Can’t Stop Won’t Stop: история хип-хоп-поколения - Джефф Чанг

после того, как Сун Чжа Ду была приговорена к исправительным работам, в полицию поступил вызов из «Империал-Кортс», в то время пока квартал был погружен в темноту из-за отключения электричества. Копы услышали стрельбу и испугались, что угодили в засаду, поэтому стали разряжать магазины в сторону детской площадки. Когда стрельба завершилась, оказалось, что Генри Пеко убит пятью полицейскими пулями, одна из которых попала ему промеж глаз. Его труп лежал в песочнице. Жители комплекса высыпали на улицу и принялись закидывать полицию камнями и бутылками. Копы отступали, задержав перед этим одну из двоюродных сестер Пеко, которая пыталась реанимировать его.

Полицейские посчитали, что она могла подтасовать улики [9].

В прошлом Пеко жил в «Империал-Кортс», но потом переехал в Сакраменто после того, как в начале 1980-х отсидел два года. Он пустил к себе пожить младшего двоюродного брата Девэйна «Снайпера» Холмса, бывшего участника «Калек из ПиДжей-Уоттса», пытавшегося сбежать от прошлого. В те выходные оба вернулись из Сакраменто в «Империал-Кортс» на праздничный семейный обед в честь Дня благодарения. После убийства Пеко жители рассказывали, что он выводил детей с детской площадки, отправляя их по домам. Полиция заявила, что Пеко стрелял в них из АК-47, однако никакого огнестрельного оружия найдено не было.

Общественные активисты организовали протесты против полицейской жестокости и заручились поддержкой конгрессвумен Максин Уотерс и Джесси Джексона. Через три недели после инцидента копы уничтожили импровизированный мемориал Пеко во дворе жилого комплекса. Теперь каждый полицейский патруль местные встречали бутылками.

В ответ полиция регулярно устраивала обыски. В канун Нового года под предлогом предотвращения праздничной пальбы полиция организовала самый масштабный рейд, в ходе которого оружие не конфисковывали, но зато полицейские арестовали сорок четыре человека. Терпение горожан уже было на исходе из-за суда над Кингом и убийства Харлинс, а теперь еще и жилой массив «Империал-Кортс» грозил стать третьей горячей точкой. Вскоре следователи ФБР и переговорщик из Министерства юстиции США направились к жилому комплексу. Когда они прибыли, то увидели надписи на стенах: «ПОЛИЦИЯ ЛОС-АНДЖЕЛЕСА – УБИЙЦЫ».

ПРЕКРАЩЕНИЕ ОГНЯ

Двоюродный брат Пеко, Девэйн Холмс, видя растущее напряжение, пытался убедить «Калек из ПиДжей-Уоттса» не развязывать войну с копами. На заседании Комитета правосудия по делу Генри Пеко имам Муджахид подошел к Холмсу и убедил его, что убийство Пеко может подтолкнуть банды к заключению постоянного мира. Холмс решил поставить свою жизнь на кон: рискуя всем, он сперва отправился в «Джордан-Даунс», чтобы попросить «Калек с Грейп-стрит» о перемирии до похорон Пеко. Затем он развернулся и пошел по «линии Бога», пересек железнодорожные пути и оказался в «Никерсон-Гарденс», где попросил о том же «Черных охотников за головами» из «Кровавых».

В итоге в один из воскресных мартовских дней в мечети Муджахида Аль-Расул, расположенной на углу Сто двенадцатой и Центральной улиц, прошли первые мирные переговоры, организованные Даудом Шерриллсом и имамом Муджахидом. Первую встречу посетили менее десяти человек, включая Холмса, его мать и Дауда Шерриллса. «Многие братья нам не доверяли, – рассказывает Дауд Шерриллс. – Они хотели убедиться, что не попадут в западню».

Однако постепенно на встречи стало приходить все больше и больше людей: «Вместо восьми братьев на следующем собрании нас уже было почти пятьдесят, а затем сто». Казалось, от этих бесед зависит судьба всего общества. К апрелю, по словам Дауда, «время пришло».

Он отправил еще одного сотрудника Amer-I–Can, Энтони Перри, чтобы тот нашел документ, который мог бы стать образцом для их договора о мире. В библиотеке фон Кляйнсмида Центра международных и общественных отношений Университета Южной Калифорнии Перри откопал соглашение о прекращении огня Организации Объединенных Наций от 1949 года, положившее конец военным действиям между Египтом и Израилем. Пораженный исторической значимостью документа, он переписал его от руки, а затем попытался перевести его на язык Уоттса.

