Can’t Stop Won’t Stop: история хип-хоп-поколения - Джефф Чанг

Гор и культурные консерваторы переключили свое внимание на рэп-музыку. В 1990 году Гор написала статью в The Washington Post, в которой разносила Айс Ти за альбом, по иронии судьбы названный Freedom of Speech… Just Watch What You Say[260]: «Хотим ли мы, чтобы [наши дети] называли себя и друг друга „ниггерами“? Хотим ли мы, чтобы наши дочери считали себя „суками“, которых унижают? Хотим ли мы, чтобы наши сыновья измеряли успех в золотых пушках и цепях?» [25]

Возникла целая сеть христианских фундаменталистских групп по борьбе с рэпом, которые стали давить на администрацию Буша, на федеральных и местных политиков, чтобы те запретили такие рэп-группы, как 2 Live Crew. Кампанию возглавил адвокат из Флориды с незадавшейся политической карьерой Джек Томпсон, который отправлял сотни писем в департаменты шерифов и политикам, призывая их присоединиться к борьбе с рэпом. «Я считаю, что идет культурная гражданская война, – сказал Томпсон, – и в ней я обычный солдат» [26].

В 1990 году Томпсон в ходе кампании против альбома As Nasty As They Wanna Be группы 2 Live Crew добился запрета записи на территории от округа Бровард Флориды до Онтарио на границе с Канадой. Десятки сотрудников музыкальных магазинов были оштрафованы или арестованы за продажу записи несовершеннолетним. В ходе тяжелой предвыборной гонки консервативный губернатор Флориды Боб Мартинез осудил альбом, желая повысить свои шансы на переизбрание. По всей видимости, рэперы в золотых цепях оказались лучшей мишенью, чем рокеры, откусывающие головы голубям. Фрэнк Заппа, один из первых оппонентов PMRC, сказал в интервью The Source: «Метания с расистским душком от метала к рэпу выглядят слегка подозрительно. Сатанизм не сработал: видимо, дела дьявола волнуют не всю страну, а лишь определенную ее часть» [27].

Позже судья из Флориды признал альбом 2 Live Crew непристойным и фактически запретил его. Однако 7 мая 1992 года федеральный апелляционный суд в Атланте отменил это решение, и Верховный суд оставил его в силе. «Далее они возьмутся за мейджоры, – предсказывал Кэмпбелл в разгар споров. – Когда цензоры закончат с нами, они придут за ними».

КЛИНТОН ПРОТИВ СОУЛДЖИ

Как показали президентские выборы 1992 года, слова Кэмпбелла оказались пророческими. Пока демократ Билл Клинтон и действующий президент Джордж Буш формально утверждали свои кандидатуры на праймериз, техасский миллиардер Росс Перо, вклинившийся в предвыборную гонку, угрожал нарушить привычные политические расчеты. Кандидатура Перо выглядела особенно привлекательной для «колеблющихся» избирателей среднего возраста из высшего среднего класса, живущих в пригородах и за городом, – представителей так называемого центра, чьих голосов отчаянно добивались обе партии. Ключом к победе на выборах могло стать умелое использование расовых и поколенческих страхов. Спустя месяц после победы 2 Live Crew на мушку взяли двух рэперов: Сестру Соулджу и Айс Ти.

Молодая чернокожая активистка Лиза Уильямсон взяла имя Сестра Соулджа в 1990 году, когда присоединилась к Public Enemy. В конце 1980-х – тогда она была организатором Национального африканского союза молодежи и Студенческого союза – Лиза уже работала вместе с крю. После того как Грифф покинул Public Enemy, она стала сестрой по обучению / директором по отношениям. «Рэп – это мотор, продвигающий черную сознательность в массы, – говорит она – Листовками пожар не потушишь» [28].

После появления в альбомах Терминатора Икс и Public Enemy она работала с Эриком «Вьетнамом» Сэдлером над собственным альбомом 360 Degrees of Power. Вышедший в марте, он пользовался большим успехом. Соулджа была гораздо более сильным полемистом, нежели рэпером. Весь ее график был расписан под интервью и лекции. Через несколько дней после восстания на страницах The Washington Post она дала интервью Дэвиду Миллсу, приехавшему в даунтаун.

