Узники старых часов - Лена Александровна Обухова

не все, конечно, — успокоила ее Карина. — Только желающие. Это не выступление. Просто включают колонку с музыкой, и кто хочет — танцует, кто не хочет — только смотрит. Давняя традиция, появилась еще после войны. Конечно, не всегда была актуальна... В девяностые точно никто не танцевал, а вот в начале нулевых традицию пытались возродить, но она как-то не прижилась. Возобновилась, по-моему, лет пять назад.

— Тогда ладно, — выдохнула Лина. — Танцевать я не готова, а вот посмотрю с удовольствием.

Ей показалось, что Карина хочет на это что-то сказать, возможно, вновь выступить за то, чтобы позвать Костю с ними, но ее прервал прозвучавший совсем рядом мужской голос:

— Геля!

У Лины перехватило дыхание. Она прекрасно знала этот голос. Знала и любила... когда-то в прошлой жизни. Но услышать его сейчас было настолько неправильно, что захотелось закрыть глаза и помотать головой, чтобы реальность встала на место.

Она так и сделала, но это не помогло: голос прозвучал снова, на этот раз ближе и немного тише, отчего в нем появились бархатные нотки, от которых по телу всегда бежали мурашки, поднимая все маленькие волоски дыбом.

Лина обернулась и посмотрела на своего бывшего парня. Удивленно и самую малость испуганно.

— Артем? Как?.. Откуда ты здесь?

— Приехал за тобой. — Артем улыбнулся, отчего на его щеках появились две очаровательные ямочки.

— И как ты узнал, где я?

— Слухами земля полнится, — уклончиво ответил он, бросив взгляд на замершую рядом Карину, явно ожидая, что та ретируется. Однако подруга даже не шелохнулась. — Ты прекрасно выглядишь.

— Спасибо, ты... тоже, — честно выдохнула Лина.

Это не было ответным комплиментом, лишь суровой констатацией факта. Артем всегда был хорош собой, тем и зацепил ее когда-то. Высокий, спортивный, с вьющимися от природы светлыми волосами и синими глазами. Когда он вот так смотрел на нее — с лукавым прищуром, — у нее слегка кружилась голова и сердце билось быстрее. Сейчас же оно и вовсе зашлось в груди: настолько не готовой Лина оказалась к их встрече здесь и сейчас. И потом, они так давно не виделись, что старые обиды слегка припорошило пылью, а в памяти первыми встрепенулись счастливые моменты.

Наверное, она так и стояла бы посреди парковки, молча глядя на него и бессмысленно ловя ртом воздух, если бы Карина слегка не ткнула ее в бок. Едва заметно, но все же ощутимо.

— Что тебе нужно? — наконец выдавила Лина, сбросив с себя наваждение.

— Я же уже сказал: мне нужна ты. Хватит обижаться, Геля. — Он вдруг протянул руку, поймал ее ладонь и легонько сжал. — Пора возвращаться домой.

— Домой? — Эхом повторила Лина. И странным образом именно это слово помогло ей снова нащупать почву под ногами и заставить себя высвободить руку. — У меня теперь другой дом, Артем. А твой дом никогда не был по-настоящему моим.

— Да, я понимаю... — тихо и как-то понуро отозвался он. — Я обидел тебя, сам этого не осознавая. Но теперь для меня многое стало очевидно, Гель.

— Это что же?

— Я ошибся. Сильно ошибся. Все, что было... Это ничего не значило. Я думал, что так правильно, что так я остаюсь мужчиной. Я боялся стать подкаблучником, понимаешь? Думал, что, если перестану быть мачо, ты же сама меня и бросишь, потому что разлюбишь.

— Мачо? — вклинилась Карина насмешливо. — Интересно, почему каждое чмо непременно мнит себя мачо?

Артем снова перевел взгляд на нее, выражение его лица и тон моментально изменились:

— Я не с тобой разговариваю. Я приехал к своей девушке. Уйди, а? Дай нам поговорить вдвоем. Пожалуйста.

— Она никуда не пойдет!

Лина для верности даже вцепилась в руку подруги. Не из страха, что та и вправду бросит ее наедине с бывшим, а только лишь для того, чтобы обрести еще одну точку опоры. Карина была частью ее новой жизни, и Лина держалась за нее, потому что в глубине души очень боялась, что старая затянет ее обратно.

— Это тебе стоит уйти, — добавила она твердо.

Артем снова посмотрел на нее, не сразу успев спрятать раздражение на Карину, но через мгновение уже снова улыбнулся.

— А ты изменилась. — Он вдруг протянул руку и коснулся ее щеки, лаская ее кончиками пальцев. Лина не отшатнулась, потому что ее буквально парализовало от неожиданности. — Стала более... дерзкой, что ли. Уютной и домашней я тебя уже видел, а вот кошкой, которая может поцарапать, — впервые. Мне нравится.

Карина легонько сжала ее руку, словно почувствовав, что Лина опять поплыла от его томного голоса и сладких речей.

— А мне нет никакого дела до того, нравлюсь я тебе или нет!

— Ты злишься, я понимаю. — Артем опустил руку, выражение его лица стало скорбным. — И я, конечно, это заслужил. Но позволь мне все исправить! Нам ведь было хорошо вместе. А будет еще лучше. Поехали домой.

И вот снова это слово — дом. Перед глазами Лины встала ее квартира: небольшая и уставшая, но зато своя. Уютное кресло с торшером, недочитанная книга на столике и, конечно, Мисти. Это был дом, который принял ее такой, какой она была, и помогал ей сделать себя такой, какой она хотела стать.

— Артем, как ты не понимаешь? Я не хочу. Мой дом теперь здесь.

— Да ладно, что тебе здесь делать? — фыркнул Артем. — В этой дыре после нашего миллионника? Какие у тебя тут перспективы? Чем тут заниматься? А дома найдешь работу по душе. С зарплатой побольше, чем в школе. Поженимся, как ты хотела, по-настоящему. Ребенка родим. У нас будет настоящая семья...

— Девочка не хочет с тобой никуда ехать, — снова вклинилась Карина. — Оставил бы ты ее в покое.

— Мы сами разберемся, — бросил Артем в ее сторону и снова повернулся к Лине. — Или ты хочешь еще извинений? Ну прости меня. Я перегнул. Мне, кроме тебя, никто не нужен. Довольна? Так лучше?

— Твои извинения ничего не изменят, — отчеканила Лина, стараясь не обращать внимания на тонкий голосок в голове, настойчиво просящий поверить ему. — Считай, что я простила тебя, но я не собираюсь возвращаться. Ни к тебе, ни в наш город.

— Вот как... — его взгляд стал жестким. — Не боишься остаться одна навсегда? Отношения —