Перри и Дауд вместе составили черновик, изменив соглашение о прекращении огня так, чтобы оно охватывало вооруженные нападения и случайные перестрелки, а также учитывало свободную структуру гангстерского сообщества с его делением на зачинщиков и солдат. Документ, названный Мультимировым соглашением, призывал к «возвращению вечного мира в Уоттс, штат Калифорнии» и к «возвращению черного бизнеса, экономическому развитию и расширению образовательных программ».

«Установление режима прекращения огня между представителями каждой из сторон признано необходимым шагом на пути к восстановлению мира в Уоттсе, штат Калифорния, – говорится в Мультимировом соглашении. – Права каждой стороны на безопасность и свободу от страха перед нападением другой стороны должны полностью соблюдаться» [10].

Дауд Шерриллс приложил к документу Кодекс единого черного сообщества – правила поведения для банд. Он начинался со слов: «Я обязуюсь чтить, поддерживать и защищать дух красного, синего и фиолетового цветов и учить братьев черной семьи ее наследию и длительной борьбе за свободу и справедливость» [11]. Кодекс предупреждал о вреде употребления алкоголя, наркотиков, а также употребления обсценной лексики[251] и даже излагал этикет использования специальных принятых бандами сигналов и жестов [12]. Он призывал посещать школу, участвовать в программах регистрации избирателей и вкладываться в строительство нового общества.

Шерриллс и Перри представили документ лидерам-миротворцам во время очередной встречи. Все согласились с его условиями и обязались донести послание до своих районов. Двадцать шестого апреля 1992 года, за три недели до вынесения приговора по делу Родни Кинга, перемирие официально вступило в силу.

ПРЕТВОРЕНИЕ В ЖИЗНЬ

В то же время, как говорит Акила, «никто по-прежнему не рвался зайти на чужую территорию». Во второй половине дня двадцать шестого апреля он сидел в «Джордан-Даунс» c «калеками с Грейп-стрит». Двадцать лет кровопролития и четыре года усилий по установлению мира привели к этому моменту. Шерриллсы и миротворцы от Грейп-стрит сели в фургон и отправились на юг.

«Мы все поехали к „Калекам из ПиДжей-Уоттса“ и вышли на их территории, – рассказывает Акила. – Когда они нас увидели, то подошли к нам и такие: „Чуваки, пойдемте в спортзал, надо поговорить“. И мы пошли в зал, там был Тони Богард, который сказал: „Это дерьмо не может вот так просто взять и произойти. Это займет годы, чуваки“. Однако там еще стояла целая группа наших ориджинал гангстеров, старшие братья из „Джордан-Даунс“, которые стали ему возражать».

«Мы вышли на улицу вместе с присутствовавшей там мелюзгой, которые только начинали свой путь в бандах, и такие: „Блин, ну вы же согласны?“ – „Мы согласны! А вы согласны?“ – „Мы тоже согласны!“ – смеется он. – Так что, пока они продолжали разговаривать в спортзале, мы все уже отмечали на улице. Ю-ху! Уоттс! Уоттс!»

«После этого всё завертелось со страшной силой. Начались телефонные звонки: „Мирный договор вступил в силу!“ Каждый, буквально каждый из „калек“ вышел на улицу той ночью – две или три тысячи человек. Все на улице. Матери рыдали, чуваки шли встречаться с девочками, на которых прошедшие пару лет глядели украдкой. Ох, мужик, это было что-то. Дети мирного договора!»

Два дня спустя вечеринка переместилась в «Никерсон-Гарденс». Синие, красные и фиолетовые лоскуты были связаны вместе. Праздновали целыми поколениями. Это было похоже на воссоединение семьи. Война была окончена.

На вечеринки съезжались бандиты со всего города, часто сомневающиеся в том, что мир наступил на самом деле. «Чувак, все районы начали говорить: если Уоттс может это сделать, то и мы можем это сделать, – вспоминает Дауд. – Там были братья из Комптона, Южного Централа. Прибывали наши противники, а мы вели переговоры о прекращении огня с их противниками прямо внутри строящихся жилищных комплексов».

Теперь ставки были гораздо выше. Вопреки всему они построили инфраструктуру мирного общения. Однако, чтобы сохранить мир, требовалось нечто большее, чем разговоры, – работа, услуги и поддержка. Поэтому двадцать восьмого апреля, пока в «Никерсон-Гарденс» все расходились после празднований, миротворцы вместе с двумястами пятьюдесятью членами «Калек» и «Кровавых» из семи разных районов прошли маршем к мэрии, чтобы объявить о мирном соглашении на встрече Городского совета Лос-Анджелеса.

«Мы подготовили выступление для Городского совета и заявили, что собираемся вместе положить конец насилию в кварталах, – говорит Акила. – Мы заявили, что хотим получить доступ к финансированию».

Однако