Игорь Кущ и «Сектор Газа». Авторизованная биография - Ярослав Георгиевич Солонин

Политеховское общежитие располагалось на Девятом километре, так называемой «версте», удалённой от города и утопленной в дубах, соснах, ясенях, акациях, рябинах и черёмухах. Там же репетировал политеховский ансамбль, в котором играл студент факультета автоматики и электромеханики Сергей Гришаев. Игорь учился в одном корпусе с Сергеем.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

Я играл там в ансамбле институтском. Готовились к «Студенческой весне» и репетировали после занятий вечером там же – на Девятом километре. Была у нас комната для репетиций. А Игорь, видно, пришёл на занятия вечером, ну и постучал к нам: «О, ребят, играете? А можно с вами поиграю?» – «Ну выходи, покажи, чего умеешь». Ни в каких ансамблях он до этого, по-моему, не участвовал, сам играл дома, как и я, как и многие в то время, гитарой увлекался. Пришёл, поиграл, взяли мы его. И потом играли вместе до 4–5-го курса, года три. Это был ансамбль без названия, на каждом факультете был свой такой. Тогда у нас такого практически не было, чтобы ансамбль как-то называли. Во-первых, это всё было зажато: какую-то зарубежную музыку играть – целая проблема, тебя могли выгнать из института. В основном была цель… Мы были рады просто поиграть, хотя бы что-то. Естественно, старались, тянулись к зарубежной эстраде, как более прогрессивной. И зарабатывание денег, как это ни банально. То есть я помню, как он пришёл, мы накидали репертуар, тогда что там было – «Одесса», «Мясоедовская». Ещё какие песни были популярны? И мы играли по свадьбам, по дням рождения.

Через год ансамбль отправился покорять городские площадки. Как-то в период летних каникул ансамбль Кущева – Гришаева получил репетиционную базу в ДК имени Коминтерна.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

Играли всё лето, числились там музыкантами. А в выходные нас отправляли к ветеранам сыграть какой-нибудь концерт, ещё что-нибудь. Это было начало и нашей относительно музыкальной деятельности. Да и у Игоря тоже. Он до этого просто дома сидел, бренчал на гитаре. Ему нравилось, хотелось, пытался что-то где-то у Deep Purple слизать, сыграть. И тут сразу был виден талант, что-то, что отличало его от прочих местных гитаристов. Вот, к примеру. В 70-е годы же не было никаких «интернетов», все вот эти песни слушали с магнитофонной ленты. Вся аппаратура самопальная. Ставишь Deep Purple, «Дым над водой», сидишь туда-сюда магнитофон дёрг-дёрг, снимаешь. И вот Игорю достаточно было раз послушать – и он мог уже, в принципе, может, не идеально, но нормально снять.

Какие-то приёмы, хитрости подглядывали у других музыкантов. У них же учились манере держаться на сцене.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

В свободное от учёбы и музыкальных репетиций время шли в парк «Динамо», любимое наше место было. Гуляем вечером по аллее, смотрим: тут танцплощадка, там. Ходили в рестораны «Воронеж», «Славянский».

Ресторан «Славянский» находился в центре города, рядом с главным гастрономом на проспекте Революции, дом 58. Горожане называют здание гастронома «Утюжок». В июле 1972 года там столовались Фидель Кастро и Алексей Косыгин. Ресторан «Воронеж» располагался через три дома от «Славянского».

Из книги Александра Шуляковского «Москва – Воронеж», в которой рассказывается о городской жизни застоя и перестройки:

…во всех крупных заведениях постоянные коллективы музыкантов исполняли «живую музыку». Их репертуар проходил обязательное утверждение в соответствующих инстанциях и в начале вечера свято соблюдался. Оркестр играл какие-нибудь лирические мелодии из популярных кинофильмов… …«Бублички», «Мясоедовская», «Лезгинка», «Очи чёрные» и тому подобные мелодии срывали с места дозревшую публику…

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

В ресторане «Воронеж» играл гитарист, у которого была гитара «Диамант», о чём-то большем мечтать не приходилось. И мы ходили просто смотрели, как он играет, слушали, как звучит. Это вместо YouTube. Игорь любил прикалываться. Как обычно бывает? Народ обычно танцует и заказывает песни. А Игорь кричал: «“Одессу”, “Мясоедовскую” давай».

Правда и в том, что на середину 70-х пришёлся закат городских танцплощадок как средства массового досуга молодёжи. Во-первых, со временем танцплощадки оккупировали гопники и прочий урловский элемент. Во-вторых, страну накрыла мода на диско. Появились дискотеки, зарубежные хиты проникали в СССР с отставанием максимум в полгода. Организаторам танцев стало проще приглашать диск-жокея, чем ансамбли, с которыми хлопот не оберёшься. В моду вошли зеркальные шары, светомузыка и всё такое прочее. Это не значит, что танцплощадки исчезли полностью, но потеснились изрядно. Одна из первых дискотек открылась в парке «Динамо» и называлась «Шайба». Двадцать седьмого апреля 1989 года в «Полтиннике» состоялся городской смотр дискотек, в котором приняли участие 42 организации.

Но вернёмся к живой музыке.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

На моём факультете по моей специальности, на год младше, учились ещё ребята. У них тоже был ансамбль, к весне готовили свою программу. И у них не было барабанщика. Я и на гитаре неплохо играл, и на барабанах. Они мне предложили: «Можешь нам подыграть, а то наш барабанщик очень слабый? Нам на “Весне” надо выступить». Я с ними выступил, потом ещё на концертах, где-то около года я на барабанах им подыгрывал. Я почему это рассказываю? Это были те ребята, которые потом перехлестнулись с Игорем. Это были Андрей Дельцов и Алексей Ушаков. А Дельцов потом в «Секторе Газа» был звукорежиссёром. Дельцов играл на гитаре и пел, Ушаков играл на клавишах. Группа «Фаэтон». То есть мы с Кущевым играли, а Дельцов с Ушаковым – институтская команда, на год младше. Кущев с ними не дружил тогда. А потом они окончили институт, у них у всех дорожки пересеклись в «Секторе Газа».

Тот факт, что где-то рядом друг с другом репетировали Кущев и будущий аккомпанирующий и аранжировочный костяк «Сектора Газа», даёт повод задуматься о некоторой предопределённости. Конечно, если мыслить рационально, ответ будет приземлённее: музыкантов в городе не так много, мест, где можно репетировать, – ещё меньше, вот и неудивительно, что они все боками трутся друг о друга.

Тогда же не было коммерческих репетиционных баз, вот и репетировали при институтах, ДК, филармонии, музучилищах и т. д. По словам Сергея Гришаева, с инструментами и аппаратурой тоже был напряг, поэтому музыканты старались кооперироваться, что-то соображать. В центре внимания были гитарных дел мастера, Кулибины по примочкам (точнее, Лео Фендеры), воронежские Джимы Маршаллы.

СЕРГЕЙ ГРИШАЕВ

Что у нас было из инструментов? А не было у нас ничего. Мы зарабатывали деньги, а аппаратуры – что-то купить – фактически не было. Это был большой дефицит, об импортной вообще речи не шло. Для гитаристов пик мечтаний – гитара Diamant чешская. Но её купить можно было у перекупщиков, а на тот момент это мало кто мог себе позволить. У меня была гитара, сделанная из фанеры соседом моим. У Игоря, по-моему, ничего и