Миллс провоцировал ее и пытался узнать ее мнение по поводу беспорядков; он спросил, считает ли она насилие по отношению к Реджинальду Дэнни «мудрым, взвешенным решением». «Сочувствие Соулджи к бунтующим дошло до пугающих крайностей», – писал он. Далее следовала цитата из ее высказывания:

Я хочу сказать, если уж черные ежедневно убивают других черных, то почему бы не выделить неделю и не убивать белых? Понимаете, о чем я? Скажем прямо: белым, нынешнему правительству и прежнему мэру было хорошо известно, что из-за насилия банд в Лос-Анджелесе каждый день умирают черные люди. Соответственно, если для члена банды убийство – обычное дело, то почему бы ему не убить белого? Или вы думаете, что кто-то считает, что белые люди меньше заслуживают смерти, когда убивают себе подобных?

Как сказала Соулджа в передаче Sunday Today, «к сожалению для белых, они считают нормальным, что наши, а не их дети умирают и что наши мужчины сидят в тюрьме» [29].

Тринадцатого июня в гостях у Джесси Джексона на политическом съезде Радужной коалиции Билл Клинтон с отвращением зачитал слова Соулджи. Накануне вечером Соулджа приняла участие в панельной дискуссии съезда, посвященной проблемам молодежи, и советники Клинтона посчитали, что ему выпала идеальная возможность дистанцироваться от избирательных округов Джексона и снискать расположение избирателей Перо. Клинтон обратился к ошеломленной толпе:

Просто послушайте, что она сказала в интервью The Washington Post около месяца назад, я цитирую: «Если уж черные ежедневно убивают других черных, то почему бы им не выделить неделю и не убивать белых? Соответственно, если для члена банды убийство – обычное дело, то почему бы ему не убить белого?»

Я знаю, что она молода, но она оказывает огромное влияние на многих, и когда вслед за ней люди произносят такое – если поменять слова «белый» и «черный» местами, – можно подумать, что это слова из речи Дэвида Дюка[261] [30].

Соулджа раскритиковала Клинтона за то, что тот выдернул ее слова из контекста. Она сказала, что никогда не выступала за насилие по отношению к белым. Она пыталась объяснить образ мысли тех, кто совершал подобные действия. Клинтон, по ее словам, пытался сделать из нее «Вилли Хортона[262], главную тему президентской кампании, черного монстра, который должен напугать белого избирателя» [31]. Джексон и другие чернокожие лидеры были возмущены хорошо поставленной, громкой дискредитацией Клинтоном черных из «десяти процентов». «Она представляет чувства и надежды целого поколения людей, – сказал Джексон о Соулдже после выступления Клинтона. – Ее следует простить» [32].

Но прощения не последовало. Вместо этого политические эксперты осыпали похвалами Клинтона. Журналистка The New York Times Гвен Ифилл написала: «Нет никаких сомнений в том, что кампании Клинтона сыграло на руку то, как обернулся инцидент с Сестрой Соулджей. В будущем этот кейс может стать рабочей схемой по спасению затухающих предвыборных кампаний» [33].

АЙС ТИ ПРОТИВ ПОЛИЦИИ

На той же неделе Национальная стрелковая ассоциация и полицейские организации предоставили республиканцам возможность поднять свой снижающийся рейтинг. Десятого и одиннадцатого июня на пресс-конференциях, прошедших от Мэриленда до Техаса, Ассоциация и представители полиции призвали к бойкоту медиахолдинга Time Warner. Дело было в выпущенной на Sire Records (лейбле Time Warner) песне Cop Killer черной хеви-метал-группы Body Count, возглавляемой Айс Ти.

В Остине правоохранительные органы настаивали на закрытии «Шести флагов над Техасом», парка аттракционов, принадлежащего Time Warner. В Хьюстоне Ассоциация полицейских потребовала от городского совета запретить продление контракта с Time Warner Cable. В течение недели Братский орден полиции, Национальная ассоциация начальников полиции и губернатор Алабамы присоединились к бойкоту компании.

«Люди, которые раскатывают на авто ночи напролет, употребляют крэк и слушают рэп-музыку, рассказывающую об убийствах копов, – это только подстегивает их, – сказал президент Братского ордена Пол Тейлор. – Что бы вам ни говорили, такая музыка опасна» [34].

Вице-президент Дэн Куэйл раскритиковал руководителей Time Warner, назвав их «культурной элитой», которая заботится не столько о семейных ценностях, сколько о своих барышах. На съезде Национальной ассоциации ведущих ток-шоу на радио он спросил под бурные аплодисменты: «Ну и где же тут корпоративная ответственность?» [35] Эта фраза произвела такой эффект, что Куэйл стал использовать ее постоянно. В одной из речей Куэйл даже заявил, что его оппонент-демократ Клинтон оказался прав в своей