Меченый. Том 10. Мир никогда не будет прежним - Андрей Николаевич Савинков

На подмосковном авиазаводе в Быково завершены работы над прототипом Як-40М — глубоко модернизированной версией пассажирского Як-40.

Необходимость такой машины очевидна. В СССР построено более тысячи Як-40, и многие из них до сих пор сохраняют значительный ресурс по планеру. Однако отдельные характеристики самолёта, созданного ещё в 1960-е годы, заметно устарели. Особенно это касается силовой установки: три двигателя АИ-25 по современным меркам отличаются неудовлетворительной топливной эффективностью, а обслуживание сразу трёх моторов делает эксплуатацию слишком дорогой.

Между тем сам самолёт по-прежнему нужен стране. Он способен работать на коротких региональных линиях и небольших аэродромах, где применение более крупных машин невыгодно. Поэтому конструкторы решили не списывать исправные планеры, а дать им вторую жизнь.

Главным изменением стала замена трёх двигателей двумя новыми ДВ-2Г тягой по 2600 кгс каждый. Они экономичнее, тише и имеют больший ресурс. На месте демонтированного центрального двигателя установлен дополнительный топливный бак, что позволило увеличить запас горючего без сокращения салона.

Специально для Як-40М разработано новое композитное крыло с вертикальными законцовками. Оно легче прежнего, обладает улучшенной аэродинамикой и уменьшает вихревое сопротивление. Одновременно полностью обновлена авионика. Автоматизация бортовых систем позволила отказаться от бортинженера: теперь экипаж состоит только из двух пилотов.

По расчётам, модернизация должна почти вдвое снизить расход топлива, а практическую дальность увеличить с 800 до 2000 километров. Это резко расширит возможности самолёта и позволит использовать его не только на местных, но и на межрегиональных линиях.

Если испытания пройдут успешно, на переоборудование предполагается направить не менее 300 самолётов. После ремонта и модернизации они смогут оставаться в строю ещё 20–30 лет.

Так старый и надёжный Як-40 получает шанс войти в новую эпоху, сохранив лучшие качества прежней машины и избавившись от её главных недостатков.

Из объятий Морфея меня вырвал телефонный звонок. Сначала мне показалось, что это мне снится, но спустя несколько трелей сознание рывком преодолело тонкую границу сна и яви, от неожиданности я чуть с кровати не свалился.

— Что случилось… — Рядом заворочалась жена, я поспешил встать, чтобы наконец дойти до этого орудия пыток и прекратить ночной концерт.

— Спи, это меня, — ну да, а кому ещё могут звонить во сколько… Я бросил взгляд на наручные часы, измазанные какой-то гадостью, светящиеся ночью тусклым светом стрелки показали полчетвёртого утра, за окном было ещё совсем темно. На ощупь выйдя из спальни и завернув в свой кабинет, я наконец ухватил холодный пластик телефона. Ничего хорошего от этого звонка я не ждал. Ни с чем хорошим просто не звонят руководителю государства в полчетвертого ночи.

— Да! Горбачёв на линии.

— Михаил Сергеевич, — на той стороне трубки послышался голос министра обороны. Честно говоря, в этот момент мне как-то резко стало неуютно: голос министра обороны — последнее, что хочешь услышать в случае такого вот ночного звонка. Я даже как-то рефлекторно ухватился за край стола в поисках дополнительной точки опоры. — У нас ЧП.

— Что случилось?

— Угон самолёта, — в этот момент у меня от сердца немного отлегло. Лучше так, чем новость о том, что где-то на западе уже начали взлетать… Впрочем, не важно.

— Какого самолёта! Докладывайте по форме, какого хрена я должен из вас клещами по слогу тащить.

В следующие пару минут поведал мне наш дорогой генерал Варенников следующее. Выполнявший над Балтийским морем новейший наш самолёт МиГ-35 тренировочный ночной полёт в какой-то момент перестал выходить на связь и рванул со всех ног на запад. Сопровождающий его пилот на Су-27 — ну потому что отпустить секретную машину без сопровождения никто бы не позволил — данный момент прошляпил и спохватился, когда уже было поздно. Бегунок резко снизился и под прикрытием воды на минимальной высоте сумел удрать от заслуженного возмездия.

— Как такое могло произойти! — Единственное, что меня сейчас сдерживало, чтобы не наорать на Варенникова, было нежелание тревожить домашних. — Какого хрена он вообще там делал?

— Тестировались оптические системы навигационного комплекса. Полёт ночью над морем, условия максимально приближённые к реальным.

— Почему, блядь, над Балтикой? Почему не на Чёрном море? Почему не на Каспии? У нас что, мест мало, где таким можно заниматься?

— Не могу знать, товарищ генеральный секретарь, — по голосу было слышно, что министр и сам кипит, и что это явно прокол кого-то уровнем ниже, так что орать на нашего главного военного смысла просто не было.

— Ладно. Что дальше? Что сейчас известно?

— Судя по всему, перебежчик приземлился на острове Борнхольм, на территории Дании.

— Почему там?

— Потому что у самолёта просто не хватило бы топлива долетать куда-то дальше. Садиться в нейтральной Швеции смысла нет, а Дания — член НАТО…

— Что уже сделано? — Зажав трубку плечом, я буквально в этот момент прыгал на одной ноге, натягивая на себя брюки: было понятно, что выспаться сегодня уже не получится и что вопрос с самолётом нужно решать самым кардинальным образом. Повторения того унижения, которое допустил Брежнев в 1976 году, я точно не собирался допускать.

— Поднято в небо два звена Су-27М. Оповещены союзники в Варшаве и Берлине, — по голосу генерала было слышно, что он просто ссыт самостоятельно принимать какие-то резкие движения и очень надеется, что решение примет кто-то за него.

— Поднимайте всё что есть и берите этот сраный Борнхольм в коробочку так, чтобы даже мышь не проскочила. Выводите корабли, все которые вообще способны плавать. Главное, чтобы самолёт не вывезли с острова, иначе уже не достанем.

Помнится, в случае с МиГ-25 японцы очень долго, несколько часов не подходили к самолёту и вообще не хотели к нему прикасаться, боясь, что русские просто разбомбят базу к едрене фене. Так что некоторый запас по времени у нас так или иначе есть: вряд ли потомки викингов в этом плане будут смелее потомков самураев.

— Датчане могут воспринять это как начало атаки…

— Пусть что хотят, то и думают, срать на них с присядкой, — я, перекладывая трубку из одной руки в другую, накинул рубашку и теперь не слишком ловко застёгивал пуговицы. — Попробуют выстрелить первыми, сравняем сраный остров с уровнем Балтийского моря, никто вообще и не вспомнит, что такой клочок суши был на карте. Готовьте «тушки». Вытаскивайте, что у вас там может до аэродрома достать. Пока без СпецБЧ. Поднимайте в воздух, пускай с той стороны понимают, что мы не шутим.

—