Узники старых часов - Лена Александровна Обухова

это умение проявлять гибкость, Геля. Умение прощать и слышать друг друга. Не разрушай одним махом все, что мы так долго строили. Другой ведь может тебе всего этого и не предложить.

— Так, все! — не выдержала Карина и ткнула Артема раскрытой ладонью в грудь, отодвигая его от Лины, словно почувствовала, что та снова дрогнула. — Сказано же: никто никуда не поедет, твой поезд ушел. Лина — девочка красивая и умная, она у нас нарасхват, кавалеры получше тебя вокруг нее вьются.

— Неужели? — усомнился Артем.

— Не веришь? Приходи завтра вечером на городскую площадь, посмотришь на одного из них.

— И приду, — усмехнулся Артем, глядя на Карину с вызовом. А на Лину он посмотрел уже с обещанием. — Я просто так не сдамся, Геля. Ты моя. Мы должны быть вместе.

С этими словами он повернулся и пошел прочь. Когда его широкая спина скрылась из вида, Лина шумно выдохнула, только теперь почувствовав, как дрожат руки.

— Ну что я могу тебе сказать, подруга... — Протянула Карина, погладив ее по плечу. — Где-то я тебя понимаю: парень симпатичный, конечно. Но даже не думай к нему возвращаться.

— Вообще-то, он прав, — пробормотала Лина задумчиво. — Нам было хорошо вместе. И отношения ведь действительно требуют гибкости...

— Только до определенного предела, — возразила Карина. — Не когда тебя пытаются завязать узлом. И уж точно не тогда, когда тебя предают. Есть вещи, которые прощать нельзя.

— Наверное, ты права, — вздохнула Лина. — Вот только зачем ты ему сказала завтра приходить на площадь?

— Затем, что некоторые люди слов не понимают. Отстанет, только если поймет, что место занято. Так что придется тебе идти на танцы с Костей, — ухмыльнулась Карина. — Оно и лучше будет...

— Постой, ты что, собираешься меня там одну бросить? — возмутилась Лина.

— А что я сделаю? — Карина развела руками. — На свидания втроем не ходят. И уж тем более вчетвером, если считать Кирюшу. А твоему бывшему надо продемонстрировать именно свидание, поняла?

— Поняла... — Лина снова вздохнула. — Но, пожалуйста, скажи, что ты не бросишь меня! Приходи с Кирюшей, побудь рядом, умоляю!

Она молитвенно сложила руки, и подруге не оставалось ничего другого, кроме как согласиться и пообещать:

— Мы с Кирюшей будем поблизости.

Глава 4

Сказать, что Лина нервничала, собираясь следующим вечером на городскую площадь, значит не сказать ничего. Она трижды переодевалась и шесть раз меняла прическу, то собирая вьющиеся волосы в высокий хвост, то заворачивая их в пучок и сцепляя крабом, то снова свободно рассыпая по плечам. В итоге она остановилась на легком платье василькового цвета с расклешенной юбкой чуть выше колена и хвосте: носить волосы распущенными в жару не очень-то удобно.

Музыку она услышала, еще только приближаясь к площади, и это не только заставило ее улыбнуться, но и немного успокоило. Под часами собралось уже довольно много народа: люди парами, компаниями и даже в одиночестве бродили по старой брусчатке, сидели на скамейках и стояли в круге, наблюдая за танцующими парами.

По периметру площадь опоясывали разные киоски: с мороженым, в которых продавали заодно лимонады и шоколадки, с выпечкой, с кофе. Рядом с ними примостились палатки с хот-догами, лотки с сувенирами и прочие атрибуты курортной жизни. В одном месте Лина приметила даже разноцветные шары, надутые гелием. Они колыхались на ветру, привязанные к чему-то длинными ленточками.

На мгновение Лине показалось, что в этой толпе ни Артем не сможет ее найти, ни она не сможет найти Костю, не говоря уже о том, чтобы им всем встретиться втроем. Однако она оказалась неправа.

— Привет! — прозвучал у нее над ухом радостный голос.

Лина обернулась: перед ней стоял Костя в легких летних брюках и в светлой рубашке с коротким рукавом. Он тепло улыбнулся ей и протянул ворох разноцветных воздушных шариков, какими она буквально только что любовалась издалека.

— Ты очень красивая сегодня. А это тебе вместо цветов, потому что...

— Я попросила их не дарить, — закончила за него Лина, недоверчиво принимая подарок. — Спасибо...

Воздушные шарики она любила искренне и нежно, но ни словом не обмолвилась об этом, когда сказала не приносить цветы. Не хотелось выглядеть ребенком. Как же он догадался? Или просто решил, что это достаточно адекватная замена? Лина сказала, что с цветами будет неудобно гулять и они вряд ли переживут на жаре два часа без воды. Шарики же можно было привязать к запястью или сумке, а уж завянуть они и вовсе не могли.

Костя предложил ей локоть, и Лина на секунду замешкалась. С одной стороны, она с бо́льшим удовольствием пошла бы просто рядом. С другой — ей не хотелось ставить его в неловкое положение явным пренебрежением. Да и если бы здесь была Карина, она наверняка велела бы принять локоть, чтобы сделать их встречу более похожей на свидание. Хотя самой Лине этого по-прежнему не хотелось.

В итоге она все же взяла Костю за локоть, чувствуя себя обманщицей и от этого снова нервничая.

— Я и не знал про традицию танцевать на площади, — заметил между тем Костя, пытаясь подвести их обоих ближе к танцующим, чтобы можно было наблюдать за происходящим не из-за чужих спин. — В моем детстве такого не было, а потом я уехал учиться. Вернулся только пару лет назад.

— Я тоже не знала, — улыбнулась Лина. — Карина подсказала. Оказывается, это возрожденная традиция. После войны был такой глава города — Георгий Алексеевич Бургомистров. Именно он ввел традицию танцев по пятницам. Тогда все усилия людей были направлены на восстановление города, но он понимал, что без отдыха и разрядки человек долго не выдержит. И, кстати, он же вернул на здание администрации городские часы. — Она указала на башню, возвышавшуюся над площадью. — И под ними замуровали капсулу времени. На сто лет. Мне очень интересно, что в ней найдут, когда вскроют!

— Да, про Бургомистрова я знаю. Помню, нам в школе рассказывали про него, классе в пятом. Но не помню, чтобы что-то говорили про традицию танцев на площади. Мы все больше заучивали даты, имена и события.

— Тоска зеленая! История — это такой предмет, где можно и нужно рассказывать что-то необычное. А даты человек и сам выучит, если ему нужно.

Им наконец удалось