Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Всеволодовна Носенко

еврейского народа и активизацию, расширение и развитие поселений. В нарушение данных Ш. Пересом в 1993 г. обещаний правительство Б. Нетаньяху предприняло меры по вытеснению из Восточного Иерусалима учреждений, связанных с ПНА, а также блокировало деятельность Ориент Хаус, считая, что он превращается «в палестинское министерство иностранных дел на территории единого и неделимого израильского Иерусалима».

В то же время, правительство спешно приступило к реализации планов дальнейшего освоения восточной части города. Решение о строительстве 6500 единиц жилья для евреев в квартале Хар-Хома, 130 — в квартале Рас эль-Амуд и в ряде других кварталов Восточного Иерусалима, продиктованное задачей ликвидации компактного арабского жилого массива между горой Скопус на севере и районом Тальпиот на юге, являлось открытым вызовом всему мирному процессу.

В Старом городе осенью 1996 г. вспыхнули серьезные столкновения с арабами после того как израильские власти предприняли попытку открыть новый вход в археологическом туннеле Хасмонеев (см. подробнее об этом памятнике в главе I). Предполагалось ввести в эксплуатацию ту часть подземного музея у основания Храмовой горы, которая проходит в непосредственной близости от мечети Куббат ас-Сахра, а новый вход должен был располагаться в Мусульманском квартале. Это решение было воспринято мусульманами как очередное посягательство евреев на их святыни. К тому же, в нем явно выражалось намерение израильтян демонстративно заявить о своих преимущественных правах на всей территории Старого города. Инцидент, повлекший за собой жертвы с обеих сторон, нанес еще один тяжелый удар по всей хрупкой конструкции Палестино-израильских договоренностей.

Новый всплеск палестинских волнений в связи с туннелем Хасмонеев в Старом городе, охвативший весь Западный берег и Газу, еще раз продемонстрировал, что мирный процесс не обеспечил уменьшения взрывоопасного потенциала среди арабского населения. В проходящих мирных переговорах палестинцы видели только разочаровывающие результаты. Карта вырисовывавшегося будущего государства больше походила на ряд лоскутных палестинских анклавов, разбросанных по территории, принадлежащей Израилю. Итогом окончательного урегулирования явилась бы потеря палестинцами 30% территории, отведенной им по решению ООН 1947 г. Будущее Палестинское государство должно было занимать чуть более 20% территории Палестины, находившейся под управлением британского мандата в 20–40-е годы. Израильская поселенческая политика не снижала своих наступательных темпов, создавая новые очаги напряженности в отношениях между арабами и евреями. Даже после реализации ряда промежуточных соглашений, предусматривавших вывод израильских войск с отдельных территорий, большая часть Западного берега и Газы (около 80%) все равно сохранялась под контролем Израиля.

Весьма туманной оставалась перспектива решения вопроса о беженцах. Проблема Иерусалима сохраняла свой отложенный статус. Как справедливо заметил Д. Росс, являвшийся специальным представителем США на палестино-израильских переговорах в 1993–2001 гг., «…(мирный) процесс вместо того чтобы положить конец израильскому контролю над жизнью палестинцев, казалось, цементировал его».[412]

К обострению ситуации в Палестинской автономии приводила и неэффективность экономической деятельности новой администрации во главе с Я. Арафатом. После ее образования в соответствии с соглашениями Осло началось, вопреки всем ожиданиям, неуклонное снижение уровня жизни палестинского населения: ежегодный доход палестинцев на душу населения сократился на 20% на Западном берегу и на 25% в секторе Газа.[413] Недовольство созданной системой управления было в значительной степени связано с несообразно высокими расходами на военизированные и полицейские подразделения, обеспечивавшие поддержку режима часто неоправданно жестокими методами. Высокий уровень коррумпированности чиновничьего аппарата и авторитарный характер правления самого Я. Арафата отталкивали от сотрудничества с ПНА многих трезвомыслящих палестинцев, в том числе и из Иерусалима.

Возраставшее недовольство масс палестинские власти стремились направить в русло антиизраильских настроений, списывая свои собственные ошибки и недостатки на счет неурегулированности отношений с Израилем. На волне общественного разочарования деятельностью администрации автономии свое влияние среди палестинцев укрепляли оппозиционные Арафату экстремистские исламские группировки, прежде всего ХАМАС, а также радикальные лидеры организаций, входивших в ООП. Они продолжали наращивать масштабы антиеврейской, антиизраильской пропаганды, нередко перераставшей в призывы к продолжению тотальной, вооруженной борьбы против Израиля.

В мае 1999 г. на выборах в Израиле с большим перевесом победил Э. Барак — лидер Партии труда, пришедший к власти с намерением ускорить завершение мирного процесса с палестинцами и выйти на соглашение об окончательном урегулировании. Однако кредит доверия сторон друг к другу уже был сильно истощен. В палестино-израильских отношениях продолжали нарастать конфронтационные тенденции. Это находило выражение прежде всего в непрекращающихся террористических актах палестинских смертников против израильского населения (например, последний такой акт перед приходом к власти Э. Барака имел место в Иерусалиме в ноябре 1998 г.). В свою очередь, израильтяне бойкотировали выполнение промежуточных договоренностей в рамках мирного процесса.

Иерусалим в этих обстоятельствах являлся своеобразной «лакмусовой бумажкой» для определения степени готовности сторон пойти на уступки друг другу. Весной 2000 г. в рамках третьего этапа «передислокации» (вывода израильских войск с Западного берега) под полный контроль палестинцев должны были перейти три арабские деревни в пригороде Иерусалима — Абу-Дис, Сухара и Азария. В качестве «компенсации» израильское правительство собиралось включить в состав города еврейские поселения, расположенные вокруг Иерусалима. Эти планы так и не были реализованы. Но они вызвали, с одной стороны, небывало широкий протест в Израиле, где, по опросам общественного мнения, 72% населения высказались против передачи иерусалимских пригородов ПНА из-за опасений, что этот шаг негативно повлияет на безопасность в городе. С другой стороны, палестинцы бурно отреагировали на новые планы территориального расширения еврейской части Иерусалима. В Палестинской автономии прокатилась волна антиизраильских демонстраций, вылившихся в кровопролитные столкновения арабов с израильскими солдатами и полицейскими. Впоследствии многие обозреватели назовут эти волнения своего рода прологом «интифады Аль-Аксы».

На переговоры в Кэмп-Дэвиде, организованные Б. Клинтоном в июле 2000 г., Э. Барак и Я. Арафат пришли, не имея, таким образом, четкого общественного мандата на заключение окончательного мирного соглашения. Неудивительно, что Арафат с большими сомнениями относился к предложенному саммиту, поскольку шансы на его успех были мизерными, а в случае провала новая вспышка недовольства среди палестинцев становилась практически неизбежной. В Кэмп-Дэвид он отправился только под сильным нажимом американцев. И все же в ходе переговоров израильской и палестинской делегациям удалось при личном посредничестве президента Клинтона почти вплотную приблизиться к достижению компромиссных развязок по основным политическим проблемам — территориям, включая поселения, и отчасти даже по беженцам. Главным камнем преткновения стала иерусалимская проблема.

Не раз и не два, когда американские посредники слишком усердно подталкивали Арафата к территориальным уступкам по Восточному Иерусалиму, он резонно напоминал об историческом прецеденте вывода израильских войск с Синайского полуострова после войны 1973 г.: «Египтяне получили назад весь Синай до последнего дюйма. Почему я должен отказываться от Иерусалима?» — спрашивал лидер палестинцев. Тем не менее, в Кэмп-Дэвиде палестинская делегация, казалось, готова была согласиться с