Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Алексеевич Астахов

– Батюшка, это же не я, это ночью один человек заходил и просил исповедаться, а потом полночи просидел у меня и про свою жизнь мне все рассказывал и вот деньги оставил. Я же брать не хотел вовсе, но вспомнил про вас и про стройку.

– Все ты правильно сделал, сынок. Не переживай. А то, что сторонний человек тебе душу раскрыл… это дорогого стоит. У тебя дар есть, Виталий, дар священника. Подумай, сынок, может это и есть твое призвание, путь, спасение? – очень серьезно глядя в глаза мальчику, произнес отец Сергий.

С того дня Виталий очень изменился. Он стал еще тщательнее вникать во все тонкости и премудрости ведения церковного хозяйства, а главное – во все служебные нюансы. Закончив школу, он уехал учиться в Духовную семинарию в подмосковный Сергиев-Посад, точнее, как он тогда назывался – Загорск. Затем отбыл положенные два года в армии, вернулся в родную Сибирь и через некоторое время стал иереем. Там он и служит уже больше тридцати лет. А совсем недавно отец Виталий стал настоятелем церкви во имя Архангела Михаила, построенного в городе Кемерово уже в наши дни.

Очень удивился он, когда правящий архиерей сообщил ему, что будет теперь иерей Виталий настоятелем нового храма, причем носящего то же имя, что и храм в его далеком детстве в родном поселке, где произошла та чудесная история с ночным гостем. Да и сон свой он не забыл: про служение, храм Архангела Михаила, икону…

Вот, правда, иконы такой в его церкви не было. Впрочем, как мы знаем, у Господа все промыслительно и своевременно.

Однажды один из попечителей храма Архистратига Михаила в пригороде Кемерово привез отцу Виталию очень красивую и древнюю храмовую икону «Покрова Пресвятой Богородицы». Занесли ее внутрь, распаковали, и увидел отец Виталий удивительно красивый образ. Смотрел и не мог наглядеться, словно что-то очень родное и близкое было в нем. И внезапно он вспомнил свой сон, который увидел в ту самую ночь в церкви, когда получил от исповедовавшегося ему Федора семьсот рублей, что были так необходимы для ремонта храма.

И тут ему открылся весь смысл того сна. Спустя более чем тридцать лет! Пораженный отец Виталий смотрел на лик Пресвятой Богородицы, а Она словно улыбалась ему и говорила: «Да, Виталий, Я тебе тогда еще предсказывала твой путь…» Батюшка опустился на колени и не смог сдержать слез. Молился и благодарил Божью Матерь за такую милость. Люди, принесшие икону, лишь тихо стояли и смотрели на батюшку, заливавшегося слезами, не смея даже произнести звука. А батюшка утер слезы умиления и радости и сказал:

– Я вам потом подробнее расскажу, почему так растрогался и обрадовался. Я же эту икону во сне видел больше тридцати лет назад, еще в моем детстве. Она мне всю жизнь мою предопределила.

То же, что произошло дальше, стало кульминацией всей истории.

С началом специальной военной операции в храм отца Виталия начали часто приходить военные. Очень разные люди заказывали различные требы, подавали записки и просили молитв за воинов, находящихся на фронте. И совсем недавно в церковь вместе с женой и матерью зашел молодой лейтенант на протезе. Он долго молился вместе со своими близкими, подходил ко всем иконам, целовал их, прикладывался, о чем-то шептал, наклонившись к самому лику. А увидев отца Виталия, который как раз вышел из алтаря, подошел, хромая, к нему:

– Батюшка, благословите! Вот тут я за ранение получил денежную компенсацию. Кое-что осталось. Мы хотели бы попросить вас принять эту малую жертву от нашей семьи.

– Сын мой, может быть, не стоит? – осторожно спросил отец Виталий. – Вы же получили ранение, защищая Родину. Вам положена эта выплата, и она вам пригодится. Мы и так за вас помолимся. Как вас звать?

– Михаил, – ответил раненый воин и все же вновь протянул заклеенный пухлый конверт батюшке.

– Помолимся, Михаил, обязательно помолимся. Вы выздоравливайте. Отдыхайте. Господь спас вас. Надо дальше жить, – решил успокоить солдата священник.

– Отче, я нормально. У меня полный порядок. Жив, и слава Богу! Я же от души вам отдаю. Не обижайте. Мы всей семьей так решили, – продолжил настаивать парень.

Стоявшие рядом женщины радостно закивали:

– Да-да! Не думайте! Возьмите пожалуйста, помолитесь.

– Ну, тогда давайте так сделаем. За вас, Михаил, и ваших близких мы обязательно помолимся и будем поминать, а конверт вы там на выходе оставьте в свечной лавке, в ящике для пожертвований. Потом вместе все деньги сложим, посчитаем и оприходуем. Они пойдут на убранство и содержание храма. Спаси вас Господь!

Военный и две женщины поблагодарили отца Виталия, тот благословил их, и они ушли. Конверт так и остался лежать в лавке, в сейфе, дожидаясь, когда пожертвования в конце месяца достанут из ящика, сложат вместе и посчитают.

Икона «Покрова Пресвятой Богородицы» действительно была прекрасна и великолепна. Но не хватало для нее достойного оклада. Требовался специальный киот, чтобы разместить ее в центральном приделе храма. А пока ее поставили возле стены на специальную лавочку и ждали, молились о том, чтобы как-то сделать для нее подходящее убранство. Батюшка был уверен, что обязательно всё устроится наилучшим образом, и тоже горячо молился об этом.

Отец Виталий часто смотрел и не мог наглядеться на совершенно чудесный образ Пресвятой Богородицы «Покров». Икона восхищала и притягивала взгляд. Все чаще он задумывался о том, что для такой большой и великолепной иконы нужен соответствующий «наряд». Но где же его взять, если храм построен совсем недавно и лишних денег нет от слова «вообще».

Знакомый столяр сказал, что не сможет изготовить такой киот, потому что здесь требуются особое искусство и материалы. Через знакомых тоже не удалось найти кого-то, чтобы изготовить такой оклад по приемлемой цене. Самое малое называли сумму «от двухсот тысяч». Каждый день, входя в храм, отец Виталий останавливался перед чудесным образом и молился, грустно вздыхая. Так прошла неделя, и вот в воскресный день после литургии к нему подошла одна из прихожанок:

– Батюшка, благословите. Вы знаете, я увидела у вас новую икону. Смотрю, она у вас без киота…

– Да, вы знаете, мы никак не можем решить этот вопрос, – грустно ответил батюшка.

– Так вот, я хотела помочь. Мой брат работает в мастерской, которая занимается подобного рода вещами. У них кто-то заказал киот примерно такого же размера и не смог выкупить. Он у них стоит уже несколько месяцев.

– Но ведь там надо точные