На изломе десятилетия - Алекс Русских

Где же тут ждать? Даже присесть некуда.

— Я на улице постою, — сказал я деду, на что тот только кивнул.

Курильщикам ждать проще, достал цигарку — вроде как делом занят. А тут ходишь взад и вперед, потому как просто стоять скучно.

— Вы товарищ Гарин? — спросил меня внезапно образовавшийся рядом со сной живчик.

Парень лет двадцати семи аж пританцовывал от нетерпения, с недоумением поглядывая на меня.

— Даже не думал, что вы так молодо выглядите. А вы точно Гарин? — спросил он, забавно выпучив светлые, практически белесые глаза.

— Точно он самый, Александр Гарин, могу документы показать. А вы точно Рогов? — съехидничал я в ответ.

— Уел! — парень рассмеялся, — Сергей Рогов, взлохматил рукой густую блондинистую шевелюру, — Слушай, давай на «ты»?

Альбинос натуральный прямо.

— Да легко, — согласился я, — Мне действительно всего восемнадцать.

— И ты уже писатель, да еще популярный? — недоверчивым тоном задал вопрос Сергей, — Мне знакомый вообще сказал, что ты известный писатель и у нас и в Америке.

— Просто я начал бурно, — пояснил я, — В какой-то мере действительно так, я в этом году три книги издал в США и четвертая на подходе.

— А у нас?

— Да вроде и у нас хорошо дело пошло. Ты «Вокруг Света» читаешь?

— Выписываю, — рассмеялся Рогов, — Можно сказать, в профессиональных целях.

— Видел, наверное, в последних номерах там повесть была, «Марсианин» называется?

— Подожди, — живчик внезапно остановился, — Так это твоя книга?

— Получается, что да, — я согласился.

— Все, вопросов больше не имею, — Рогов вцепился в меня как клещ, поволок через проходную, — Митрич, я его забираю.

— Куды? — взвился старик, — Оформить нужно!

Пришлось доставать паспорт, чтобы бдительный вахтер записал мои данные. Все это время Рогов пританцовывал рядом от нетерпения. Аки конь прямо.

— Ты материалы взял? — задал он мне вопрос, когда мы шагали уже по внутренней территории студии.

— Да, конечно, — я хлопнул рукой по висевшей на боку сумке, сам в это время глядя на показавшуюся в просвете между корпусами домов ажурную громаду Шуховской башни.

— Отлично, отлично, сейчас посмотрим, — пробормотал помощник режиссера, увлекая меня в одно из зданий.

— Слушай, а почему мы не в Останкино? — спросил я.

— Там в основном развлекательные передачи снимают и все такое, — пояснил Рогов, — А тут научно-популярные и детские.

Обстановка на студии мягко говоря, но грубо выражаясь, оказалась весьма живенькой. Как нельзя лучше тут подходили слова советских классиков: «На 1-й Черноморской кинофабрике был тот ералаш, какой бывает только на конских ярмарках и именно в ту минуту, когда всем обществом ловят карманника» [1]. Вот и здесь постоянно носились люди, орали друг на друга, таскали какое-то оборудование. Словом, жизнь кипела и, я бы даже сказал, кипела…

Заведя меня в отдельный кабинет, Рогов начал разбираться с материалами, просматривая пленки на диапроекторе. Я слова не успел сказать, как он красным маркером начал отмечать прямо на полях пленки нужные места. По мановению руки нарисовавшемуся фотографу была поставлена задача отпечатать фотографии, после чего вызванный специалист мгновенно пропал, причем так виртуозно, что я даже не понял он ушел или растворился в воздухе. Затем помощник режиссера озадачил кинооператора, потребовав сделать копии мои любительских кинороликов.

— Смотри, сюжет займет где-то двадцать минут, нам нужно с темой определиться, — наконец-то обратился ко мне Рогов.

Быстро пробежались по тому, где я был в Америке.

— Времени маловато, ограничимся Аляской, но можно включить немного текста про Рэя Бредбери и посещение родины Тома Сойера. Нам нужно сценарий составить, а еще мне с начальством придется тему согласовать.

И вот тут я понял, что попал. Какие там пару часов времени — это на день, не меньше.

— Слушай, давай я сам напишу, а ты пока с материалами разберешься? — предложил Сергею.

— Опыт есть?

— Да как бы передачи ваши смотрел и сценарии для фильмов уже делал. В США уже подготовка к съемкам ведется, как раз я сценарий писал.

— Однако, — задумался Рогов, но тут же встряхнулся, — Тогда садись и пиши, а я побегу. Час у тебя времени есть, рассчитывай в общем на тридцать минут, все равно что-то придется вырезать.

Помощник режиссера умотал, а я занялся составлением сценария. Ничего не поделаешь, «дело помощи утопающим — дело рук самих утопающих» [2]. А иначе за сегодня точно не управимся. Привычно распланировал каркас сюжета, начал составлять диалоги. Затем сделал примерный текст для озвучивания роликов. С черновиком управился минут за сорок, но неизбежно режиссер что-то изменит, поэтому делать окончательный вариант пока рано. Отдал листы примчавшемуся Рогову.

— Отлично, отлично, я сейчас, — заполошно заявил он и опять умотал.

Таким рваным темпом часа за два утрясли сценарий сюжета. Уже двенадцать, но к самим съемкам не приступали. Надеюсь, к семи управимся, а то ведь у меня мероприятие в «Арарате» назначено. Кстати, я сегодня даже не завтракал и в желудке ноет.

Только подумал про еду, как Рогов меня спросил:

— Слушай, ты хоть завтракал?

— Некогда было, — честно признался я, — Как раз хотел в ресторан сходить, когда ты меня сдернул.

— Тогда пошли, перекусим, у нас тут столовая неплохая, а то через час режиссер появится и уже будет не до обеда.

— А говорил, пару часов займет, — напомнил я.

— Ну, мало ли что я говорил, — самокритично признал Рогов, хватая меня за руку и таща вперед на манер портового буксира.

— Ты как добирался, такси брал? — поинтересовался он, ведя меня по запутанному лабиринту бесконечных коридоров.

— На метро, вышел на «Октябрьской», потом на трамвае доехал.

— Зачем так? — изумился Сергей, — Надо было еще одну остановку на метро проехать и выйти на «Шаболовской», она напротив проходной прямо.

Ну, век живи, век учись, да все равно дураком останешься. Но столовая действительно оказалась на уровне, еда вкусная и недорогая. Я солянку взял, крученную котлету с тушеной капустой, салат.

— Слушай, мы хоть до шести-то управимся? — решил я уточнить съемочный график.

— А что так, спешишь куда?

— У меня столик заказан в «Арарате», награждение нужно отметить, — раскрыл я свои планы.

— Хорошее место. Родственников