Развод в 50. Начать сначала - Александра Багирова

там сама может. Не к добру такие решения. У нас контракт на носу висит. Не просто контракт — мечта. И она должна бумаги подписать. Если бы ты не спалился, она бы их подписала, а потом… потом бы… — недоговаривает, машет рукой. — Не важно. Имеем, что имеем. Действуем в соответствии обстоятельствам.

— Ты же понимаешь, что она после такого никогда не подпишет! Она же возненавидит нас!

— А откуда она узнает? Ниточки никак к нам не приведут. Я подстраховался. А ты в нужное время приедешь, весь такой рыцарь и спасешь ее. Все как мы и хотели, — Леня потягивается, прикрывает глаза, — Это лишь воспитательный урок. Не психуй. После с маманей проблем больше не будет. Она тебе пятки будет лизать с благодарностью.

Глава 17

— С ней бы и не было проблем! — Тимур скрипит зубами.

Сжимает кулаки. Страх за Свету нарастает.

Он ведь никогда ничего плохого для нее не хотел. Не заслужила она.

Да немного не от мира сего. Вся в своей науке, семье. И Тимур создал ей все условия, и дальше бы поддерживал.

Хочет свою дачу, пожалуйста. Он ненавидит природу. Не любит лес, грибы, шашлыки, всю эту муть. Потому и не хочет жить в собственном доме. Квартира, то, что нужно. Но если Света хотела, он пошел на уступки. Даже приезжал туда.

А сколько этих уступок было! Не сосчитать. Он всегда шел на встречу, прислушивался к желаниям. Они же всю жизнь в месте.

И Сейчас Света бы поняла, пусть и не сразу.

Ведь Петя его сын, продолжение ее любимого мужа. Отличный малый. Света бы его полюбила. А там бы и приняла развод и Арину. Поняла бы, что для нее ничего не меняется.

Как Тимур радовался сыну. Он всегда мечтал о третьем ребенке. Когда Арина сообщила о беременности, он ее на руках носил. И тогда она была такой нежной, ласковой. Именно во время беременности сердце Тимура дрогнуло. А уж для Пети, он готов звезду с неба достать.

Но он никогда не отказывался от родных.

И то, что Леня творит недопустимо.

— Были. Я с ней говорил. Сделал выводы.

— Леня! — рявкает. — Где мать?!

— Дедушка! — на кухню вбегает Дина. Сразу просится к Тимуру на колени. — Мама сказал ты пришел.

— Не смогла вас не порадовать, простите, что прервала, — Марина стоит держит руки на груди, сложив ладошки вместе, голову склоняет то на один бок, то на второй.

— Ты со мной поиграешь? — Дина дергает его за ворот рубашки.

— Поиграю. Позже. Дедушка сейчас занят, — Тимур решительно поднимается с Диной на руках. Передает ее Марине. — Забери ребенка.

— Пап, ну это вообще! — Леня цокает языком. — К тебе внучка пришла, Марина уже не знает, как угодить, а ты носом воротишь. Никакого уважения. Где твоя забота о семье? А матери ничего не угрожает, я тебе уже сказал не раз.

— Забери, — повторяет резче.

Потом совсем не вежливо берет невестку за руку, выводит за дверь.

— Дина, дедушка потом к тебе зайдет, — старается говорить ласково, сдерживая ярость.

Ребенок не виноват. Не стоит ее пугать.

Захлопывает дверь кухни.

— Леонид, немедленно говори, где она! — наступает на сына.

— Еще рано. Ты все испортишь, — Леня демонстративно достает телефон из кармана халата и начинает там что-то искать.

У Тимура нервы сдают, хватает сына за этот самый халат и несколько раз встряхивает. Сдерживая порыв, заехать ему в челюсть, и вставить мозги на место.

— Она же твоя мать! Она ничего плохого тебе не сделала!

— Сделала, папа, — Леня не меняется в лице. Ни один мускул не дрогнул. Продолжает нагло смотреть отцу в глаза, не делая попыток освободиться.

— Что?

— Не прикидывайся. Ты знаешь. Но я как, говорится, прощаю. Пусть подпишет документы. Если она сорвет мне все. Тогда, — закатывает глаза, на губах едва заметная улыбка.

— Если ты сейчас мне не скажешь, где она, — нет времени на препирательства. Время тикает, и у Тимура внутри словно бомба с замедленным механизмом. — Я же тоже могу твои планы нарушить.

— Ради нее предашь? — насмешливо смотрит.

— Не предам, покажу твое место! Ты зарываешься, Леонид. А я легко могу настроить Шилова против тебя. И не только. Не забывай, что власть в моих руках. А ты… ты работаешь на меня! — Тимур четко выговаривает каждое слово.

— Успокойся, ты чего, — Леня улыбается шире. — Пап, никто бы ничего ей не сделал. Так припугнули бы. Она бы подумала, что это Шилов. И ее гнев был бы направлен на человека, до которого она дотянуться не может. Все четко.

— Где она?! — Тимур орет.

— Ты успокойся. Не психуй. Скажу я. Мы же родные люди, — называет адрес.

— Позвони этим отморозкам, и скажи, чтобы они ничего не делали!

— Неа, — поправляет на себе халат. — Все идет по плану.

Тимур понимает, что дальнейшие препирательства ни к чему не приведут. Он теряет драгоценное время.

Выбегает из квартиры, запрыгивает в машину, и сразу же набирает скорость. Хоть бы успеть.

Телефон вибрирует. Смотрит на экран — Вера.

Морщится. Игнорирует звонок. Не до нее сейчас. Еще не хватало слушать стенания влюбленной дуры. Не сейчас.

Леня назвал адрес за городом. Час езды.

Этот час Тимур находится в аду. Столько всего думает. Картинки одна хуже другой рисует в голове. Света же испугается. Она не привыкла к такому. Она всегда за его спиной. Знает, он защитит.

И сейчас он это сделает. Он ее спасет. Обязан успеть.

— Светочка, — держись! Я уже скоро! — говорит сам себе.

Телефон снова звонит.

Арина.

Нафиг всех.

Не до них.

Приезжает к заброшенному дому.

Тишина. Темнота. Вбегает внутрь. Светит телефоном.

Пусто.

Такое ощущение, что и не было тут никого.

Набирает сына:

— Леня, ты какой мне адрес дал! Тут никого нет!

— Я хотел, чтобы ты покатался. Успокоился, — нагло ржет в трубку.

— Говори! Где она! — Тимур охрип. Сердце того и гляди выпрыгнет из груди.

— Не ори. Береги здоровье, пап. Она… — говорит адрес за городом, на другом конце, от места, где Тимур находится.

— Ты специально… сучонок!

— Оскорбления не красят человека. Вежливее, пап.

— Это точно тот адрес?

— Проверь…

— Если он не тот, Леня, я…

— Да, успокойся ты с угрозами. Тот…

Тимур сбрасывает вызов. Снова в машину.

Он не помнит, когда так гнал. На максималках. Кровь в жилах уже в кипяток превратилась.

Телефон не умолкает. Сестра жены и Арина не унимаются. И это только на нервах играет. Во рту пересохло, сердце все больше сжимается.

Два часа уходит, чтобы доехать до места, указанного Леней. Поле,