Отягощённый «Послезнанием» (ХужеСталин-2). Часть вторая: Спасти поколение победителей! - Сергей Николаевич Зеленин

Уважительно посмотрев на Сталина, тот с озарением на лице:

- Навряд ли, товарищ Верховный главнокомандующий. …Так Вы предлагаете?

Тоном, в котором сквозило «я так решил, поэтому так и будет!», он ответил:

- Именно это я и предлагаю: самая мощная группировка Советских вооружённых сил должна находиться в Прибалтике и, она должна обладать ударными возможностями.

Сперва выдав афоризм:

- «Надейся на лучшее, готовься к худшему, действуй по обстоятельствам…».

Подойдя к висящей на карте, глядя на генерала армии Тюленева, Сталин:

- После Минского УРа и самого Минска - взятие которого как я надеюсь, задержится хотя бы на две недели, перед Гитлером и «Объединённым Командованием Вермахта» (ОКВ) должна возникнуть дилемма: куда идти – на Смоленск, что по пути к Москве? Или на Ригу и далее на Ленинград? …Что вообще - не по пути к конечной цели всей компании!

Следом, он перевёл взгляд на Командующего Киевским Особым Военным Округом (КОВО):

- Перед Вами, товарищ Апанасенко, стоит задача «поймать» центральную группировку войск противника «за хвост»…

Показывая указкой на карте:

- …Для этого надо создать ей угрозу из района Припятских болот, где будет находиться группировка войск - состоящая из одной общевойсковой армии, конно-механизированной группы и Пинской речной флотилии… Ну и поддержка одной из авиаполевых армий. То есть перед тем как перебросить главные силы на север, противник должен будет сперва устранить вероятность удара им в тыл.

Наконец, Верховный завершил свою мысль:

- И даже если в конце концов, противнику каким-то чудесным образом удастся захватить Прибалтику и город Ленина… То словами товарища Бонч-Бруевича – «это наименьшее зло» по сравнению с потерей Центральной России, Москвы и Донбасса.

Начальник Генерального штаба маршал Советского Союза Вознесенский, был категорически не согласен с такой «стратегией»:

- В то время Москва был просто большой деревней, а сейчас – это важнейший промышленный центр. Оставлять её без защиты – это безумие.

В отличии от того, уже в общих чертах ознакомленный с «Моонзундской стратегией» Сталина, маршал авиации Берия всецело поддержал Вождя и Верховного главнокомандующего:

- Однако и армия Наполеона не была так зависима от коммуникаций, как современная армия Гитлера. Он не рискнёт идти на Москву, пока существует угроза его коммуникациям из Прибалтики.

- А если всё же рискнёт?

Спор закончил Верховный:

- Значит, ему же будет хуже! Ибо чем глубже заберётся – тем больше увеличится «плечо снабжения». И тогда даже взятие Москвы мало что даст Гитлеру… Его армия будет уничтожена при неизбежном отступлении.

Испросив разрешения, к карте подошёл генерал-полковник Бонч-Бруевич и показывая указкой:

- Обратите внимание, товарищи, на этот «выступ» с центром в городе Белосток…

Вспомнив из «Послезнания» это недоброй памяти политико-географическое образование, Сталин подсказал:

- «Белостокский выступ».

- Да: именно «Белостокский выступ»! Если мы разместим там достаточно крупную группировку войск (или создадим её видимость), то у противника неизбежно появится соблазн ударом из Сувалок через Августов, отрезать её от главных сил. А это в свою очередь как минимум на время отвлечёт значительные силы противника от штурма линии укреплённых районов. А как максимум – позволит нам устроить противнику ловушку.

Верховному эта идея так понравилась, что неожиданно для самого себя он назвал Заместителя начальника Генштаба по имени-отчеству, что вызвало еле слышный «завистливый шорох» в кабинете:

- «Ловушку», говорите? Заманчиво, заманчиво… Подумайте над такой возможностью, Михаил Дмитриевич. Хорошенько подумайте!

***

Далее на Совещание было решено на обращённых в гигантское «предполье» вновь присоединённых западных территориях (про Прибалтику речь будет отдельная) держать лишь немногочисленные но полностью отмобилизованные и находящиеся в состоянии боеготовности «войска прикрытия», задача которых:

В мирное время создавать видимость нахождения в этом районе главных сил.

С началом боевых действий - «путаться под ногами» наступающих на восток группировок Германской армии.

В «предполье» будет находиться семь общевойсковых (три в ЗОВО и четыре в КОВО) так называемых «двухсотых» армий с трехзначными номерами: 200-я, 202-я, 207-я, 211-я, 228-я, 229-я и 231-я… Номера эти временные и через определённые промежутки времени будут меняться. Например, 202-я армия может через месяц стать 231-й или наоборот – 200-й.

Почему так?

Чтоб словами потомков – «засрать мозги» разведке противника.

В отличии от других – «нормальных» соединений, состоящих из «нормальных» же дивизий и отдельных частей, эти «трёхзначные армии» будут состоять из пяти стрелковых бригад (примерно 4 500 бойцов и командиров) каждая, кавалерийской бригады, танковой, зенитно-противотанковой.

Такие формирования требуют меньше командного состава и артиллерии, конечно… Но и боеспособность их более низкая. Впрочем, никаких особых «подвигов» никто от них и не ждёт.

В белорусских лесных массивах – так называемых «пущах» (Беловежской, Супросельской и Налибокской), было решено разместить эдакие «ремейки» Первой конной армии Будённого – два-три кавалерийских корпуса, мотострелковая дивизия и легкотанковая бригада (150 танков БТ-7). Задача: угрозой перехвата коммуникаций – «оторвать» от танковых групп противника пехоту, следующую во втором эшелоне.

В городах имеющих крупные железнодорожные узлы (Брест, Белосток, Гродно и прочие) разместить дивизии НКВД (общим числом пятнадцать соединений), чья задача с началом войны задержать противника насколько это возможно, на пару с ними разрушить до основания этот узел и отступить.

Возле каждого моста через более-менее крупную реку – отдельные батальоны, полки и бригады НКВД, задача которых охранять эти сооружения от групп диверсантов и оборонять от передовых разведывательных подразделений. А при приближении главных сил противника – разрушить до основания охраняемый объект и отступить.

Кроме того, летом 1941-го года, в «Предполье» будет находиться 55 «особых лыжных батальонов» Погранвойск Наркомата государственной безопасности СССР. Формироваться они будут строго из добровольцев: пограничников, работников НКГБ и НКВД, бойцов и командиров трёх из шести расформированных воздушно-десантных бригад.

Кроме стрелкового оружия с большой долей снайперских винтовок, на вооружении этих формирований будут состоять 12,7-мм противотанковые ружья и 82-мм миномёты.

Естественно в отсутствие снега и возможности передвигаться на лыжах, транспортом для них будут служить…

Велосипеды109!

Кстати, такой обычай перенят у знаменитых финских егерей, не так давно доставивших столько хлопот-забот нашей армии и чей боевой опыт, сейчас тщательно изучается в Аналитическом отделе Генштаба ВС СССР.

Кроме того на этом первом совещании в Ставке Верховного главнокомандующего ВС СССР, был принят ещё ряд важных решений. Например, об создании зенитно-противотанковых бригад «Резерва Верховного Главнокомандующего» (РВГК)…

Об строительстве подземного «Центрального командного пункта Ставки Верховного Главнокомандующего ВС СССР» на восточной окраине Москвы с веткой метро. А также трёх «полевых командных пунктов Ставки» в Пскове, Смоленске и Киеве – для управления