Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев

источника, после этого поражения Мириан решил заключить мирный договор с «греками», поскольку «в ходе битвы вся его знать, как персидская, так и грузинская, погибла» (because in the battle all his nobles, both Persian and Georgian, had perished)[539]. Константин принял просьбу Мириана о мире, и два правителя заключили между собой договор, по условиям которого царь Грузии (Картли) обязывался подчиниться Константину, стать его союзником и тем самым «отступиться от персов» (to be subject to him, to defect from the Persians, and to ally himself to him)[540].

Несомненно, С. Рапп правильно определил, что в рассказе о деятельности царя «греков» Константина автор первой, изначальной версии «Истории царей Картли», составленной около 800 г., использовал три источника: 1) биографию императора Константина I Великого, написанную Евсевием Кесарийским (в грузинском или армянском переводе); 2) армянский перевод «Церковной истории» Сократа Схоластика, византийского церковного историка V в., и 3) «Историю Армении» Агафангела[541].

Тем не менее вслед за К. Тумановым[542] мы хотели бы подчеркнуть, что автор хроники допустил хронологическую ошибку, — царь Мириан заключил договор не с императором Константином I Великим, который никогда не воевал с Грузией (Картли), а с императором Диоклетианом, соответственно, разгром Мириана, о котором идет речь в тексте, относится к римской военной кампании против персов, проведенной в 298 г. Безусловно, в этом случае персидским царем, которого упоминает «История царей Картли», мог быть только Нарсей I, правивший с 293 по 302 г.

Следовательно, мы можем предположить, что Диоклетиан совсем не случайно сформировал из народов Южного Кавказа войсковые соединения, которые он отправил в далекий Египет. Очевидно, размещение этих отрядов в Египте было своеобразной штрафной санкцией для представителей тех народов, которые приняли участие в римско-персидском конфликте на стороне Персии. Не исключено, что авасги, из которых была навербована Первая ала авасгов, находились в вассальной зависимости от царя Персии, равно как и царь Грузии (Картли) Мириан, поэтому они выступили против Рима в качестве союзников Персии.

В этой связи предельно важно отметить, что один из оксиринхских папирусов, датированный периодом Тетрархии (293–305), упоминает о размещении в крепости Тхму в Египте т. н. Первой алы иберийцев, которая, естественно, была создана из жителей царства Картли, — как известно, Грузию в античных источниках называли Иберией, а самих грузин — иберами:

P. OxyXLI,no. 2953, р. 27

matrix alae primae

Hiberorum Diocletianae

Maximianae Constantianae

Maximianae agent(is) in castris Thmo… a.

Sarapioni (m. 2?) (centurioni) ord(inato)

Ведомость Первой алы иберийцев

Диоклетиана

Максимиана Констанция и Максимиана,

находящейся в крепости Тхму… а

В месяц Сарапиона (?) рядовому центуриону

Сопоставляя данный папирус со сведениями «Истории царей Картли», мы можем предположить, что Первая ала иберийцев состояла не из рядовых жителей Картли, — очевидно, пребывание этого этнического соединения в столь удаленном регионе, как Египет, тоже следует понимать как штрафную меру, наказание для представителей грузинской родовой аристократии, которая приняла участие в римско-персидском конфликте на стороне Персии. Напомним, что Мириан обратился с просьбой о мире к Константину (в реальности — к Диоклетиану) после того, как грузинская знать в значительной своей массе была уничтожена в ходе военных действий.

Это значит, что грузинская аристократия (т. н. эриставы) воевала на стороне Персии, и те эриставы, которым удалось выжить, судя по всему, были выданы Риму в качестве заложников — в свою очередь, Диоклетиан мог сформировать из них этническое войсковое соединение, переправленное в Египет. Тем самым Диоклетиан, во-первых, стремился предотвратить новые мятежи среди грузинской знати, а во-вторых, обезопасить границы Рима на Южном Кавказе, переместив наиболее ненадежных эриставов в отдаленный Египет и лишив их связи со своими землями.

Более того, помимо оксиринхского папируса, сведения о пребывании Первой алы иберийцев в Египте сохранил и папирус из Панополиса, данный папирус — прямое свидетельство, что Диоклетиан разместил Первую алу иберийцев в Египте именно после разгрома персов в 298 г. Папирус из Панополиса сообщает о том, что Первая ала иберийцев дислоцировалась в крепости Тхму — той самой, которую упоминает и оксиринхский папирус: τοίς ύπό Βησάν δεκάδαρχον ίππεΰσιν εϊλης πρώτης Ίβηρών διακειμένοις έν Θμόω — «всадникам Первой алы иберийцев, размещающимся в Тхму под командованием декадарха (т. е. начальника 10 воинов[543]. — Е. Μ.) Беса». — Р. Beatty Panop II, col. 2,1. 37, p. 60)[544].

Папирус датируется январем — мартом 300 г., в связи с этим совершенно очевидно, что данная войсковая часть прибыла в Египет после завершения боевых действий с персами, когда Диоклетиан провел ряд карательных мероприятий в отношении пленной грузинской знати (эриставов), дискредитировавшей себя сотрудничеством с персами. Еще раз позволим себе заключить, что Диоклетиан сформировал из пленных эриставов войсковую часть и переправил ее в далекий Египет, другой вопрос, что эти карательные меры подкреплялись римским военным присутствием на определенной части царства Картли, а также в сопредельных землях, которые ранее находились в вассальной зависимости от царя Картли или непосредственно от царя Персии.

В подтверждение нашей идеи мы хотели бы рассмотреть еще несколько текстов, которые свидетельствуют о прямом размещении римских войск на территории Абхазии и Северо-Западной Грузии. Один из этих текстов входит в состав грузинского летописного свода «Картлис Цховреба» — мы имеем в виду «Жизнь Вахтанга Горгасала», биографию грузинского царя, правившего во второй половине V в., скорее всего в 446–491 гг.[545]

Как и в случае с «Историей царей Картли», долгое время среди исследователей господствовал тезис о том, что «Жизнь Вахтанга Горгасала» была написана в XI в. грузинским историком Джуаншером Джуаншериани, но в 2003 г. С. Рапп в рамках своего масштабного исследования грузинской средневековой историографии выдвинул совершенно новые аргументы — он предположил, что биография Вахтанга была написана на рубеже VIII и IX вв. (во всяком случае — до 813 г., т. е. до восшествия на царский престол в Грузии династии Багратидов) анонимным автором, который определенно стремился изобразить Вахтанга правителем, равным по силе и значению персидскому царю, все время их сравнивал, даже приравнивал грузинского царя к персидскому[546].

Согласно тексту источника, первоначально Вахтанг направил свою внешнеполитическую деятельность в сторону Абхазии, которую он попытался отвоевать у «греков», т. е. византийцев. После серии успешных сражений Вахтангу удалось вернуть царству Картли многие крепости Абхазии, и в связи с этим автор текста вкладывает в уста грузинского царя слова о том, что дед Вахтанга, царь Мириан («отец отца моего Мириан») «выступил совместно с царем персидским… в поход против греков…». Именно в тот период, по сведениям автора, «греки» захватили земли Абхазии и установили над ними свою власть («Тогда же и отторгли греки от нас, грузин, эти пределы к востоку от моря»)[547].

В другом фрагменте биограф отмечает,