Первая буква Севера - Лина Винчестер

Мэлвин кричит снизу, Коул выдает отборную брань, а их испуганные девушки стоят в стороне, держась за руки.

— Баунти? — улыбаясь, Ник прижимает ладонь к груди. — Обещаю, я женюсь на тебе.

Стиснув зубы, я хватаю его за руку и тяну за собой.

— Скорее, уходим!

— Я ничего не видел! — кричит нам вслед мистер Спенсер.

Крепко сжимая пальцы Ника, я бегу к машине. Пульс стучит в висках, легкие покалывает от холодного воздуха, по моей руке проходит дрожь, я оборачиваюсь и вижу, что Ник беззвучно смеется.

— Ничего смешного! Ты вообще умеешь считать? Слышал что-нибудь о численном превосходстве? Их было двое, а ты один!

Добежав до машины, я оглядываюсь, чтобы убедиться, что за нами никого нет. Прислонившись к багажнику, пытаюсь восстановить дыхание.

— Хватит уже смеяться! — Толкнув Ника в грудь, я уже через секунду с сожалением накрываю лицо ладонями. — Прости, все из-за меня.

Обхватив за талию, он рывком поднимает меня и усаживает на багажник.

— Сначала бьешь, потом извиняешься, я не понимаю, на что мне реагировать в первую очередь.

— Как подумаю, сколько еще тебе придется выслушать из-за моей болтовни…

Замолкаю, потому что Ник скользит ладонями вниз и, подхватив под колени, притягивает меня ближе к краю. Сжав толстовку на его плечах, я внимательно смотрю на его красивое лицо в тусклом свете фонарей, и это напоминает мне о нашей встрече на парковке школы «Фолк», когда я решила, что он вот-вот пристрелит меня.

Не верится, что я так сильно боялась этого парня, а сейчас спокойно протягиваю руку и поправляю его волосы, которые треплет ветер. Но при этом я все еще не чувствую себя в безопасности рядом с ним, потому что мое сердце бешено бьется о ребра, а голова кружится, словно я выпила пару бокалов шампанского.

Задерживаю взгляд на губах Ника и не могу не думать о том, как он целовал меня. Мне хочется повторить. Это пугает, и я пытаюсь отстраниться, но Ник удерживает меня на месте.

— Я скоро свихнусь от твоего горячо-холодно, Баунти.

— Прости.

— Ты слишком много думаешь, — тихо произносит он, неспешно водя большими пальцами вверх-вниз по моим бедрам. — К чему все усложнять? Ты хочешь меня, Бэйли. Тебя тянет ко мне с момента нашей первой встречи, как бы ты это ни отрицала. Тебе интересно, что будет с нами дальше, интересно со мной, нравится получать новые эмоции и не чувствовать себя в клетке из предрассудков.

Каждое его слово попадает в цель, Ник озвучил то, что я ни за что не осмелилась бы сказать вслух. На удивление, я больше не злюсь на правду.

— Не знала, что в твоем словарном запасе есть слово «предрассудки».

— Обижаешь, я знаю много умных слов.

— Какие например? Фотосинтез?

— Это что-то связанное с фотографией, да? — шутит он, заставляя меня рассмеяться. — А как тебе такое? Амбивалентность, флюоресценция, парадигма, квинтэссенция, категорический императив.

— Что такое категорический императив?

— Понятия не имею, — пожимает плечами Ник, — но звучит круто.

Усмехнувшись, я опускаю взгляд, но Ник обхватывает пальцами мой подбородок.

— Не убегай от меня, — просит он, прислонившись своим лбом к моему.

Наше дыхание смешивается, ветер пробирается под одежду, но я больше не чувствую холода, лишь тепло от близости Ника.

— Помнишь наше пари? — Тусклый свет фонарей превращает его улыбку во что-то дьявольское. — Это мое третье желание. Хочу, чтобы ты отбросила мысли о других хотя бы на несколько минут и делала только то, чего хочется самой.

Мне сложно разобраться в запутанном клубке происходящего в моей жизни, но сейчас я четко знаю, чего хочу. Ник улыбается, потому что тоже знает, чего мне хочется на самом деле. Я провожу кончиками пальцев по его скулам и, подавшись вперед, осторожно касаюсь его губ в невинном и каком-то детском поцелуе, но даже это заставляет Ника сделать глубокий вдох.

Я отстраняюсь на дюйм, чтобы взглянуть в его глаза и снова целую, но уже смелее. Скользнув рукой к пояснице, Ник подталкивает меня еще ближе к себе и отвечает. В моей груди взрывается фейерверк. Обняв Ника за шею, я судорожно пытаюсь вспомнить, почему так долго убегала от своих желаний, но сейчас с трудом назову даже адрес своего дома.

Откуда-то издалека, словно из-под воды, доносится звонок телефона. Нехотя оторвавшись от губ Ника, смотрю на экран и не сдерживаю недовольный стон. Мама. Не хочу отвечать.

— Да, мам?

— Ты время видела? Живо домой.

И зачем я только ответила?

— Скоро буду. — Убрав телефон, я запрокидываю голову, разглядывая звездное небо. — Давай сбежим из города? В место, где нас никто не знает.

— Можно я возьму с собой Рэма? Он без меня долго не протянет.

Сомкнув руки за спиной Ника, я крепко обнимаю его. Мне без остановки хочется повторять: «прости» несмотря на то, что он не злится.

— Все наладится, Баунти, — заверяет он, поглаживая меня по голове.

Надеюсь, что это правда, потому что у меня чувство, что все самое страшное только впереди.

Глава 41 Игра по правилам «Мемфиса»

Микки Рамирес самая добрая и понимающая девушка в мире, потому что после всего произошедшего она пришла ко мне сама и сказала, что не злится, а винит во всем Айрис и компанию. Мне хотелось рассказать ей о том, что происходит между нами с Ником, только вот я сама не могу дать этому внятное объяснение.

Руби и Линдси обижены, что я провожу с ними слишком мало времени, поэтому мне пришлось выбраться из дома и отправиться на вечеринку к баскетболисту, с которым Руби недавно закрутила роман.

Этот вечер далек от того, что происходило в доме Рэма, никакой толпы, все лица знакомые, приглушенная музыка, на заднем дворе парни жарят мясо на гриле, девочки расположились на шезлонгах у бассейна, попивая клубничный мохито и обсуждая университеты, в которые собираются поступить. Несмотря на то, что на улице довольно холодно, в воздухе царит уютная атмосфера. Я скучала по этому.

— Не могу поверить, что ты сделала это не специально, — отправив в рот оливку, Линдси посылает мне сочувствующий взгляд. —