История философии - Энтони Грейлинг

является сострадание — не только к другим людям, но и ко всем животным и к природе в целом. Сострадание — это «непосредственное, независимое от всяких корыстных мотивов участие прежде всего в страдании другого, а следовательно, в предотвращении или прекращении этого страдания». Если поступок совершается по какому-либо иному мотиву, он «не может иметь истинной моральной ценности». Суть для Шопенгауэра заключается в том, что другие системы морали в конечном счете сводятся к той или иной форме эгоизма. В религии мотивом выступает стремление угодить божеству, чтобы тем самым заслужить награду или избежать наказания. Хотя Кант был прав, разграничивая отношение к людям как к целям и отношение к ним как к средствам и утверждая, что с нравственной точки зрения непозволительно относиться к кому-либо как к средству, говорил Шопенгауэр, это все же эгоистическая мораль, поскольку она рассматривает субъекта и объект нравственного действия как двух раздельных существ. Сострадание же, напротив, предполагает отождествление того, кто сострадает, с тем, кто страдает. Он включал всех животных в нравственный универсум, поскольку они тоже являются проявлениями лежащей в основе реальности воли и точно так же страдают. Он считал, что ни один человек, жестокий к животным других видов, не может быть хорошим человеком.

В «Мире как воля и представление» Шопенгауэр посвятил две главы теме секса — это было первое серьезное философское обсуждение данного вопроса в истории. Чарльз Дарвин одобрительно цитирует его рассуждения в «Происхождении человека». Взгляд Шопенгауэра на мощную и разрушительную природу полового влечения оказал влияние и на Фрейда. Как и следовало ожидать, он отводил сексу центральное место в качестве примера неумолимой движущей силы воли; и в то же время придерживался либерального и терпимого взгляда на гомосексуальность.

В его многочисленных эссе можно найти и другие применения и расширения его философии, демонстрирующие разнообразие его взглядов на жизнь и общество. В политике он был либералом, соглашался с Платоном в вопросах евгеники и высказывал мнение, что, хотя женщины «более трезвы в суждениях» и более сострадательны, чем мужчины, они тем не менее лучше всего подходят на роль нянь и воспитательниц детей, поскольку сами «ребячливы, легкомысленны и близоруки». Когда в конце жизни он познакомился со скульптором Элизабет Ней, он изменил свое мнение на гораздо менее снисходительное, сказав: «Если женщине удается вырваться из общей массы... она растет непрестанно, и даже больше, чем мужчина».

К концу XIX века Шопенгауэр был самым известным философом в Европе, и его влияние распространилось на интеллектуальную жизнь XX века далеко за пределы собственно философии. На портретах Шопенгауэра мы видим угрюмого старика с пучками седых волос, торчащими, словно кроличьи уши, сзади на его в остальном лысой голове. Они противоречат тому юмору, проницательности и состраданию, которые — вопреки некоторым малопривлекательным взглядам вроде его отношения к женщинам и неумения терпеть глупцов — сквозят во всех его трудах.

ЗАМЕТКА О ПОЗИТИВИЗМЕ

Термин «позитивизм» закрепился за целым рядом мировоззренческих систем XIX и XX веков, поэтому стоит пояснить различные варианты его употребления. Наиболее известной версией является «логический позитивизм» XX века, о котором пойдет речь далее на этих страницах. В XIX веке это понятие ассоциировалось с правовой теорией, а также с учением Огюста Конта (1798–1857).

В теории права позитивизм означает взгляд, согласно которому ответ на вопрос «Что такое действительный закон?» сводится к тому, что он был принят надлежащим образом учрежденным органом власти или выведен из признанного прецедента; это прямо означает, что действительность закона не имеет ничего общего с тем, является ли он по своей сути «моральным» или «справедливым» — то есть никак не связана с его достоинствами. Даже насквозь плохой закон — а таких предостаточно — признается действительным, если его приняли надлежащие инстанции. В Англии существовала весьма влиятельная школа юридического позитивизма: от Бентама и Джона Остина (1790–1859) до Герберта Харта (1907–1992).

Гораздо ближе по значению позитивизм Конта. Собственно, именно он и придумал слово «позитивизм». Для него, как и впоследствии для логических позитивистов Венского кружка, позитивизм — это взгляд, согласно которому единственное знание, заслуживающее этого имени, исходит из эмпирических научных источников, из систематически и логически организованного опыта наблюдения за природными явлениями. Следствием этого является отрицание метафизики и теологии как источников знания. Разница между контовским позитивизмом и позитивизмом Венского кружка заключается в том, что первый представлял собой взгляд на политику и социальную теорию, тогда как позитивистов Венского кружка интересовали философия науки и теория познания (эпистемология).

Конт не приписывал себе авторство идеи позитивизма; он считал, что Галилей, Бэкон, Декарт и Ньютон — да и вообще любой, кто внес подлинный вклад в познание, — были основателями позитивизма, пусть даже они и не употребляли этого слова. Конт полагал, что попытки человечества объяснить мир прошли в своем развитии три исторические фазы: раннюю теологическую фазу, опиравшуюся на сверхъестественные объяснения; метафизическую фазу, в рамках которой предпринимались первые умозрительные попытки натуралистического объяснения через неизвестные силы и принципы; и, наконец, позитивную стадию, на которой было достигнуто научное понимание законов, управляющих миром.

Наряду с Гегелем, Марксом и другими, Конт верил, что законы, управляющие поведением отдельных людей и обществ, столь же научны, как и те, что открыты в естественных науках. Он проводил аналогию с медицинской наукой, которая в то время все чаще раскрывала скрытые прежде причины болезней. Его ранние работы привлекли внимание и встретили одобрение со стороны Джона Стюарта Милля, Дж. Г. Льюиса (который завершил свою «Биографическую историю философии» панегириком Конту), Джордж Элиот, Т. Г. Гексли и других. Сам он и его взгляды приобрели широкую известность, и со временем слава вскружила ему голову. Он решил, что коль скоро позитивизм должен заменить религию, а притягательность религии и ее власть над людьми держатся на ритуалах, поклонении, пении гимнов, посещении церкви, святых, мучениках и тому подобном, то позитивизму необходимо конкурировать с ней напрямую. Соответственно, он учредил светскую религию — «Религию Человечества» — со своим катехизисом, календарем святых, священниками, ритуалами, молитвами, таинствами и храмами. Все очертания своей Религии Человечества он позаимствовал у католицизма своей родной Франции, за исключением Бога и Христа. Серьезные сторонники его прежних научных взглядов на вопросы общества и государственной политики отвернулись от него, и это начинание рухнуло, став посмешищем. Сам по себе замысел был отчасти проницательным и имел определенную ценность; однако исполнение погубило идею.

МИЛЛЬ (1806–1873)

В своей «Автобиографии» Джон Стюарт Милль описывает суровое образование, которое дал ему отец, Джеймс Милль, соратник Джереми Бентама. Милль начал изучать греческий язык в