Игорь Кущ и «Сектор Газа». Авторизованная биография - Ярослав Георгиевич Солонин

class="p1">Я вырос на рок-музыке. Для меня джаз – издевательство над инструментом. Я люблю скорость, могу гитару разбить на сцене. Люблю злые озорные группы. Сильное влияние оказала группа Creedence. Джон Фогерти. Потом Slade, Nazareth, AC/DC, Deep Purple, Uriah Heep, много играл оттуда. Люблю Оззи Осборна, ранний Black Sabbath, Ронни Джеймса Дио, всех трудно назвать. Гитарные кумиры. Я же не сам научился, я у кого-то снимал, значит, сейчас мне очень нравятся Зак, Джейк И Ли, Рэнди Роадс, также Ангус Янг, у него своя манера игры, потом Томи Айоми, вся эта структура его партий – это очень важно. Это и есть Black Sabbath. Я недавно посмотрел Creedence, подумал: ну тут всё просто, чё тут играть. Пришёл домой, взял гитару и понял, что я, блять, не Фогерти. Поэтому, в общем-то… Так, как я играю, я стараюсь не подражать, а выражать свои чувства и эмоции. Но больше всего склонен к вышеперечисленным. В жёсткой мощной оправе, звук, гитара Gibson.

Это интервью из серии разговоров Игоря с его другом Николаем Мещеряковым, который сделал первый сайт музыканту. Публиковались они только там, в виде аудиофайлов. Сейчас они доступны на сайте https://igor-kusch.narod.ru/, в разделе «Интервью».

В 1975 году в советский кинопрокат вышел британский фильм «О, счастливчик!» с Малкольмом Макдауэллом в главной роли. Как писали в газетах: сюрреалистическая сатира, бичующая пороки современного общества. Главная изюминка фильма – музыка.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Всю музыкальную информацию мы тогда получали либо через кино, либо через пластинки. Брали с собой в кино магнитофоны, записывали на кассету, а потом на репетиции снимали партии.

Вот что писали во втором номере журнала «Ровесник» за 1976 год:

Последние, сольные, альбомы Алана Прайса – звуковая дорожка фильма «О, счастливчик!» и «Человек из метрополии» (вышел в 1975 году). Алан Прайс – автор книги «Каково быть членом поп-ансамбля», в которой он рассказывает о взаимоотношениях артиста и публики и о нравах, царящих в поп-музыкальном мире.

В комментариях к репринту этой статьи мне попались воспоминания одного интернет-пользователя:

Каким чудом этот фильм попал в СССР? В самый махровый застой. И я, тогда шестиклассник, умудрился попасть на сеанс этого фильма. Хотя там «до 16»… Это тоже из разряда чудес. Фильм как окно в другой мир. Мир чистогана, наживы и нравственного падения капитализма. В общем, тот восторг и не передать. А уж музыка Алана Прайса добила юное и неокрепшее сознание пионера…

Ради этого фильма подростки удирали с уроков, ходили на все сеансы (если позволяли карманные деньги). Современному школьнику эту жажду информации сложно понять, ведь практически у каждого есть смартфон с выходом в Интернет. Да только, что там искать, он уже не знает.

В те же годы власти понемногу начали приоткрывать клапан, чтобы снять накопившееся напряжение. В 1977 году вышла короткометражная документалка начинающего режиссёра Алексея Ханютина «Шесть писем о бите». Там представители старшего поколения, школьники, студенты и музыканты самодеятельных групп рассуждают о рок-музыке, которую тогда называли битом. Как и полагается, «отцы» проклинают и песочат эту музыку, молодёжь превозносит, а приглашённый профессор философии туманно разглагольствует. Но самое ценное там, особенно для молодёжи 70-х, – вовсе не рассусоливания и эмоции, а документальные кадры с концертов «Машины времени», «Високосного лета» с Крисом Кельми на вокале. За два года до этого вышел фильм Георгия Данелии «Афоня» (по сценарию Александра Бородянского), в котором засветилась группа «Аракс» и прозвучала песня «Машины времени» «Ты или я» («Солнечный остров»). Кадры с группой Макаревича вырезали, поскольку руководство «Мосфильма» наотрез отказалось пропускать кадры с «этим хиппи».

