Бессмертный из Рязани 2 - Дмитрий Ш.

могла ею надышаться. Более того, усадьбу бессмертного словно пропитывали глубокие законы дао, протянувшие призрачную дорожку от земли и до самых девятых Небес. Это место действительно достойно звания природного сокровища высшего класса. Настоящая благодать для таких, как она.

В тайном саду бессмертного, призрачная ива могла не просто быстро вернуть себе утраченную форму, полностью исцелившись, но и стать намного сильнее. Эволюционировать. Ещё потустороннее дерево несколько настораживало и восхищало смутное ощущение, будто это место являлось истинным сердцем мира. Его основой и началом. Границы измерений, словно выстраивающихся в ряд, в усадьбе была удивительно тонка и подвижна, из-за чего способности мистических существ обретали в ней дополнительную глубину. В саду бессмертного призрачная ива без труда могла позволить себе те приёмы, что были недоступными снаружи.

Как потом объяснила Кукла, так проявлялась уникальная черта того, что скрывалось в ядре их господина. Мировое древо, даже столь молодое, неопытное и активно растущее, испускало непостижимую ауру. Оно нанизывало на себя измерения, словно куски мяса на шампур, буквально врастая в окружающую реальность, ломая законы природы о свой толстый корень, перестраивая их под себя.

По поводу того, что делать дальше, Призрачная ива пока не думала. Решила отдаться на волю течения и пока ещё ИХ господина. Для начала осмотреться. Может, здесь так хорошо только в первый день, и для гостей. Часто встречалось, что за красивым фасадом скрывалась неприглядная правда. Но об этом она подумает завтра. Пока же обласканная, обмазанная и обвешенная всевозможными благами ива, предпочла тихо восстанавливаться и отъедаться. Ей сейчас было хорошо. Очень хорошо. Даже уютно.

Приоткрыв глаз, в приступе любопытства, ива осторожно осмотрелась. Почти сразу же встретилась взглядом с лежащим, и не сводившим с неё светящихся зелёных глаз демоническим псом. Вышедший из сарая феникс, все ещё пребывая в образе петуха, что сам не спит по ночам, и другим не даёт, скотина такая, отряхнул крылья. Вальяжно подошёл к иве. Ещё раз её обошёл по кругу, задумчиво разглядывая.

— Ну что, новенькая. Добро пожаловать. Что-нибудь о себе расскажешь? Что нравится, что не нравится. Что умеешь? Чем занимаешься? Польза-то какая-нибудь от тебя будет? — поторопил события неугомонный феникс, присматриваясь к будущему партнёру по играм.

Из пруда послышалось продолжительное бульканье. Пузыри стали подниматься один за одним. Вместе с ними донеслось тихое бурчание недовольного таким соседством дракона. Вот только господину высказать всё это он не посмел. Специально подождал, пока тот уйдёт. Самое удивительное, ива услышала голос дракона даже из-под воды. И не только она. Вот, что называется: исключительный талант.

Выслушав стенания дракона по поводу того, что ему теперь темно, душно, тесно, а скоро ещё и мусор из листьев на голову будет сыпаться, и вообще, чистого неба он больше не увидит, феникс фыркнул. А уж по поводу его планов срезать завтра несколько веток секатором, пока никто не видит, и вовсе рассмеялся.

— Дружище, ты просто не видишь всей картины.

Получив тайную передачу голоса от феникса, призрачная ива усомнилась в своём идеальном, почти музыкальном слухе. Или же в своей адекватности. Она с большим сомнением, искоса посмотрела на самоуверенного феникса. Может, это розыгрыш? Попытка её подставить? Или тонкое издевательство. Однако, чем дольше ива на него смотрела, тем больше понимала, что феникс был совершенно серьёзен. Более того, уверен в своей правоте.

Заметив их подозрительный обмен взглядами, Барбос заинтересовался. Пускай он не был знаком с этим потусторонним деревом, но зато хорошо знал своего приятеля. Поэтому подойдя ближе, пес лениво уселся на задницу и принялся наблюдать за развитием событий. На подоконнике в доме в какой-то момент времени появилась кукла, прислонившаяся лбом к стеклу, чтобы лучше видеть, что эти придурки опять затеяли. Яблоня заранее стала конденсировать молнию божественного наказания, забегавшую меж её ветвей необычной змейкой. Пузыри из пруда как поднимались, так и продолжали это делать, вот только теперь в глухом бормотании дракона можно было расслышать заинтересованность. Мир словно замер в ожидании чуда.

Увидев пристальный, ожидающий взгляд феникса, не оставляющего ей выбора, ива выполнила постыдную просьбу. Если бы могла, ещё и покраснела, хотя до этого считала, что на эту человеческую эмоцию она уже неспособна.

На оставшихся ветвях ивы, подходящих для этого, неожиданно появились висельники. Сплошь молодые женщины в традиционных для империи Вэй праздничных ярких нарядах с длинными юбками. Большинство, прямо над прудом. Кроме того, ни у одной из них на коже не было ни пятнышка разложения, ни ран, ни шрамов. Зато у них имелись красивые причёски и лёгкий макияж, словно у девушек из публичного дома. Казалось, будто они покончили с жизнью буквально пять минут назад, просто от тоски или неразделённой любви.

Пузыри тут же прекратили подниматься. Поверхность пруда разгладилась. Во дворе повисла напряжённая тишина.

— Видишь, я же говорил, — похвастался петух, словно напрашиваясь на благодарность.

Пёс прикрыл глаза лапой и огорчённо покачал головой. Показалось, будто со стороны дома послышался тихий удар чем-то твёрдым по стеклу.

— Мне будет тебя не хватать, — Барбос с печалью в голосе попрощался с приятелем.

— А? Почему? — удивился петух.

Вместо ответа с неба в него одна за одной начали метко бить тонкие золотистые электрические стрелы, вынудив дурную птицу в поисках укрытия шумно метаться по двору, прикрывая голову крыльями.

— Ай! Ой! Ай! Ой! — только и слышалось во дворе, в пересмешку с жужжанием, искрами и коротким треском.

При этом феникс ещё каждый раз смешно подскакивал и дёргался. В итоге спасение он нашёл в пруду у дракона, куда нырнул не хуже пингвина, с разбега. Несколько секунд было тихо. Затем из пруда начали подниматься уже две струйки пузырей, вызванные отнюдь не жалобами. Судя по всему, там развернулась целая дискуссия о любви к искусству и его формам. Под тихое поскуливание от смеха демона, пруд прямо на глазах начал стремительно покрываться мутным льдом, промерзая до самого дна.

— Не обращай внимания на этих идиотов. Они всегда такие… энергичные и безмозглые. А ещё излишне озабоченные, — то ли посоветовала, то ли посетовала Небесная яблоня. — Будут надоедать, можешь хорошенько пнуть их. Только господину не жалуйся.

Серьёзным тоном предупредила об одном из главных запретов сообщества жильцов этого имения. Шокированная ива не поняла, что это сейчас было? Галлюцинация? Всеобщее безумие? Представление? Провокация?

Немного подумав, она быстро сообразила, что всё несколько сложнее, чем казалось ранее. За время своего суматошного бегства феникс ни разу не приблизился к ней, а яблоня стреляла только тогда, когда призрачная