Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

причины этой загадочной отдаленности, и лишь Хосе Луис Бласио, личный секретарь Максимилиана, сумел собрать некоторые сведения. В своих мемуарах он писал: «Сначала они казались влюбленными друг в друга и жили в полном согласии, но после одной поездки в Вену это супружеское счастье было разрушено, и в личной жизни любовь и доверие исчезли. С тех пор они каждую ночь спят раздельно». Он предполагал, что, возможно, Шарлотта узнала об измене эрцгерцога и не смогла этого простить.

Факт оставался фактом: у них не было детей, которые могли бы их объединить, а Шарлотта втайне страдала от слухов о своем предполагаемом бесплодии. Максимилиан много времени проводил в своей библиотеке, насчитывающей более 6000 томов, украшенной глобусами и мраморными бюстами Данте, Гомера и Гете. Он читал классиков, работал над мемуарами о путешествии в Бразилию и своим новым увлечением – изучением аэронавтики. «Если гипотеза о воздушных шарах когда-нибудь станет реальностью, я займусь полетами и найду в них величайшее наслаждение – в этом нет сомнений», – записал он.

Сады были открыты для публики, и по воскресеньям посетители могли прогуливаться по аллеям и дорожкам, восхищаясь тем, как этот молодой Габсбург превратил бесплодную и каменистую местность в шедевр ландшафтного искусства. «Все иностранцы, а сюда приезжает очень много людей, удивляются тому, что эрцгерцог сделал в Мирамаре, и каждый раз восхищаются этим. По воскресеньям сад полон народа. Перед замком играет музыка. Мы тогда ужинаем на балконе, с которого видно все происходящее и откуда можно наблюдать за гуляющими», – писала Шарлотта графине д́Юльст.

Хуже всего Максимилиан переносил поездки в Вену, на которые иногда был вынужден соглашаться. Они наполняли его горечью и печалью. Хотя мать всегда встречала его с теплой заботой, он чувствовал холодное отвержение со стороны брата – императора Франца Иосифа. Зато императрица Сисси всегда искренне радовалась его приезду. После возвращения с Мадейры эрцгерцог подробно описал при дворе красоты этого португальского острова, произведшего на него неизгладимое впечатление. Сисси, которой скоро должно было исполниться 24 года, постоянно страдала от проблем со здоровьем и мечтала только об одном – уехать из Вены в место с более мягким климатом. Разговоры с любимым деверем пробудили в ней сильное желание увидеть этот рай посреди Атлантики собственными глазами.

Несмотря на возражения всех окружающих, она отплыла на Мадейру и провела там всю зиму 1861 года – пять месяцев вдали от императорского двора. Франц Иосиф, который горячо любил свою супругу, несмотря на ее капризы и эксцентричность, был в бешенстве на брата. Он обвинил Максимилиана в том, что тот подтолкнул императрицу к побегу от своих обязанностей при дворе и увез ее от него.

На обратном пути Сисси сделала остановку в Мирамаре, где император тут же поспешил к ней. Императорская чета несколько дней жила в замке, но это пребывание лишь усилило напряженность между двумя невестками. Именно тогда Шарлотта, наблюдая, как ее муж смеется и ведет задушевные разговоры с Сисси, вдруг осознала, что Максимилиан был тайно влюблен в императрицу. У них было много общего: оба обожали поэзию, искусство, море, корабли, путешествия в далекие экзотические края… Они были мечтателями и авантюристами по натуре, которым было тесно в строгих рамках помпезного венского двора. Это открытие еще больше обострило уже существовавшую вражду между ними – на сей раз из-за жгучей ревности.

Хотя ее супружеская жизнь была весьма несчастливой и монотонной, Шарлотта отказывалась признать, что все кончено. В письмах к своей бабушке и доверенной подруге Марии Амелии она жаловалась: «Мы слишком молоды, чтобы предаваться праздности. – И добавляла: – До сих пор я слишком мало знала жизнь, чтобы желать чего-то вне рамок моего домашнего круга, достойное любви и борьбы… Все, чего я желаю, – сделать что-то хорошее в этом мире, и мне нужен горизонт шире, чем тот, что я имею сейчас». Ее престарелый отец король Леопольд I прекрасно понимал ее разочарование и сожалел, что его дочь, которая с таким усердием посвящала себя учебе, теперь оказалась на второстепенной роли в составе королевской семьи. Издали он страдал за нее и писал в письмах, что так продолжаться не может – «сидеть без дела и смотреть, как жизнь проходит на скале у моря».

Шарлотта по-прежнему была влюблена в Максимилиана и никогда бы не оставила его. Она очень им гордилась и не теряла надежды, что судьба переменится. В письме к графине д́Юльст она призналась, что мечтает о лучшей жизни и твердо верит в то, что однажды к эрцгерцогу Максимилиану придут слава и признание, в которых до сих пор ему отказывали: «Потому что он рожден для этого и наделен Провидением всем, что делает народы счастливыми, и мне кажется невозможным, чтобы это признание навсегда осталось незамеченным, едва блеснув на три года». И этот день приблизился, когда в Мирамаре прибыл неожиданный гость, изменивший их судьбу.

Гнездо интриг

4 октября 1861 года министр иностранных дел Австрийской империи граф Рехберг объявил о своем приезде в замок Мирамаре. Его визит был тайным, и, встретившись с хозяевами, он сразу перешел к делу, которое привело его с такой срочностью.

Его миссия как представителя правительств Парижа и Вены заключалась в том, чтобы выяснить, согласен ли эрцгерцог принять корону Мексики. И император Франц Иосиф, и Наполеон III были едины в поддержке его кандидатуры. Во время встречи, продолжавшейся много часов, граф не скрывал серьезности ситуации в стране, трон которой предлагался Максимилиану.

После обретения независимости от Испании эта бывшая колония переживала тяжелые политические потрясения: либералы и консерваторы вели ожесточенную борьбу за власть. Мексика перенесла более двухсот государственных переворотов, а президенты сменялись настолько часто, что редко кто задерживался в должности более года. В условиях хаоса мексиканский военный лидер Агустин де Итурбиде был провозглашен императором под именем Агустин I. Однако основанная Первая Мексиканская империя просуществовала лишь десять месяцев, а сам монарх в итоге был расстрелян. С января 1858 года в Мексике правил Бенито Хуарес – индиец сапотекского происхождения, который учредил республику и стал заклятым врагом консерваторов. Ему было 52 года, и, хотя детство его прошло в бедности, благодаря уму и силе воли он стал юристом и достиг вершины политической карьеры.

Максимилиан и Шарлотта внимательно выслушали своего гостя, который также объяснил им, что представители ряда самых знатных и богатых семей страны, находящихся в эмиграции, выступают против Хуареса и желают установить монархию и жесткую власть, способную обеспечить стабильность. Одним из таких известных мексиканских монархистов был Хосе Мануэль Идальго, проживавший в Париже. Этот