Отягощённый «Послезнанием» (ХужеСталин-2). Часть вторая: Спасти поколение победителей! - Сергей Николаевич Зеленин

Поняв, что здесь дело не чисто, он глядя на присутствующего здесь Начальника контрразведки ВС СССР завязал «узелок на память»:

«Надо будет озадачить товарища Абакумова на этот счёт. Пусть выяснит куда это товарищи из комиссии Наркомата обороны так торопятся и на кого они вообще «работают»… Уж не на Гитлера, ли?!».

К счастью как это всегда у нас водится - между «выводами», решениями и выполнениями этих решений, существует определённая временная дистанция. И польские укреплённые районы пока находятся в целостности и сохранности…

Относительно, конечно, «целостности и сохранности».

Старый, опытный, битый-перебитый германскими генералами ещё во времена Первой мировой войны военоначальник, решительно не согласился с этими «выводами» - назвав их «вредительскими». Взамен он предложил более рационально и по-хозяйски отнестись к доставшемуся добру:

- Всё это доставшиеся от Польши «наследство», товарищи, нам надо сохранить и преумножить. Опираясь на Новогрудскую возвышенность, на основе уже имеющихся польских укреплений и ирригационных сооружений, я предлагаю создать «Барановический УР» - стоящий перед Минским и Слуцким укреплёнными районами и, благодаря польским ДОСам - имеющий возможность круговой обороны в случае обхода противником.

Барановичи – это не просто город, а ещё и крупный железнодорожный узел. Заполучивший неведомым путём «Послезнание» Вождь словами потомков – просто «фанател» на тему железнодорожной логистики, поэтому всецело поддержал такую идею и она тут же была оформлена соответствующим решением.

Это было первое(!) решение Ставки Верховного Главнокомандующего ВС СССР, за которым последовали другие. Например, приписать к гарнизонам УРов и частям их полевого прикрытия всех военнообязанных из районов находящихся восточнее. Таким образом «Линия Сталина» получит очень(!) мотивированных бойцов и командиров, которых к тому же можно будет почаще вызывать на сборы.

Ну и решено было обратиться в Совнарком с просьбой выделить за счёт замороженных объектов Третьей пятилетки, необходимые средства и ресурсы для достройки линии укреплённых районов вдоль старой государственной границы и строительства новых – вроде Барановического УРа. Уже подчитано, что отказ от лишь строительства восьми заводов по производству синтетического жидкого топлива из каменных и бурых углей (во Владивостоке, Черемхове, Московской и Ивановской областях, на Колыме, в Бурятии, а также в Гдове и Сызрани) даст необходимые средства и ресурсы для достройки и модернизации линии «старых» укрепрайонов.

Председатель Совнаркома СССР был здесь и он твёрдо пообещал всецело удовлетворить эту просьбу Ставки.

***

Далее на Совещании речь зашла об прогнозирования направления главного удара войск противника в будущей советско-германской войне. То есть: что Гитлер и «компания» его генералов сделают приоритетом: север – Прибалтика и Ленинград, центр – Минск, Смоленск и Москва, или юг – Киев, Криворожье и Донбасс.

Обладающий «Послезнанием» Сталин скромно помалкивал, а Первый заместитель Начальника Генштаба генерал-полковник Михаил Бонч-Бруевич, сделал такое предположение:

- Если Гитлером и его генералами планируется быстротекущая компания против СССР, то действовать они должны «по-наполеоновски». То есть главный удар должен быть нанесён в центре, быть направленным против Западного военного округа и конечной целью его должна стать Москва. Тем более что в сравнении с 1812-м годом, Москва это не просто «сердце России» - но и столица государства, крупнейший промышленный центр и важнейший железнодорожный узел.

Из этого предположения докладчиком был сделан вполне логичный вывод:

- Следовательно, нам следует всемерно укрепить именно Западный военный округ, направив в него как можно больше войск за счёт Киевского округа и Ленинградского. Снять большую часть войск с Дальневосточного фронта, так как возможная потеря Дальнего востока – наименьшее зло, по сравнению с потерей столицы государства.

Внимательно выслушав старейшего генштабиста страны, Сталин с сомненьем в голосе ответил:

- Зачем же так прямолинейно, товарищ генерал-полковник? Ведь вполне можно допустить, что сколько бы мы войск не перебрасывали в распоряжение товарища Тюленева – они будут разбиты и, причём – разбиты в достаточно короткий срок…

Игноря красного как рак от возмущения Командующего ЗОВО, он закончил мысль:

- …И тогда ничто не помешает германской армии пойти дальше на восток и захватить столицу.

Бонч-Бруевич, довольно-таки резко возразил:

- А Вы что предлагаете, товарищ Верховный главнокомандующий? Действовать «по-кутузовски»? То есть отступать с боями и сдать Москву?

Тюленев было вякнул с места:

- «Эластичная оборона»…

Но тот не дав ему продолжить:

- Хочу заметить, что «эластичная оборона», «изматывающее отступление» или как этот вид боевых действий не называй - под силу только хорошо вымуштрованной армии во главе с опытными штабами. Русская армия «образца 1812-го года», имела богатый опыт отступления во время войны с Наполеоном в Европе. Применение такой тактики нашей армией - ни к чему хорошему не приведёт! Только к потере управления, панике и к бегству…!

Чувствуя себя мальчишкой, которого отчитывает строгий школьный учитель, с чувством досады и в то же время с восхищением, Сталин подумал:

«Все же права была покойная императрица Александра Фёдоровна, рекомендуя своему муженьку гнать этого генерала подальше от Двора».

Меж тем «этот генерал» безапелляционно закончил мысль:

- …Поэтому наша «стратегия измора», наша оборонительная тактика, может быть только одна: стоять насмерть!

Согласно кивнув, Верховный подтвердил:

- «Стоять насмерть» на оборонительных рубежах – больше ничего нам не остаётся и, по причине национальных традиций и характера русского солдата - веками славившегося именно стойкой обороной. Вспомним оборону Смоленска, Севастополя, Плевны, Порт-Артура… Или даже оборону наших войск в «котлах» во время войны с финнами…

Тем не менее, он напомнил:

- …Но всё же - это тактика, товарищ Бонч-Бруевич! Мы же здесь собрались поговорить об стратегии в начальном периоде предстоящей войны. А главный принцип стратегии гласит: «Кто защищает всё – не защищает ничего».

Затем, этому «ветерану Куликовской битвы», он задал словами потомков – «наводящий вопрос»:

- Если бы в Отечественной войне 1812-го года Русская армия не была б разделена на три части, а положим своими главными силами - была бы сосредоточенна в Прибалтике… Пошёл бы Наполеон на Москву?

Наморщив лоб, старый служака ответил:

- Для его Великой армии, это было бы самоубийственно. Поэтому, сперва он бы разделался бы с угрозой своему левому флангу.

- И сколько времени для этого ему бы понадобилось?

Мельком глянув на висевшую на стене огромную карту, тот с выражением озарения на лице ответил:

- Если как следует укрепить Ригу, которую не обойти… То порядком.

- Если «как следует укреплённая» Рига продержалась хотя бы месяц - осталось бы у Наполеона время, чтоб до наступления зимы захватить