Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

— Он очень добрый, — задумчиво пробормотал Нолан. — Самаил. Но мы зовём его Сэм. Добрый? Я бы сказал… блаженный. Он никогда не повышал на нас голос. Либо улыбался, либо смотрел хмуро и поджимал губы, когда мы с Каином косячили. — Губы исказила мягкая, ностальгическая усмешка. — Я думал, он такой сам по себе. Мне сложно было поверить, что вот его сейчас боится церковь, которая его воспитала. И боятся… все окрестные, радикально настроенные нечестивые. Но когда я встал рядом с ним, я понял, что это — один из самых жестоких и страшных людей, которых я знаю. — Улыбка становилась грустной. — Быть добрым для него — выбор. Противоречащий эмоциям, иногда логике, а иногда… собственной природе. Но он выбрал быть добрым. Потому что, когда есть такая сила… очень мелочно тратить её на злость. Если волк обращает внимание на кроликов, которые злы на него за его существование — он волк с психическими отклонениями. У такого волка нет хребта. Кролики ничего не смогут ему сделать. А вот он им — да. — Бета ненадолго замолчал, а потом вновь продолжил: — Он сделал всё, чтобы его семья его не боялась. И… — раздался хриплый вздох, — я хочу быть как он. Хочу… справиться со своими демонами. Обуздать их и быть «блаженным». А не чудовищем, которого все боятся. Не проблемой и не обузой.

Марлен неловко вскинула брови, отвела глаза и замолчала.

— А твой отец? Он…

— Он карьерист со всеми вытекающими, — Нолан вновь тепло, ностальгически улыбнулся. — Он силён. Умён. Слегка высокомерен, но в этой жизни это необходимо. Он как зеркальное отражение своего брата. Они не разные… фундаментально. Это две стороны одной проблемы. Просто отец… он не раб луны. Он сам себе хозяин. — Раздался смешок. — Оттого мне… даже завидно. Но иногда, будучи вместе с ним или с матерью, на меня накатывал страх. Если у меня внезапно поедет крыша, и я укушу вампира — вампир погибнет. А если вампир укусит меня — погибну я. Иными словами, я — опасен для семьи. А они, по сути, опасны для меня. Если бы я потерял контроль, и нам с отцом пришлось бы схлестнуться… никто из нас не выжил бы. — Взгляд становился пустым. — С Самаилом всё не так. В минуты моих помутнений мы просто дрались. А потом он хлопал меня по плечу и сочувственно улыбался, потому что тоже через это прошёл. Никто из нас не умирал. — Мужчина сжал кулаки и тут же их разжал. — Я решил уехать не только для того, чтобы найти истинную, хотя изначально план был таким. Я уехал, чтобы справиться с внутренними демонами и найти себя. В итоге… с демонами я так и не справился. — Во мрачной улыбке показались зубы. — Но нашёл, вроде бы, стаю. И… тебя.

— Стая предала тебя, — Марлен стиснула зубы. — Я многих из них не видела, Генри тоже пропал. Наверное, она раскололась. Нужно найти Генри — живым или мёртвым. Аделина ушла его искать, да?

— Да. Я не стал ей мешать. Чудовище здесь больше не бродит, — Нолан мрачно усмехнулся. — Так что тут… относительно безопасно. Но ты права — нужно найти Генри. Пока местные снова не взялись нас искать.

Альфа

Под ногами хрустели ветки. Ощущался невыносимый холод — настолько сильный, что Аделина стучала зубами и всё равно, как зомби, шла вперёд, испуганно глядя по сторонам. Небо давно посветлело, но было явно не позднее пяти утра. Иногда в высокой траве раздавалась какая-то возня. Возможно, мыши или насекомые.

— Генри! — кричала на весь лес девушка, пугая этим криком птиц, но слышала в ответ лишь шум деревьев. Она пыталась обойти как можно больше, идти как можно быстрее, но иногда ноги проваливались в верхний слой влажной земли. В кеды уже набилось много этой земли — настолько, что каждый новый шаг давался с трудом.

В какой-то момент Аделина вздрогнула, увидев на стволе жуткий красный крест. Метка для рубки. Значит, где-то тут валили лес стая до всех этих странных событий, которые произошли с Ноланом. Сердце забилось быстрее, начали колоть кончики пальцев.

Крестов попадалось всё больше. Сквозь дискомфорт и боль в ногах девушка прибавила шаг, начала нервно оглядываться по сторонам и кричать всё громче — только никто по-прежнему не отзывался. В скором времени она вышла на широкую поляну, полную коротких свежих пней. На земле местами виднелись огромные отпечатки лап. Похоже, стая гоняла Нолана именно тут, когда он становился монстром. Пыталась держать его на широкой, хорошо просматриваемой поляне — это проще, чем мониторить весь лес и в самом деле вести дозор. По правой стороне были ровно уложены уже отсыревшие стволы. Видно, их собирались продать, но что-то пошло не так.

За поляной, в чаще, мелькнула деревянная стена дома, и Аделина тут же метнулась туда. Ходили слухи, что у оборотней есть небольшие срубы здесь — где они переодеваются, перекусывают, чтобы не выходить к людям, — но никто не знал, правда ли это.

Судя по виду, сруб воздвигли совсем недавно. Брус ещё оставался светлым, стёкол в неказистых окнах не было. Да и нужны ли они оборотням? Особенно если те использовали это место как раздевалку.

Девушка испуганно подкралась к тяжёлой самодельной двери. Внезапно запахло чем-то тёплым, железистым — настолько сильно, что она едва сдержала крик. Строение успело зарасти высокой травой, но нигде на этой траве не было видно крови.

— Генри? — в отчаянии позвала Аделина, но ей вновь никто не ответил. Запах крови быстро сменился едким запахом гниения — захотелось закрыть лицо рукавом. Начало тошнить.

Окно было слишком высоко, чтобы заглянуть туда. Она не могла даже подпрыгнуть, но заходить внутрь сруба без предварительной разведки было безумно страшно — настолько, что начинали слезиться глаза.

Аделина раньше не знала, что она — такой трус. Ей казалось, что она не боялась рыться в чужих тайнах, не боялась их раскрывать, подвергать сомнению чужие убеждения, а тут… ей не хватало сил дёрнуть за большую кривую ручку, похожую на спил толстой ветки. «Я