Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Все четыре старейшины Обители Серого Пика занимали верхний ярус. Мин видел снизу крохотные фигуры в тёмных мантиях и мерцание ци, которое старшие практики не считали нужным прятать. Наставники внешнего двора стояли ниже, вдоль балюстрады среднего яруса. Фэн заложил руки за спину, мастер оружейной разглядывал стенки своей пиалы, а позади толпились ещё полтора десятка знакомых лиц, командовавших на тренировочной площадке шесть дней в неделю.

Участников набралось под семьдесят. Мин стоял в тени колонны и не отсвечивал ранила времени.

Горн нашёл его, пожалуй, по запаху. Верзила пропихнулся сквозь толпу, увидел Мина и нахмурился.

— Ты живой вообще? Месяц тебя не видел, в Палате заперся, как крот. Я уж думал, Бо тебя в стелу замуровал.

— Ах, если бы. Кто бы мне сказал, что будучи учеником я буду делать все, что делал подмастерьем, но еще и обучаться, я бы дважды подумал, прежде чем соглашаться. Пожалуй, быть замурованным в стелу мне бы понравилось больше.

Горн гоготнул. Дэ Шен, подошедший следом с рисовой булочкой в зубах, приветственно махнул рукой.

Распорядитель турнира, сухой старик в чёрной форменной мантии, поднялся на помост среднего яруса и ударил ладонью по каменному столбу. Гулкий хлопок раскатился по террасам, и гомон стих.

— Ежегодный Турнир Внешних Учеников Обители Серого Пика объявляется открытым! Участники будут объявлены по номерам из мешка, поединки идут одновременно на трёх аренах. Правила вам известны, для забывчивых напомню. Бой идёт до сдачи или потери сознания, убийство карается изгнанием, артефакты и талисманы запрещены, разрешено только незаточенное оружие! Первый круг, — старик развернул свиток, — арена нижнего яруса, номер четырнадцатый и номер тридцать один!

Два ученика поднялись и пошли вниз, под свист и улюлюканье с трибун.

— Арена среднего яруса, номер семь и номер сорок два!

К лестнице двинулась следующая пара под тот же свист трибун.

— Арена верхнего яруса, — распорядитель скользнул взглядом по списку и чуть замедлился, — номер семьдесят один, и семьдесят два!

Как странно. Мин был уверен, что регистрировался последним и он был семьдесят первым участником, но видимо кто-то еще успел занести свое имя до полуночи.

Он поднялся с камня и вышел из тени колонны, чувствуя, как на него поворачиваются десятки голов, как шёпот ползёт по рядам волной, набирая громкость.

Его противником оказался Гу Бо, и он уже стоял у края верхней арены. Когда Мин поднялся по ступеням, он даже никак не отреагировал, и только в его глазах горел огонь, который Гу Бо месяц растил в себе, как садовник растит ядовитый цветок.

— Лу Мин, — сказал Гу Бо негромко, когда Мин поднялся на арену и встал напротив. — Чуть больше месяца я смотрел в потолок лекарской палаты и мечтал разделать тебя на куски, когда мои руки снова смогут держать меч. По одному удару на каждую твою кисть, по одному на каждое запястье, по два на предплечье, по три на плечо. Если запас сохранится, доберусь до рёбер. Меч у меня сегодня незаточенный, но это и к лучшему. Тупой ломает с хрустом, который слышно даже в третьем ряду. Бить я буду аккуратно, младший. Хочу, чтобы ты прожил каждый перелом по отдельности и в полном сознании, а не сразу всё одним обмороком.

Зрители на верхнем ярусе подались вперёд. Кто-то присвистнул, кто-то пробормотал что-то про «личные счёты», и наставник Фэн нахмурился, но промолчал, потому что на арене слова не нарушали правил.

Гу Бо шагнул к стойке и взял незаточенный тренировочный меч. Широкий клинок Гу Бо подбрасывал и ловил с десяти лет, и руки, за которые патриарх клана Гу отдал целое состояние, легли на рукоять намертво.

Мин повернулся к стойке, посмотрел на выложенные мечи и улыбнулся. Он потянулся за спину и стянул с плеча длинный свёрток из грубой ткани. Ткань соскользнула, и в руках у него оказался тёмный боевой посох с резными навершиями.

Два вдоха над верхней ареной висело молчание, и кто-то на нижнем ярусе его не выдержал.

— Парни, это что — палка⁈ Самая что ни на есть палка из кладовки⁈

Смех пошёл с нижних рядов, перекатился через средний ярус и добрался до верхнего, где Фэн покачал головой, а мастер оружейной поджал губы и скрестил руки на груди.

— Эй, ребят, начертатель вышел на турнир с палкой! — крикнул кто-то из толпы. — Может, ему ещё ступку и пестик выдать, чтоб краску по дороге растирал⁈

— С шестом против клинка пятнадцатого канала⁈ Парни, это не бой, это похороны! Мало того что у нас наставника по боевому посоху нет…

— … так и еще и посох явно проигрывает клинку! — закончил за своего товарища один из учеников.

— Месяц сидел в Палате, рисовал значки, и решил, что от этого посох сам в руке зачаруется⁈ Парни, этот и до второго удара не дотянет! Ставлю десять монет.

На среднем ярусе Горн вцепился в перила балкона так, что дерево под его ладонями скрипнуло. Дэ Шен стоял рядом и смотрел на арену, а в его опущенной руке остывала забытая булочка.

— С каких пор Мин держит шест так, словно тот в его ладонь врос? — тихо спросил Дэ Шен, не отрывая глаз от арены.

Горн не ответил. Он понятия не имел.

На арене Мин перехватил посох двумя руками и встал в стойку, которую вбил в него дед Лао через вёдра с навозом и синяки от тяпки. Левая рука на нижней трети древка, правая на верхней, ноги чуть шире плеч, вес осел в колени. Посох лежал в ладонях так, будто рос из них.

Гу Бо ухмыльнулся, крутанул меч в запястье и поднял клинок перед собой.

— Сплошная показуха, думаешь эта палка тебя спасет от меня⁈ Сегодня ты станешь калекой!

С помоста распорядитель поднял ладонь.

Глава 17

Демон с лицом безмятежного юноши

Гулкий удар гонга ещё вибрировал в прохладном горном воздухе. Гу Бо медленно достал тренировочный меч из ножен.

— Последний шанс, мусор, — снисходительно бросил он, поигрывая клинком. — Упади на колени, проси прощения, и я, так и быть, сломаю тебе только ноги.

— Благодарю за заботу, старший брат, — Мин едва заметно склонил голову. — Но колени мне сегодня ещё пригодятся для вечерней медитации. Нападайте.

Лицо кланового гения скривилось. Его фигура метнулась вперёд, а незаточенный металл издал тонкий свист. Мечник подпитывал оружие пятнадцатью открытыми каналами, собираясь размазать наглого выскочку за пару ударов и насладится увечьями. По лезвию побежала зеленоватая