Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

Всё было несколько проще и сложнее одновременно: Зефир боялся, что на переговоры явится очередной раб Бейсина и ему сорвёт крышу при виде командира, отчего вся политическая игра Катарины и столь необходимый Моревии мир будут окончательно похерены.

Однако принцесса его всё же уговорила. Весь заготовленный план девушки строился на непосредственном участии Зефира, а на придумывание и реализацию другого не было времени.

В результате парень сдался, понадеявшись на удачу.

И самое интересное: ему повезло. Лысый дед, представившийся иерархом Анджеем из культа Истины, точно был самым настоящим еретиком. Но не обратил на Зефира никакого внимания.

Скорее всего, в их рядах рабы были либо привилегированной скрытой кастой, до которой ещё нужно было дослужиться, либо они внедрились к ним и скрывались.

— Нет! Нет! И ещё раз нет! Как ты смеешь такое требовать⁈ — меж тем начал разоряться старик.

И как только этот хрыч закончил свою гневную речь, командир сделал кровожадное лицо, шагнул вперёд и возмущённо проговорил:

— Ваше Высочество, этот старый пердун оскорбил Вас уже три раза, можно я его прямо сейчас размажу, как таракана, вместе с его зверушками?

Эмиссар империи чуть не задохнулся от злости и весь покраснел, а нити разговора мгновенно перехватила Катарина:

— Господин Зефир, я не думаю, что господин посланник умышленно хотел меня оскорбить. Всё же культ Истины и империя безрезультатно потеряли целую армию и несколько сотен этих своих уродцев, — брезгливо посмотрела девушка на свиту за спиной деда. — Вот он немного и не в духе.

Иерарх тем временем шумно выдохнул, но дальше провоцировать конфликт не стал. Умный урод — понимал, что был не в самом хорошем положении. Ведь переговоры запросили они, а не моревийцы.

Тем не менее того, что этот высокомерный старик уже наговорил, было достаточно, и командир горячо возразил:

— Моя госпожа, я не могу смотреть, как эти невоспитанные свиньи ведут себя с Вами. Нужно преподать им урок!

Юноша кинул злобный взгляд на человека-муху, который чистил верхние лапы хоботком, и прорычал:

— Ты, лупоглазый, ритуальный поединок здесь и сейчас. До смерти!

Фасеточные глаза мутанта уставились на своего лысого хозяина, и тот кивнул, недобро буркнув:

— Разорви его.

— Не здесь, — подняла руку Катарина, — у нас на территории дворца есть замечательная арена специально для таких случаев.

В Розовокаменном дворце, с обратной стороны, действительно оказалось место для проведения поединков, скрывавшееся в одном из ухоженных парков.

Оно представляло собой овальное углубление в земле, где было всего три ряда зрительских мест из камня, идущих лесенкой. Да и сама площадка, покрытая песком, оказалась совсем небольшой — примерно метров десять в длину и пять в ширину.

Командир спустился по ступенькам вниз и встал в центре в ожидании своего противника. Тот не стал задерживаться и вскоре оказался напротив юноши. Оба повернулись в сторону трибуны, где сидела троица зрителей, а рядом с ними стоял другой мутант.

Зефир не случайно выбрал именно муху, а не ящерицу. Насекомое ощущалось раза в полтора сильнее своего собрата, и парень посчитал, что демонстрация пройдёт лучше, если в противниках у него будет элитная тварь.

— По моей команде можете начинать, — встал с места Годемир и поднял руку.

Прошла секунда, и он махнул ею, крикнув:

— Бой!

В следующее мгновение человек-муха стремительно сорвался с места, выхватывая на бегу меч из ножен.

Чудовище было на уровне Людевита, который посмертно стал мерилом для всех противников командира. Вот только если раньше чемпион-предатель был проблемой для молодого человека, то сейчас — нет.

Зефир резко шагнул в сторону, пропуская в сантиметре от себя чужой клинок, и размахнулся левой ладонью, усилив её.

Миг — и та опустилась сверху на уродливую голову мутанта.

Послышался хруст, и череп противника просел вниз, ломая позвоночник, а следом разлетелся в стороны, будто переспелый томат, разбрызгивая зелёную кровь и мозги. Ноги мухи переломились в нескольких местах, грудной отдел вмялся на полметра. Затем вся эта неаппетитная масса в доспехах осела небольшой кучкой на землю.

Командир брезгливо тряхнул рукой, избавляясь от налипшей дряни, и посмотрел на зрителей. Точнее, на одного конкретного.

Еретик побледнел и выглядел испуганно, и парень мысленно улыбнулся — задание было выполнено. Зрелищно, жестоко и показательно. Всё, как того хотела принцесса.

— Что ж, думаю, можно возвращаться, — поднялся довольный канцлер и глянул на имперского эмиссара. — Дипломатия — это искусство взаимного уважения, даже когда того нет и в помине.

Дальнейшие переговоры пошли легче.

Во-первых, иерарх умерил спесь. А во-вторых, эта хитрая лиса, Катарина, смягчила своё первоначальное требование — репарации в размере двадцати тонн золота — и заговорила совсем на другом языке.

— Господин иерарх, моей стране был нанесён вред. И я хочу его возместить, — заметила она.

Старик снова собирался возразить ей насчёт необоснованности такой суммы, когда девушка подняла руку, призывая того помолчать, и сказала с нажимом:

— Но я также не хочу выкручивать вам руки, хотя империя и виновата перед моей страной и народом. — А затем добавила уже доверительным тоном: — Тем не менее выход есть. Причём на взаимовыгодных условиях для обеих сторон.

Её собеседник замер на мгновение и заинтересованно кивнул, призывая к продолжению.

— Торговля, мой дорогой друг. Взаимовыгодная торговля всегда лучше войны, — широко улыбнулась Катарина.

В итоге принцесса добилась того, чего хотела: Империя Рюгенгорд и Моревия объявили о перемирии. На большее полномочий иерарха не хватило.

Однако стороны договорились провести через две недели новую расширенную встречу с участием министров, на которой должны были подписать мирное соглашение и начать обсуждать торговые вопросы.

Всё же еретик не обладал исчерпывающими знаниями об объёмах производства и сельского хозяйства империи, да и сама Катарина была монаршей особой, а не казначеем.

Стоявший в стороне и изображавший тупого, крайне опасного дуболома Зефир не мог не поразиться, как девушка обернула катастрофу в победу.

Более того, она умудрилась исподволь выяснить о ситуации с продовольствием в новообразованной империи и заинтересовалась поставками культур, которые не росли в более тёплом климате.

Рожь, ячмень, гречиха и даже такая экзотика, как квашеная капуста — всё это производилось на дальнем севере в избытке и при отсутствии границ, а значит, и торговых поборов, могло поставляться в больших объёмах в королевство.

Помимо этого, Катарина заинтересовала иерарха и местными товарами: медью, железом, серебряной рудой, экзотическими для севера морепродуктами и трофеями из Выдоха — с обоюдной пошлиной в пять процентов. Она также предложила империи беспрепятственный доступ к южным торговым маршрутам через моревийские порты, пообещала невмешательство