…»

Когда проходят электрички,

И налетают, исчезают.

Их грохот – с гор поток, огромен,

В ущелье рухнул, иссякает.

Вот так и жизнь с её годами,

Мелькнут названья: «детство», «старость»…

Гул электрички – звук мгновенный.

И лишь молчание осталось.

Наш ноябрь

И снова плачет наш ноябрь,

И тусклый свет в окне.

Глухая улица, стволы

Без листьев в мокрой мгле.

Что понапрасну ждать весну,

Восход. Жизнь – цифра лет.

И снова горестен ноябрь,

И твой не виден след.

«Коль крутятся колёса…»

Коль крутятся колёса,

Зачем изобретать?

Когда живёшь у моря,

О волнах ли мечтать?

Но я не принимаю

Премудрость многих лет.

Слепит зимою солнце,

Свечи согреет свет.

Ветер

И снова снег колючий

Вдоль улицы гоняя,

Взметнулся тёмный ветер,

В ознобе завывает.

Приятель мой ненастный,

Довольно нам скитаться.

Я прячусь в закоулках —

Промчится, не узнает.

«Летит, искрится светлячок…»

Летит, искрится светлячок,

Не замечая:

В промозглой улице ползёт

Сырь-тьма густая.

Его крыло запеленит,

Лучи поглотит.

Летит, мерцает светлячок

Безглазой ночью.

«Снег, падаешь в апреле…»

Снег, падаешь в апреле.

Меня не проведёшь.

Пусть город сделал белым,

Ручьями уплывёшь.

На память мне оставишь, —

Сияла средь пурги, —

След на крыльце снежинки

С мольбою: сбереги.

«И будет она рисовать…»

И будет она рисовать

Неизвестною краской мазками.

Закроешь глаза и представишь:

Вокруг сад зелёный.

Вот я отгадал тебя, – вскрикнешь,

Откроешь глаза, пред тобою —

Плод чёрный,

Червём источённый.

Мне только молить в пустоту

Промелькнувших мгновений,

Где жизнь рисовала

Мазками загадочной краски.

Два грача прилетели, и плачут, и ждут

«Два грача прилетели, и плачут, и ждут…»

Два грача прилетели, и плачут, и ждут:

Когда же придёт весна?

Томятся деревья под снегом. Круг —

Безлистых стволов стена.

Тропинок не видно, лишь мёрзлый хруст.

В позёмке идёшь одна.

И плачут в деревьях грачи и ждут:

Когда же придёт весна?

«Не страшней, чем сейчас, не печальней, чем раньше…»

Не страшней, чем сейчас, не печальней, чем раньше,

Надвигается день, словно снег в феврале.

Я уже пережил смерть друзей и ненастья,

И ничто мне не вновь на пройдённой земле.

Остаются смиренье, дым бессчётной разлуки,

Голоса, что звучали, вдоль дороги трава.

Не грустней, чем сейчас, не мрачнее, чем раньше,

Нераскрытая книга, но известна глава.

«Стихи не пишут на досуге…»

Стихи не пишут на досуге,

Не сочиняют ради од.

Кто нас научит стать поэтом?

Но есть призванье – звездочёт.