Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Всеволодовна Носенко

для других. Израильтяне требовали не упоминать город в официальных приглашениях на конференцию и исключить участие восточных иерусалимцев в иордано-палестинской делегации. В свою очередь палестинцы предложили американцам подтвердить свою позицию о непризнании аннексии Иерусалима Израилем и о необходимости поисков решения этой проблемы путем переговоров. Устроители конференции вышли из затруднительного положения, не включив упоминание об Иерусалиме в пригласительное письмо, направленное Израилю, в то время как в приглашении палестинцам их требование было частично удовлетворено.

Стартовавшие после Мадридской конференции переговоры в Вашингтоне (палестинцы не имели собственной делегации и входили в иорданскую «команду») шли с самого начала вяло и уже вскоре стало ясно, что сколько-нибудь серьезное продвижение вперед на них практически невозможно. Во многом это было связано с тем, что участвовавшие в переговорах палестинцы не могли решать кардинальные вопросы без непременных согласований даже технических вопросов с руководством ООП, а участие непосредственных представителей этой организации в мирном процессе долгое время напрочь блокировалось израильской стороной.

Между тем, с декабря 1992 г. под эгидой норвежцев в Осло проходили сверхсекретные контакты израильских и палестинских интеллектуалов (с израильской стороны — близкие к руководству Партии труда два профессора-политолога Я. Хиршфильд и Р. Пундак, с палестинской стороны — представители руководящих кругов ООП Абу Аля, Хасан Асфур, Магер Аль-Курд). Постепенно стала вырисовываться возможность выхода на конкретные договоренности, и тогда израильский министр иностранных дел Ш. Перес подключил к секретным переговорам своих ближайших соратников — И. Бейлина и У. Савира. Показательно, что оба коспонсора мирного процесса — Россия и США — долгое время практически ничего об этом не знали. Как писал в своей книге «По секретным каналам»[404] один из выдающихся деятелей ООП Абу Мазен, израильтяне проинформировали американцев о контактах только летом 1993 г., когда появился «свет в конце туннеля», а Москва узнала о них от палестинцев лишь в августе 1993 г., т. е. буквально накануне подписания соглашений. Что ж, иногда прямые и закрытые переговоры бывают гораздо продуктивнее разрекламированных саммитов, на которых посредники навязывают «сырые», не проработанные схемы.

Решающую роль в успехе контактов в Осло сыграл И. Рабин, глава правительства, пришедшего к власти в Израиле в июле 1992 г. Боевой израильский генерал, кстати, уроженец Иерусалима, он всю свою жизнь отстаивал безопасность Израиля, в том числе и от палестинских экстремистов. Его несомненная историческая заслуга состоит в том, что он нашел в себе силы поступиться определявшими все его прежнее мировоззрение принципами, перешагнуть через перенасыщенное кровью и насилием прошлое между двумя народами и ради стабильности и безопасности своей страны и всего региона протянуть руку заклятому в недавнем прошлом врагу — Я. Арафату. История ХХ в., пожалуй, насчитает лишь единицы таких мужественных и прозорливых политиков, каким был И. Рабин.

Немало смелости проявил и Я. Арафат. Ему нужно было пойти на трудные, буквально немыслимые еще недавно компромиссы и при этом не побояться противопоставить свою принципиальную линию палестинской оппозиции, включая ее экстремистское крыло, никогда не останавливавшееся перед кровавыми расправами с теми лидерами, которые, по их мнению, предавали «национальные цели», то есть отказывались от тотальной войны на уничтожение Израиля. С подписанием соглашений в Осло в мирном процессе начался совершенно новый этап, когда израильское руководство и ООП, официально признав друг друга, уже стали вести прямые переговоры.

В Декларации принципов организации временного автономного самоуправления, разработанной в ходе контактов в Осло и торжественно подписанной в сентябре 1993 г. в Вашингтоне, израильтяне и палестинцы пошли на значительные уступки друг другу в том, что касается иерусалимской проблемы. В отношении участия иерусалимских арабов в выборах в Совет Палестинской автономии пункт 1 «Протокола о характере и условиях выборов» гласит: «Палестинцы Иерусалима, проживающие в нем, имеют право на участие в процессе выборов по согласованию между двумя сторонами».[405] Таким образом, начала размываться многолетняя жесткая израильская позиция, исключавшая любую связь Восточного Иерусалима с Западным берегом и Газой. Палестинцы, в свою очередь, сняли свое постоянное требование о незамедлительном включении иерусалимской проблемы в круг вопросов, обсуждаемых в ходе текущих переговоров. В специальном протоколе к Декларации подчеркивалось, что ряд вопросов, относящихся к окончательному урегулированию, и в том числе иерусалимский, подлежат обсуждению в ходе переговоров об окончательном статусе.[406]

Первая часть этого пункта была выполнена. В соответствии с соглашением между Израилем и ООП от 28 сентября 1995 г. жителям Восточного Иерусалима было разрешено участвовать в выборах в Палестинскую промежуточную администрацию самоуправления, хотя и на ограниченной основе. В ходе избирательной кампании в начале 1996 г. были сняты некоторые ограничения на свободу выражения политических мнений в Восточном Иерусалиме. В то же время, как отмечали международные обозреватели, израильские власти использовали открытые и косвенные рычаги давления на иерусалимских арабов, предупреждая их, что участие в выборах может поставить под сомнение привилегированный статус, которым они пользовались в качестве израильских резидентов. Прежде всего, это касалось доступа к различным программам национальной системы социального обеспечения, а также обладания израильским удостоверением личности, обеспечивающим полную свободу передвижения, в отличие от статуса арабских жителей Западного берега и Газы. В результате в выборах приняло участие не более 30% жителей Восточного Иерусалима, имевших право голоса.[407]

Что касается окончательного статуса Иерусалима, то стороны по-прежнему откладывали включение этого вопроса в повестку дня переговоров. В конце сентября 1995 г. в Вашингтоне израильтяне и палестинцы подписали новое, существенное для мирного процесса соглашение, получившее название Осло-II. В нем устанавливались три этапа передислокации израильских войск с большей части территорий Западного берега (в дальнейшем, правда, и правительство Б. Нетаньяху, и правительство Э. Барака фактически уклонились от выполнения этих договоренностей). Вопрос об Иерусалиме в соответствии с соглашением Осло-II предполагалось обсуждать лишь на стадии окончательного урегулирования.

В то же время, договоренности, достигнутые в Осло, дали возможность и палестинцам воспользоваться таким инструментом, как политика «свершившихся фактов», ранее доступным только израильтянам. Сохранившаяся в Восточном Иерусалиме арабская социальная инфраструктура в виде культурных, образовательных, профсоюзных и других учреждений обеспечила базу для тесного взаимодействия между религиозными, гражданскими, культурными организациями и административным аппаратом Палестинской автономии, созданным после подписания норвежских соглашений в 1993 г. К концу 1995 г. в восточной части города располагалось 11 учреждений Палестинской автономии, включая министерство по делам религии, Совет по радиовещанию, Экономический совет по развитию и реконструкции и т. д. Ряд палестинских учреждений и, в первую очередь фамильный особняк Хусейни под названием Ориент Хаус, превратились в центр палестинской политической и дипломатической активности.

Не только в оппозиционных кругах, но и внутри самой Партии труда расширение политического плацдарма Палестинской автономии в Восточном Иерусалиме считалось недопустимым нарушением соглашений Осло. Однако для функционирования