Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

уеду.

Рейд стал серьезным.

— Да.

Вот правильный ответ.

Не «не уедешь».

Не «нам не станет плохо».

Да.

Я могу уйти.

И именно поэтому могла приехать.

— Тогда послезавтра.

Он притянул меня ближе.

— Сколько вещей?

— Немного.

— Это сколько?

— Несколько коробок.

Он посмотрел с подозрением.

— Книги?

— Возможно.

— Сколько?

— Послезавтра увидишь.

— Мне уже страшно.

Правильно.

Перед переездом мне пришлось вернуться в Серебряный Хребет.

Не ради Кайдена.

Новая служба получала часть старых архивов Луны, потому что именно там сохранились первые формы резервной системы, которую мы теперь полностью переделывали.

Я могла отправить сотрудников.

Поехала сама.

Наверное, понимала зачем.

Бывшая канцелярия Луны оказалась почти такой же, какой я оставила.

Другой человек еще не занял должность.

Серебряный Хребет временно разделил обязанности между несколькими службами.

На моем старом столе ничего личного не осталось.

Только светлый след там, где много лет стояла чернильница.

Я провела пальцами.

Шесть лет.

Не зря.

Не ошибка.

Просто законченный период.

Кайден нашел меня там.

Я услышала шаги в коридоре.

Не напряглась.

Он вошел.

— Мне сказали, ты приехала за архивом.

— Да.

— Поздравляю с назначением.

— Спасибо.

— Я голосовал бы за, если бы имел личный голос в комиссии.

— У тебя была делегация.

— Они сами приняли решение.

— Хорошо.

Он посмотрел на стол.

— Странно видеть тебя здесь без знака Луны.

— Мне уже нет.

Кайден кивнул.

За последние недели он тоже изменился внешне.

Не сильно.

Просто исчезла постоянная предвыборная собранность.

Он снова носил обычные цвета Серебряного Хребта.

В газетах его стало меньше.

Он вернулся к делам стаи.

Проверка его администрации продолжалась, и несколько старых процедур уже изменили.

Не ради моей оценки.

Я знала только по официальным сводкам.

Так было лучше.

— Нора, у тебя есть время?

Вот.

Я поняла по голосу.

Разговор, который нам еще нужен.

— Есть.

Кайден закрыл дверь.

Не подошел близко.

Мы стояли по разные стороны старого кабинета, где когда-то вместе работали ночами.

Он долго подбирал слова.

— Я много раз извинялся неправильно.

Я молчала.

— Сначала объяснял нашими проблемами. Потом выборами. Потом усталостью. Потом тем, что боялся тебя потерять.

Он усмехнулся без радости.

— Даже когда пытался взять ответственность, все равно находил рядом причину, которая делала мое решение чуть менее мерзким.

Я чувствовала, как сердце бьется сильнее.

Не из желания вернуться.

Из-за восьми лет между нами.

Кайден посмотрел прямо.

И сказал:

— Я изменил тебе не потому, что наш брак закончился. Если бы он закончился, я сначала сказал бы тебе. Я изменил потому, что хотел получить другую женщину и одновременно был уверен, что тебя все равно не потеряю. Это было самое мерзкое в том, что я сделал.

Вот.

Никакой Лиссы.

Никакой моей занятости.

Никакого давления должности.

Его решение.

Только его.

Я несколько секунд не могла ответить.

Глаза защипало.

Не стала скрывать.

— Теперь хотя бы ты говоришь о своем решении, а не о моем характере, выборах или политике.

Кайден кивнул.

— Да.

— Почему сейчас?

— Потому что раньше все еще хотел, чтобы правильное извинение что-нибудь мне вернуло.

Честно.

Очень.

— А теперь?

Он посмотрел на окно.

— Теперь не прошу тебя вернуться.

Слова должны были принести только облегчение.

Принесли еще и грусть.

Это не означало, что я хотела обратного.

Просто окончательная дверь иногда все равно закрывается со звуком.

— Правда?

— Да.

Кайден снова посмотрел на меня.

— Я не перестал тебя любить по команде. И мне по-прежнему не нравится, что ты с Морном.

Я почти улыбнулась.

— Очень зрелое признание.

— Я стараюсь.

— Заметно.

— Но это моя проблема.

Вот.

— Да.

— Тебя у меня никто не украл.

Я замерла.

Он продолжил:

— Я сам сделал твое присутствие в моей жизни настолько обязательным для себя, что перестал понимать: ты можешь выбрать уйти.

Слезы все-таки появились.

Одна.

Я вытерла.

— Это правда.

— Знаю.

Кайден помолчал.

— Я хочу когда-нибудь перестать измерять то, насколько изменился, тем, узнаешь ли ты об этом.

— Это хороший план.

— Уже начал.

— Я вижу.

— Но приятно, что видишь.

Нормально.

Он не обязан был за один месяц стать человеком без человеческих слабостей.

Я тоже не стала.

— Я не знаю, простила ли тебя полностью, — сказала я.

Кайден слушал.

— Возможно, однажды пойму, что да. Возможно, какие-то вещи останутся неприятными навсегда.

— Я не буду спрашивать.

— Спасибо.

— Мне достаточно, что ты больше не должна носить это молча ради меня.

Я кивнула.

Вот так закрывался наш брак.

Не тем, что я перестала помнить хорошее.

Не тем, что Кайден стал чужим.

И не тем, что появился Рейд.

Мы просто наконец называли решения их настоящими именами.

Я подошла.

Обняла Кайдена.

Сама.

Он замер.

Потом осторожно обнял в ответ.

Никакого желания.

Никакого возвращения.

Прощание с человеком, который был моей семьей большую часть взрослой жизни.

Кайден отпустил первым.

Глаза у него тоже были влажными.

Он усмехнулся.

— Если Морн когда-нибудь заставит тебя плакать...

Я подняла бровь.

Кайден остановился.

— Нет. Не мое.

— Учишься.

— Очень медленно.

— Главное, что учишься.

Он кивнул.

Я взяла папку со старыми формами.

У двери Кайден спросил:

— Ты переезжаешь к нему?

Я остановилась.

— Откуда знаешь?

— Не знаю. Спросил.

Теперь этот вопрос уже не звучал как требование отчета.

Просто человеческое любопытство бывшего мужа.

Я решила ответить.

— Послезавтра.

Он сжал челюсть.

Не спрятал полностью.

— Ненавижу это.

Я рассмеялась.

— Можешь.

Кайден тоже улыбнулся.

— Но желаю тебе, чтобы получилось.

— Спасибо.

— И ему не передавай вторую часть.

— Обязательно передам.

— Нора.

Я вышла смеясь.

И это было, наверное, самое спокойное завершение, какое мог получить наш брак после всего случившегося.

Я сказала Рейду, что привезу несколько коробок.

К вечеру послезавтра во двор его дома въехали две грузовые повозки.

Рейд вышел на ступени.

Посмотрел на первую.

Потом на вторую.

Потом на меня.

— Несколько?

Я сняла перчатки.

— Это относительное понятие.

Дорен, который совершенно случайно оказался рядом, заглянул под брезент.

— Книги.

— Я вижу, — сказал Рейд.

— Много книг.

— Спасибо, Дорен.

— Всегда пожалуйста.

Эдна вышла следом.

Осмотрела груз.

Никакого удивления.

— Западная библиотека вместит половину.

Я посмотрела.

— А остальное?

— В кабинете госпожи Вейл есть