ИГОРЬ КУЩЕВ

«Всё очень просто. Сказки – обман… Солнечный остров скрылся в туман». Вот такое творчество «Машины времени» мне нравилось. А уж что дальше пошло – белиберда. Я это и говорил Макару, когда в Воронеж приезжал уже в нулевых, я тогда продавал гитары в «Музторге». Но он меня не понял. А что тут понимать: всё очень просто, Макар, не надо мудрить, сочинять надо от сердца, ты ведь можешь. Вообще мутный он какой-то. Я говорю: давай для фото обнимемся, а он мне: «Не пойму, ты пидор, что ли?» Сука, в Воронеж приехал Gibson покупать. Зачем тебе Gibson, если твои поздние песни – говно.

В конце 70-х «Мелодия» «пиратила» одиночные миньоны Simon & Garfunkel, The Beatles, The Rolling Stones и Creedence Clearwater Revival, в журнале «Ровесник» стали появляться редкие материалы Артемия Троицкого[5] о рок-музыкантах, а издательство «Детская литература» выпустило ограниченным тиражом книгу Олега Феофанова «Музыка бунта». Журнал «Кругозор» пошёл меломанам навстречу и в декабре 1975 года выпустил три песни из «О, счастливчик!» на голубой гибкой пластинке. Но не факт, что она дошла до Воронежа. Ситуацию спасали бытовые магнитофоны: люди просто переписывали друг у друга альбомы и наслаждались музыкой.

Но увлечение рано или поздно нужно с кем-то разделить. Рок-н-ролл, как ни крути (roll!), – большое занятие хотя бы для маленькой, для маленькой такой компании. Про институт Кущев рассказывает очень скупо, возможно, для этого есть основания. Поэтому я разыскал его институтского друга Сергея Гришаева и подробно его обо всём расспросил. Тем более что Игорь Кущев взял в руки электрогитару именно тогда.

Глава 7

«Сидишь туда-сюда магнитофон дёрг-дёрг…»

В 1977 году Игорь Кущев поступил в Воронежский политехнический институт (сейчас Воронежский государственный технический университет) на заочное отделение факультета радиотехники и электроники, на кафедру радиотехники. Окончит он его в 1982 году. Параллельно по протекции отца устроился на работу в НИИ связи, который специализовался на разработке и производстве комплексов, систем и средств связи для советской армии.

ИГОРЬ КУЩЕВ

Решил: раз такое дело, научусь хотя бы примочки для гитары паять, в звукоснимателях начну разбираться. Нашёл для себя плюс. Учился с неохотой, потом втянулся. Что касается НИИ, это, конечно, режимное предприятие, всё строго. Но мы умудрялись с пацанами дисциплину нарушать, в футбол гоняли в перерывах.

А что же с музыкой? В политехе была благодатная почва для самодеятельности. Одно время там учился Сергей Тупикин, который играл в местных командах «Рубикон» и «РКД». При политехе существовала хард-рок-группа «Курьер».

В 1980 году на базе политеха организовалась группа «Фаэтон». Ядро составили первокурсники факультета автоматики и электромеханики (ФАЭМ) гитарист Андрей Дельцов, клавишник и вокалист Алексей Ушаков, текстовик Виталий Борисов. Впоследствии к ним присоединились басист Дмитрий Погребнов и звуковик Алексей Гладких. В 1981 году к «Фаэтону» присоединился гитарист-вокалист Игорь Князев, Александра Паринова за барабанами сменил световик Евгений Левов. До 1983 года «Фаэтон» репетировал в местном общежитии, затем переехал в ДК имени 50-летия Октября. В таком составе играли до своего